Белая ночь

– Девочка моя, ты так нас напугала, - ее голос звучал очень мягко, как будто она вовсе не упрекала меня в моем безрассудстве. От этого мне стало еще тяжелей.

– Я знаю, мама.

Так мы стояли с ней, обнявшись на пороге, пока не подошел Алекс. Мама нахмурилась, именно в нем она видела причину всех наших проблем.

– Хочу сказать Вам спасибо. Без Саши я бы, наверно, не выздоровел. Знаю, что доставил Вам много неприятностей, но я надеюсь, что смогу загладить свою вину. Если, конечно, Вы мне позволите, - его смиренный вид был настолько трогательным, что даже мое сердце сжалось.

Я умоляюще глядела на маму. Она продолжала хмуро смотреть на него еще несколько секунд, но потом взгляд ее смягчился, и она сильней прижала меня к себе. Невозможно было устоять перед обаянием Алекса и моими безмолвными просьбами.

– Хорошо, мы попробуем. А пока я хочу вернуть, наконец, Сашу в родной дом.

– Обещаю завтра целый день даже близко к ней не подходить, - улыбаясь, проговорил Алекс.

– Это не честно! Протестую!
– возмутилась я.

Все рассмеялись, и напряжение окончательно спало. Мама скрылась в квартире, а я немного задержалась на пороге, потому что мне хотелось попрощаться с Алексом наедине. Он взял мои руки, положил их себе на грудь, потом притянул меня ближе и тихо произнес:

– Саша... Я многим обязан тебе. Теперь ты самый близкий мне человек, - он повернул мои руки и поцеловал ладони, после чего сделал шаг назад, - я позвоню завтра, или нет, наверно, уже сегодня. Тебе надо хорошенько отдохнуть.

На этом мы попрощались, и я закрыла за ним дверь. На миг мне показалось, будто что-то прошло не правильно, но усталость не дала мне развить эту мысль. Конечно, Алекс тоже сейчас не в лучшей форме.

Все вокруг было, как и раньше, но меня не покидало ощущение, что я вернулась домой после долгой разлуки. Сон просто валил с ног, и мама, хоть и хотела подольше поговорить со мной, все же сдалась и отпустила меня. Я еле доползла до кровати и, едва коснувшись подушки, тут же уснула.

Когда мне удалось, наконец, открыть глаза, в комнате было светло. Не удивительно, ведь в Питере сейчас белые ночи, а в это время года вообще нельзя понять, какое время суток за окном. Мой взгляд упал на часы рядом с кроватью, там горели цифры 07:15 РМ. Еще рано. Мозги ворочались медленно, но, наконец, до меня дошло, что уже вечер. Ничего себе, я проспала весь день!

На кухне кто-то звенел посудой, и глухо слышались чьи-то голоса. Я встала и оглядела себя в зеркало, висевшее на стене. Немного помятый вид, но самое ужасное зрелище представлял собой бинт на плече - он почти сполз и развязался. Вчера, перед тем как выйти из такси я сняла свою ветровку и спрятала в рюкзак, чтобы потом незаметно выбросить. Надеюсь, мама не хватиться ее.

С бинтом надо было что-то делать, не хватало еще пугать родителей своими ранами. На полке валялась моя дамская сумочка, уже давно я не носила ее, ходить по больницам мне было удобней с рюкзачком. Именно он сопровождал меня в поездке, но теперь сумка представляла собой огромную ценность: в ней должен был находиться широкий лейкопластырь. Я всегда носила его на тот случай, если туфли начнут натирать ноги. О счастье, он оказался на месте. Сняв бинт, я внимательно осмотрела рану, которая уже начала затягиваться.

Мне вспомнилось, как шаман одним движением ладони заставил боль утихнуть. Неожиданные мысли о Дэвиде выбили меня из равновесия. Воспоминания о нем не стали на расстоянии более тусклыми, я как сейчас видела необычное жилище в пещере и картины на стенах. Теперь мне было понятно, почему некоторые из них выглядели совсем старыми, наверно он собирал их, чтобы оставить память о тех местах, где родился когда-то. Человек вне времени... Находясь здесь, в Питере вся его история казалась нереальной, но от этого она не стала для меня менее правдивой. Даже сейчас я ни минуты не сомневалась, что все это действительно было с ним, и мне почему-то снова захотелось его увидеть.

Чтобы отогнать от себя грустные мысли, я занялась своим плечом: отрезала кусок лейкопластыря и налепила его на свою рану, скрыв от посторонних глаз жуткую картину. Конечно, мама будет в шоке, надо поскорей придумать правдоподобное объяснение по этому поводу. Я набросила на плечи плюшевую накидку и приоткрыла дверь. В нос ударил сладкий запах пекущегося пирога, наверно, там готовился праздничный ужин по поводу моего возвращения. Ну вот, а мне уже рисовались картины, что меня и в правду закроют на амбарный замок в комнате, как обещали. Я улыбнулась и пошла на кухню. Там кулинарничала моя мама и ее лучшая подруга Тоня, она первая увидела меня и бросилась ко мне с поцелуями. Мне всегда нравилась эта женщина, ее веселый нрав часто помогал нам с мамой справиться с нашими житейскими неприятностями. Казалось, в ней был заключен неистощимый запас энергии и оптимизма, которыми она с радостью делилась с окружающими.

– Блудная дочь вернулась!
– воскликнула Тоня.
– Ну, и горазда же ты поспать, мы с мамой сначала приготовили обед, но ты даже не соизволила проснуться.

Они обе рассмеялись, и их смех наполнил нашу квартиру весельем, отчего она показалась уютной и по-настоящему домашней.

В этот вечер было много улыбок и слез. Я рассказала им свою историю, повторив ее с самого начала, ведь за эти полгода мне с мамой не удавалось поговорить откровенно, то не было времени, то желания. Теперь я могла все ей рассказать, конечно, опустив эпизод с волками.

Пришел отец. Оказалось, что он уже два раза приезжал, чтобы увидеть меня, но я все еще продолжала спать. Пришлось еще раз повторить свой рассказ. Одним словом, только через два часа мне, наконец, удалось добраться до ванной и залезть под душ. Теплая вода окончательно вернула мне силы, и я вспомнила про Алекса. Он же обещал позвонить.

– Мама, где мой телефон?
– я с удивлением обнаружила, что его нет на моей тумбочке.

– Он начал звонить, я и забрала его на кухню, - мама начала переставлять бесконечные кухонные баночки и коробочки.

– Вот он, - после минуты поисков она победно подняла над головой мой сотовый, который я буквально вырвала у нее из рук.

– Алекс звонил два раза!

– Что плохого в том, что ему немного пришлось подождать, ведь ты ждала его намного дольше, - парировала мама, но я все равно с упреком погрозила ей пальцем.

Отвечать мне ей не пришлось, так как телефон снова зазвонил. Это был Алекс, и я закрылась в своей комнате, чтобы с ним поговорить.

– Привет, - сказала я.

– Саша, с тобой все в порядке, я звоню тебе уже полдня!

– Я проспала до вечера.

– Ну, ты даешь! Как можно валяться в постели, когда за окном такая погода? Весна! Все цветет! Я уже объехал весь Питер.

Конечно, его можно понять: проторчать на больничной койке полгода для любого человека было бы убийственно. Теперь Алекс снова начал жить, и он не хотел попусту тратить ни одной минуты.

– Маму выписали из больницы, - продолжал Алекс, - она сейчас в гостинице и мечтает тебя увидеть. Хочешь, я прямо сейчас приеду за тобой?