Беги, Натан!
Шрифт:
Часы на видеомагнитофоне показывали 6.00, и Натан включил телевизор. Он плюхнулся на диван, но тут же вскочил, почувствовав за поясом пистолет. Натан вынул его и снова улегся, положив оружие на грудь. По телевизору опять показывали его размытую фотографию в окровавленном комбинезоне. Потом появилось изображение БМВ, и Натан прислушался к словам диктора.
«…И, кажется, нашли автомобиль, который Натан Бейли использовал на второй день своего дерзкого побега из Исправительного центра для подростков. По информации, полученной от полиции, спортивная машина БМВ, по приметам похожая на автомобиль, угнанный из дома, где Натан Бейли
Он выключил телевизор. Всего за несколько часов полицейские лишили Натана двухдневной форы, а ему еще оставалось проехать сотни километров. Надо срочно придумать способ снова оторваться от них.
Думай, говорил он себе. Выход есть. Не может не быть. Нужно оценить ситуацию. Что им известно? Они знают, что он где-то неподалеку, но не могут знать, где именно. Они поговорят с жителями, покажут им его фотографию. Разве это может как-то ему повредить?
Тот человек в машине! Он видел его лицо. Он увидит его в новостях и сразу вспомнит. Натан разозлился на себя за то, что пошел тогда по открытому месту. Каким же он был идиотом! Они вернут его в тюрьму, обвинят в убийстве, вынесут приговор и посадят за решетку до конца жизни. И во всем будет виноват только он сам!
Волна отчаяния захлестнула Натана. Все его хитрости, все молитвы не имели никакого значения – на самом деле ему просто везло, как везет дуракам. Он подумал, что глупо даже надеяться уйти от полиции. Впервые он ясно увидел, что с того дня, как погиб его отец, он привык полагаться только на удачу. Он был так далек от реальной жизни.
Как ни тяжко приходилось Натану раньше, в его душе всегда мерцали несколько ярких солнечных лучиков. Теперь и они исчезли. Он словно попал в темную комнату без дверей и окон. Он был так одинок. Скоро полицейские найдут его и отправят обратно в то место – ему было жутко даже вспоминать о нем, – где он станет таким же, как звери, мучившие его все девять месяцев: живым снаружи и мертвым изнутри.
Натан мрачно опустил взгляд на пистолет. Он поднял его на уровень глаз и уставился в дуло. Вблизи пули казались огромными. Смерть – тоже свобода, не правда ли? Не будет больше погонь, не будет одиночества, его никто не сможет избить. Он снова увидит отца и будет жить с ним среди ангелов. Он встретит там свою мать. Натан улыбнулся при мысли, что увидит человека, которого любил, хотя и видел только на фотографиях. Он почти чувствовал тепло ее объятий, волшебный аромат ее духов. Отец снова улыбнется ему, и они зашагают по облакам – всей семьей.
Натан взвел курок. Слегка нажать – и все будет кончено. Он будет свободен. Он будет счастлив. Раз… два…
Грег Премингер прямо-таки светился от гордости. Он отличился, обнаружив БМВ, и это обеспечило ему появление в вечерних новостях. А там и до повышения недалеко! Он ходил от дома к дому в поисках свидетелей и мечтал о том, как схватит мальчишку.
Жаль только, что было слишком рано. Многие еще не вернулись с работы. Он обходил Литтл-Роки-Крик, где из последних двадцати двух домов жильцы оказались только в трех, но и те ничего не видели. А одна женщина поразила Грега, заявив, что ему должно быть стыдно так усложнять жизнь «этому бедному мальчугану».
Большинство его приятелей-полицейских считали, что Натан убежал гораздо дальше, но Грег чувствовал, что мальчик где-то рядом.
На его месте Грег захотел бы поскорее залечь на дно, а значит, отправился бы в Литтл-Роки-Крик.Грег не отчаивался. Такие вещи всегда требуют времени. В тех домах, где никого не было, он оставлял свою визитную карточку и наскоро составленное описание мальчика. Он был уверен – если кто-то что-нибудь видел, ему позвонят. В дверь дома номер 4120 Грег постучал только для галочки – дом пустовал, это было заметно издалека.
Услыхав стук в дверь, Натан бросился на пол. Сначала он подумал, что это случайно выстрелил пистолет. В следующее мгновение сквозь тюлевые занавески он ясно увидел силуэт стоявшего на пороге полицейского. В руках у него были бумаги.
– Они меня нашли, – прошептал Натан.
Но полицейский, казалось, и не подозревал о своей находке. Он еще раз постучал в дверь, а затем заглянул через окно в темную гостиную. Натан мог бы поклясться, что тот смотрит прямо на него. Но дальше ничего не произошло. Секунд через пятнадцать полицейский сунул бумаги под дверь и ушел.
Какое-то время Натан не двигался. Он не смог бы встать с пола, даже если бы захотел. Немного успокоившись, он поднялся на ноги и бросился на диван. Они были в пятнадцати шагах от него – и все же промахнулись. Он надеялся, что когда-нибудь сможет рассказать им об этом. Когда-нибудь.
Тонкий лучик света немного рассеял мрак в его душе. Там, где несколько минут назад была голая пустыня, теперь замаячила надежда. Отец как-то говорил Натану, что надежда – самое ценное, что может быть у человека. Тогда он не понял значения этих слов.
Натан снова посмотрел на пистолет. Со взведенным курком, готовый выстрелить, он выглядел страшно. В сумерках наступающего вечера он осознал весь ужас и постыдность того, что чуть было не совершил. Судорога сотрясла его тело, когда он вспомнил, как палец уже лежал на спусковом крючке.
Натан разжал пальцы, и пистолет упал на ковер. Закрыв лицо руками, Натан зарыдал.
В сотне километров от Литтл-Роки-Крик Лайл Пойнтер в своем «порше» свернул на шоссе, ведущее на север. В новой форме его никто не отличил бы от настоящего полицейского.
Джед решил, что Рики жил один. Он не был женат, и никто из персонала ИЦП не помнил, чтобы он появлялся на людях с девушкой. Однако, когда Джед попросил ключ, чтобы осмотреть квартиру, домовладелец сообщил, что там подруга Рики, которая его и впустит. Ее звали Митси.
Мысленно Джед представлял себе подругу Рики молодой взбалмошной блондинкой с техасским акцентом. Постучав в дверь, он поднял свой значок на уровень глазка. Он уже собирался постучать во второй раз, когда дверь открылась.
Джед ошибся в своих предположениях. В женщине, открывшей дверь, не было ничего экзотического. Она была молода, лет примерно двадцати пяти, одета в дешевые, но аккуратные шорты, длинные темные волосы убраны в хвостик. В руке она держала наполовину пустую бутылку пива.
– Вы Митси? – спросил Джед.
– Долго же вы добирались. – Она отошла в сторону, приглашая Джеда войти.
– Ну, понимаете ли, мэм, мы не знали, что у мистера Харриса был кто-то… ну, близкий человек.
– В ваших устах это звучит так романтично. – Она плюхнулась на диван и жестом указала ему на продавленное кресло. – Присаживайтесь.