Банши

— Хорошо, если это так. В любом случае, помни — если он обидит тебя, то пожалеет.

— Ты же не сможешь ничего ему сделать.

— А это мы еще посмотрим.

— Спасибо тебе.

— Вместо спасибо сделай-ка мне лучше чашечку кофе, — вдруг улыбнулся он.

— Без проблем.

Тягостная обстановка в комнате вдруг рассеялась и вечер снова стал уютным и спокойным.

На следующий день я буквально порхала по ресторану. Улыбалась посетителям, шутила, легко двигаясь между столиками. И в ответ ловила такие же искренние улыбки. От этого становилось тепло на душе. Дар прислал сообщение, что будет ждать меня у ресторана в конце смены. Это позволило мне расслабиться и чувствовать себя в безопасности.

Смена пролетела, на удивление, быстро. Не успела я оглянуться, посетители разошлись. Пора было закрываться. Закончив все дела, я переоделась и вышла на улицу. Тут же в мою сторону пошел знакомый силуэт. Дар. Улыбаясь, я подошла к машине. Со стороны водительского сидения. Мужчина удивленно поднял брови.

— Сегодня я за рулем.

— Почему?

— Ну, я тут подумала, ты же мой телохранитель, ты должен быть в любой момент свободен для маневров. А если в руках будет руль, то в случае опасности ты не сможешь отреагировать так быстро. Я не могу сбрасывать на тебя еще и обязанности по вождению, — притворно укоризненно покачала я головой.

— Ты издеваешься?

— А что, не заметно? — Я усмехнулась и села за руль.

В молчании мы ехали недолго — всего несколько минут.

— Как прошел вчерашний вечер?

— Отлично.

Услышав, видимо не тот ответ, который ожидал, Дар внимательно всмотрелся в мое лицо. Что? Что-то должно было случиться?

— Правда? Что ты делала?

Я уже хотела спросить, к чему эти странные вопросы, как вспомнила разговор с Джоном и его рассказ о телефонном разговоре с Даром. Так вот в чем дело? Дар провоцировал его и хотел теперь у меня узнать, к чему привели его старания? Ну-ну, поиграть решил? Отлично.

— Болтала с Джоном. Он приезжал в гости.

— Да? О чем болтали?

— Обо всем. Я даже не осознавала, как соскучилась по нему, пока не увидела. Надо видеться чаще.

— Ты уж реши, чего ты хочешь? Стать сильнее физически, усилить и развить дар? Или встречаться с копом. В сутках всего двадцать четыре часа. — В голосе Хейдара почти не проскальзывало недовольство. Ключевое слово — почти. Если он такой весь из себя опытный и невозмутимый, не смог удержать эмоции, то насколько же сильно он сейчас недоволен? Захотелось злорадно захихикать.

— Ну, я могу попросить Джона приезжать по вечерам, когда я уже дома. Так и тренироваться успею, и видеться.

Дар молчал, поэтому я быстро повернулась к нему, чтобы оценить нанесенный его самолюбию урон. Но на лице мужчины играла немного пугающая предвкушающая улыбка. Она будто говорила «Это мы еще посмотрим». И мне даже стало страшновато. Он что-то задумал, и я еще пожалею о своих словах. Досадливо поморщившись, я сосредоточилась на дороге. Она ровно стелилась под колеса моей машины, не подозревая о моих горьких думах.

Когда машина остановилась на подъездной дорожке моего дома, я думала, что Дар просто попрощается и уйдет. Ошибочка вышла. Он уверенным шагом направился прямиком к крыльцу. Ну что ж, не могу же я сказать ему уйти. Невежливо как-то. Поэтому я просто поставила машину на сигнализацию, и пошла открывать входную дверь.

— Нужно проверить дом.

— Ты думаешь, кто-то мог там побывать?

— Все возможно.

Только этого мне не хватало. Я считала свой дом крепостью, за стены которой не проникает зло. Здесь я могла быть спокойна. Но теперь не могу. Осознание того, что для некоторых существ мои двери и стены не являются серьезной преградой, обрушилось на меня ушатом ледяной воды.

— И что мне теперь делать? Как приходить домой? Как засыпать по ночам, зная, что в любой момент на меня могут напасть?

— Не паникуй раньше времени. Я поставлю тебе сигнализацию.

— Спасибо.

Пока Дар осматривал дом, я поставила на плиту чайник. Почему-то, это первое, что я делаю, когда возвращаюсь.

— Все в порядке, — от неожиданности я подпрыгнула на месте. Не слышала, когда Дар вошел в кухню. — Ты чего?

— Задумалась просто.

— О чем?

— Да так, ни о чем. Что-нибудь будешь?

— Кофе можно. Спасибо.

Я снова отвернулась к плите и нашла применение своим рукам. Интересно, во время нападения, тот мужчина испугался Хейдара. Было видно, что они знают друг друга. Другие нелюди в округе тоже его знают? И боятся? Возможно, я смогла бы предотвратить нападение, просто предупредив их о Даре? Этого было бы достаточно?

— Дар, я могу пользоваться твоим именем? — Не отвлекаясь от своих мыслей, спросила я. Но ответом мне была тишина. Я повернулась, чтобы посмотреть, почему мужчина молчит, и наткнулась взглядом на многозначительную улыбку. Так, что я опять не то сказала?

— А что, Эния Фаррис звучит!

— Что? О чем ты?

— Знаешь, я где-то слышал, что женщины втайне примеривают на себя фамилии понравившихся им мужчин. Но чтобы открыто спрашивать их об этом — это впервые. — Поняв, как прозвучал мой вопрос для него, я покраснела не хуже помидора.

— Да я же не об этом!!!

— Эльфенок, — глядя на возмущенную меня, Дар усмехнулся, — тогда говори конкретно и понятно. Я же не читаю твои мысли. Хотя не скрою, с удовольствием заглянул бы в твою прекрасную головку. Возможно, там и бродят интересные мыслишки.

— Ну, ты и гад! — Восхитилась я.

— А у тебя сейчас кофе убежит.

— Черт!

Я в последний момент успела выключить конфорку. Кофейная пенка перестала возмущенно подыматься, и опала. Как только чашка кофе оказалась на столе перед Даром, я решила пояснить ему свой вопрос об имени.

— Когда я спросила про твое имя, то думала о прошлом нападении. Я могла бы его избежать, если бы нападающий знал, что я под твоей защитой?

— Да. В этом случае, могла бы.

— В этом случае? А в каком не смогла бы?

— Если нападающий слишком глуп или слишком силен.

— Но хуже не стало бы?

— Могло бы стать. У меня, знаешь ли, тоже есть враги. И, довольно, много.

— И почему я не удивлена? С таким-то характером. — После этих слов легкая улыбка на лице мужчины исчезла. Во взгляде появился холодок.

— Ты ничего не знаешь о моем характере. И обо мне тоже. Ты видишь лишь маленькую часть, крупицы. И враги у меня не из-за характера, а из-за того, что я слишком много знаю. И я продаю эту информацию. У меня есть компроматы на многих людей и нелюдей, и они это знают. Это заставляет их нервничать. Отличный выход из этой ситуации — убить меня. Что они периодически и пытаются сделать, с переменным успехом. Такая жизнь очень меняет тебя, делая недоверчивым, подозрительным, даже жестоким. Но иначе не выжить.