Банши

— А с обычным человеком ты не могла стать счастливой?

— А как? Как объяснить, куда я сорвалась посреди ночи, и что произошло с моей внешностью? Когда я получаю зов, у меня в запасе только секунды, до того, как образ банши займет место привычного человеческого.

— Может, если бы ты рассказала ему о том, кто ты, то он…

— Что? Понял? Принял? Нет, Карла, я — диковинка, причем не в хорошем смысле этого слова. Ни один обычный мужчина не стал бы строить со мной серьезные отношения. Это может быть интересно, пока молодой, а потом ему захотелось бы стабильности, нормальной женщины, которая не бегала бы по ночам на места будущих преступлений и не кричала.

— Ты права. Поэтому ты не говорила мне ничего? Думала, что я отвернусь?

— Знаешь, я только сейчас поняла, что поступила так же, как Дар. Он тоже сначала не говорил мне о себе. Не о том, кем является. Он сказал, что хочет показать какой он, а не кто. Чтобы я судила о нем по его поступкам, а не согласно стереотипам. Но я нечаянно узнала правду и сбежала. Мне понадобилось время, чтобы понять, что он был прав. И тогда я последовала его словам — отбросила предрассудки и взглянула правде в глаза. Теперь судьба поставила меня на его место. И уже ты узнала правду намного раньше и совсем не тем образом, которым я хотела. И мне ничего не оставалось, как дать тебе время, чтобы разобраться. Я надеялась, что ты тоже попробуешь понять меня. И ты пришла.

— Пришла. Я тогда дико испугалась. Но потом долго думала и вспоминала о тебе. Ты никогда никому и слова плохого не сказала, всегда была искренней, доброй. И это важнее, чем то, что иногда ты превращаешься в потустороннее существо. Я хочу остаться твоей подругой. Не смотря на то, что это может быть опасно. Друзья ведь познаются в беде, да?

В ответ я просто обняла ее.

— Спасибо. Ты не представляешь, как много это значит для меня.

— Представляю. Небось, с друзьями туговато?

Мы обе рассмеялись, вытирая выступившие слезы. Мое сердце разрывалось от радости — она поняла! Я не потеряла подругу!

— Боюсь, в ближайшее время у меня появится куча вопросов о тебе.

— Спрашивай, я отвечу.

— Хорошо. Кстати, когда я позвонила, ты была дома?

— Нет, у Дара.

— Оу, тогда отпускаю тебя! Увидимся завтра на работе. Я как раз успею подготовить список вопросов.

— Идет! До завтра!

* * *

Но после разговора с Карлой я поехала домой, не к Дару. Ему я позвонила и предупредила, что разговор состоялся, дружба восстановлена. Он был рад за меня и не удержался от фразы «Я же говорил!».

Дома накопились дела, которыми я и собиралась заняться в оставшееся время. К тому же, хотелось немного побыть одной, посвятить время себе. Убирать в доме я не очень любила, поэтому решено было начать именно с этого — быстрее сделаю, быстрее перейду к более приятным вещам. Настроение было отличным, поэтому я включила танцевальную музыку на достаточную громкость, благо соседей не было. Теперь же я могла петь и танцевать, прямо со шваброй, и никто мне при этом не помешает. Свидетелями моего прыганья по диванам и бешеных танцев были только статуэтки в шкафу. Благо, они не могли ничего сказать, только молча взирали на это безобразие. В таком ритме уборка пошла веселее, хоть и не быстрее. Как только с наведением чистоты было покончено, я перешла на кухню. В моем холодильнике отыскались продукты для мясного рагу, которым я и решила побаловать себя. Теперь я уже скользила носками по кафелю, пела в деревянную лопаточку и танцевала на стуле. Пока рагу томилось на плите, я собрала вещи в стирку и включила машинку. Естественно, по пути к машинке сделала несколько танцевальных движений с чулками в руках. И еще раз порадовалась отсутствию соседей, иначе уже через несколько минут была бы на YouTube. Интересно, сколько бы просмотров набрал мой ролик?

И вот, дом убран, ужин приготовлен, вещи постираны. И у меня свободный вечер! Может, сделать себе маску для лица? Поваляться в теплой ванной, наполненной пеной с запахом иланг-иланга? А потом почитать книгу и выпить чашку горячего шоколада?

Но выбирать мне не пришлось, выбор сделали за меня. В промежутке между двумя песнями я услышала звонок своего телефона. Джон. Кажется, сто лет не видела его и не разговаривала.

— Привет, Джон!

— Привет, Эни. Как дела?

— Все хорошо.

— Да, это слышно по твоему голосу. Рад за тебя. Ты дома?

— Да.

— Не занята?

— Нет, ты хочешь приехать?

— Да, хотел увидеться.

— Приезжай. Я тебя ужином накормлю.

— Идет, я как раз с работы только выхожу. Через двадцать минут буду у тебя.

— Давай, жду.

Эния, планы на вечер меняются; маска, ванна и книга подождут до лучших времен. К моменту приезда копа, я накрыла на стол. Почувствовав мясной запах, мужчина расплылся в улыбке. Вымыв руки, мы сели за стол.

— Так, разговоры все потом, сначала ешь.

— Да, сэр, — Джон даже руку к голове приложил, отдавая честь старшему по званию. Хм, я — сэр! Эта мысль заставила меня усмехнуться и задрать нос, что вызвало смех у копа.

Когда мы поужинали, я поставила на плиту чайник и убрала посуду в раковину. Не люблю моечные машины, предпочитаю вручную мыть посуду. Джон порывался помочь, но я уговорила его только вытирать полотенцем чистые тарелки.

— Давненько не видел тебя. Даже непривычно, что все так тихо.

— Да. Теперь нападают не на обычных людей.

— О чем ты?

— Позавчера я гуляла с Карлой, и ее сперли у меня из-под носа. Пока она была у них, я не могла сопротивляться, не могла уйти. Дар подоспел вовремя и спас нас. А вчера ночью напали на Дара. Уже я помогала спасти его.

— Оказывается, буря была, только в другом месте. А что Карла? Она же узнала о тебе, да?

— Да, узнала. Испугалась, конечно, убежала. Но сегодня позвонила, и мы встретились, поговорили. Она поняла.

— Это хорошо. Настоящий друг.

— Да, мне с ней повезло.

— А как у тебя с Хейдаром?

— Все хорошо. Он так разозлился и испугался, когда я прибежала его спасать. Там было очень опасно, и он просил не соваться, а я все равно пришла.

— Ты не пострадала?

— В общем, нет. Приложили об стену хорошенько, я только дома пришла в себя, а так все нормально.

— Тогда я понимаю, почему он злился. Я бы тоже злился, если бы моя женщина так рисковала собой.

— А мы — женщины — такие! За любимых и в огонь, и в воду, и на край света.

— Ты любишь его?

— Не знаю, это сложно. Я столько всего чувствую. Когда у меня было видение о его смерти, я так испугалась! Могла думать только об одном — только не он! Мне тогда было все равно, чем я рискую, отправляясь его спасать. В приоритете была его жизнь.

— Что ж, он счастливчик.

В ответ я просто благодарно улыбнулась Джону, и начала заваривать чай.

* * *

Хейдар был рад слышать, что Эния уладила все вопросы с подругой. Девочка так переживала по поводу их дружбы, что было больно видеть эти грустные глазки. Когда малышка сказала, что поедет домой, мужчина испытал досаду. Ему хотелось, чтобы маленькая банши вернулась к нему.