Барон
Шрифт:
— Нет, я Шелдонец. И, в связи с тем, что вы здесь один, вынужден передать этот пакет вам, — я протянул запечатанную анонимку, — предайте по инстанции. Адресат написан.
— Ой! — вскрикнул парнишка, едва увидев имя адресата, — а вы, собственно кто?
— А вот этого, тебе знать не положено! И держи язык за зубами, не выбалтывай тайные сведения кому ни попадя. Понял?! На первый раз прощаю.
Я крутанулся на каблуках и вышел из здания, четко печатая шаг. Рот дежурного открылся. Я это спиной почувствовал.
Почти на выезде из городка, нас остановил далекий женский
— Господа охотники!
Словно в ответ залаяли дворовые собаки.
Пришлось остановиться и подождать принцессу. Она скакала к нам в сопровождении двух банковских охранников.
— Господа, что же вы так, не попрощавшись!
— Извините, Асмильда, нам действительно некогда. Итак, задержались.
— А вы, Малыш, тоже не вспомнили обо мне?
— Ваше высочество, мы очень торопимся, извините, — ответил Витар.
— Не извиню, пока не пообещаете меня навестить! Это относится именно к вам, Малыш, — прозвище произнесла с грустной иронией.
— Принцесса, единственное, что я могу вам пообещать, это то, что буду стремиться увидеть вас снова, а остальное — в руках Спасителя! — торжественно произнес друг.
Асмильда вздохнула.
— По крайней мере, вы честны. Не думайте, что я такая конченая стерва, не перебивайте! Я очень благодарна вам за все, что вы для меня сделали. Простите меня и прощайте. Даст Спаситель — свидимся. Счастливого вам пути! — она вздыбила коня и развернулась на задних ногах. Взяла с места в карьер. Скакала, не оглядываясь. Охрана еле за ней поспевала.
— Ничего себе! — присвистнул Витар, — а говорила, скакать не умеет.
— Не любит, — автоматически поправил я, — никогда не понимал женщин.
— Я тоже, — согласился со мной товарищ.
Следующий разговор застал меня скачущим по Кряжскому тракту.
— Здравствуй, дорогой! — елейным голосом произнесла Лиза.
— И тебе не хворать, дорогая.
— Слышала, ты там с принцессами всякими развлекаешься…
— Не без этого. А что, завидно?
— Ты специально меня бесишь, да? Не выйдет! Нафига вы полезли на черных! — закричала все-таки любимая, — на спецотряд! Хрен бы с ней, с этой дурой, а ты у меня один, ты понимаешь, один! И у тебя одна голова, а не две! — и разрыдалась.
— Ну что ты, Лизочка, все хорошо! Мы их победили. Ну, что ты, успокойся. Никуда я от тебя не денусь, и не надейся!
— Победили, как же! Он же тебя запомнил и другим передал! — сквозь рыдания произнесла Лиза.
Я молчал. Пусть успокоится. Не люблю я эти бабские истерики. Аж душу выворачивает. Когда плач перешел в отдельные всхлипывания, а это случилось быстро, буквально за несколько минут, она всегда быстро выплакивалась, я добавил:
— Не успел он ничего передать, я быстро его успокоил.
— Ага, — уже почти спокойно произнесла Лиза, — не надейся. Сам знаешь, как быстро в астрале время идет. Еще и образы можно передавать. Теперь каждая черная собака вас с Витаром в лицо знает.
— Да хрен на них! И далеко не каждый, а те, кто в астрал выходить может, и то не факт. А на каждого неназываемого у нас свой спаситель есть! Я специально у Медиана
узнавал.Меня как молотом по голове — Медиан! Вот кого надо поставить в известность!
— Что ты меня как маленькую успокаиваешь!
— А ты и не старуха. Или я не прав?
— Да иди ты! А как принцесса, красивая?
— Уродина! И смотреть было не на что! Мы её в Клювцах оставили, слышала про такой городок?
— Слышала. Врешь ты все. Ладно, возвращайтесь быстрее, я соскучилась. И Дарина тоже, так и передай Витару. Пусть на принцессу губу не раскатывает.
— Передам. Я ж говорю она страшная и уже далеко.
— Так я тебе и поверила. Смотри, в Кряже никуда не вляпайся! Если по моей части вопросы возникнут, связывайтесь, не стесняйтесь.
— Понял, дорогая. Слушаюсь!
— Ладно, пока. Не буду отрывать тебя от общения с высокородной красавицей. Не осрамись! А то мне стыдно за тебя будет.
— Я тоже хорошо к тебе отношусь. Пока.
Передал пожелание Лизы Витару, на что он буркнул невразумительно:
— С этой Дариной и поговорить не о чем.
— Можно подумать с принцессой есть о чем!
— На что она мне! — возмутился друг, — красивая, конечно, но характер! Увольте.
— Тебе не угодишь! А она на тебя запала. И последние слова мне понравились.
— Скажешь тоже.
— Поверь мне, старому, больному ловеласу, насквозь видящему бабские души!
— Знаток! Тоже мне.
Дальше скакали молча. Единственная неприятность — вечером пошел дождь, поэтому на ночевку пришлось остановиться раньше запланированного в первом попавшемся постоялом дворе. Здесь было не протолкнуться, нарвались на два купеческих обоза. Еле-еле удалось пристроить лошадей и с трудом снять комнатенку с одной узкой койкой.
На ужин пришлось подсесть за стол к шумным охранникам. За пивом они обсуждали разные темы: от политики, растущих цен, женщин и последних новостей.
— Слышали о нападении черных на Клювцы? Это на границе с Барматом, — сказал лысый охранник.
— Верь этим сплетням! Где черные, а где Бармат! От кого услышал? — засомневался сидящий напротив горбоносый, — наплетут с три короба, а такие наивные, как ты верят.
— За что купил, за то и продаю, — ответил лысый, — мы со стороны Бармата идем и сегодня нас обогнал курьер из Клювцов, совсем пацан еще, он в Вердон скакал. Остановился. В спешке воду забыл. Так вот, он и рассказал, что вся стража с магами на битву с черными ушла и победила. Эту весть и нес в Вердон. Из того поселка вроде ополчение собирались созывать, чтоб отменили. А ты говоришь за горами!
— Горы им не помеха, — присоединился молодой безбородый охранник, — я родом с севера, с предгорий, так у нас все знают, что черные древние тоннели сквозь горы используют, а мы их найти не можем, потому как они черной магией прикрыты. Все мальчишки у нас эти ходы ищут. И я искал.
— И? — переспросил лысый.
— Гни! Никто не нашел еще.
Все дружно рассмеялись.
— Потому что их нету, сказки это все, — отсмеявшись, сказал горбоносый.
— Неет, есть пути, — не сдавался лысый, — как-то же они попадают к нам. Даже зимой.