Бессердечный повеса

– Я их не выношу, – сказала Кэтлин, сморщив нос. – Жалкие, слишком привередливые цветы, должна пройти вечность, прежде чем они расцветут. Некоторые из них воняют, как старые ботинки или протухшее мясо.

– Они тоже не самые мои любимые, – согласилась Хелен. – Но я надеюсь полюбить их однажды. Иногда нужно полюбить что-то ещё до того, как оно станет привлекательным.

– Я не согласна, – сказала Кэтлин. – Не важно, сколько ты заставляешь себя полюбить этот… разбухший белый, тот который в углу…

– Дресслерия, – подсказала Хелен.

– Точно. Даже если ты безумно их полюбишь, они всё равно будут вонять, как старые ботинки.

Хелен улыбнулась и повела Девона дальше вдоль ряда, объясняя, как поддерживается температура в теплице при помощи расположенной рядом бойлерной и бака с дождевой водой.

У Кэтлин неприятно зашевелились волосы на затылке, когда она заметила, каким оценивающим взглядом Девон посмотрел на Хелен. Он и его брат Уэст казались аморальными повесами, будто вышедшими со страниц старого "модного" романа [3] . Обаятельные, с одной стороны, но коварные и жестокие, с другой. Чем раньше Кэтлин сможет увезти сестёр Рэвенел из поместья, тем лучше. Она уже решила использовать ежегодную выплату из своего вдовьего наследства, чтобы вывезти девушек из Эверсби. Это была небольшая сумма, но её будет достаточно, чтобы обеспечить их, в том случае, если она будет пополняться заработком от такого благородного занятия, как шитьё или рукоделие. Она могла бы найти для них небольшой домик, где бы они все могли жить или, возможно, пару комнат, которые сдаются в частном доме.

3

«Модный» роман (англ. fashionable novels или silver-fork novels) – популярный жанр в английской литературе 19 века, где описывается жизнь высшего общества и аристократии. В основном, главный герой романа – денди.

Не важно, с какими трудностями они столкнутся, это всё равно будет лучше, чем оставить трёх беспомощных девушек на милость Девона Рэвенела.

Глава 3

Позже тем же вечером Девон и Уэст ужинали среди обветшалой роскоши столовой. Еда оказалась лучше, чем они ожидали, и состояла из холодного огуречного супа, запечённого в апельсинах фазана и обкатанных в подслащённой хлебной крошке пудингов.

– Я заставил дворецкого открыть погреб, чтобы оценить винную коллекцию, – заметил Уэст. – Она просто великолепна. Помимо коллекционных экземпляров в ней есть, по крайней мере, десять разновидностей импортного шампанского, двадцать каберне, приблизительно столько же бордо, а также большое количество французского бренди.

– Возможно, если я достаточно выпью из этих запасов, – сказал Девон, – то не буду замечать, как этот дом разрушается на наших глазах.

– На самом фундаменте дома нет никаких серьёзных повреждений. Ни одна стена не покосилась, например, нет никаких видимых трещин в наружной каменной кладке, которые я бы успел заметить.

Девон посмотрел на него с лёгким удивлением:

– Для человека, который редко бывает хоть наполовину трезв, ты приметил слишком много.

– Разве? – Уэст выглядел смущённым. – Ну, извини, кажется, на меня нашло случайное прозрение, – он потянулся к бокалу с вином. – Приорат Эверсби – одно из прекраснейших охотничьих имений в Англии. Возможно, завтра нам стоит выйти пострелять куропаток.

– Здорово, – сказал Девон. – Думаю, мне понравится начинать день с убийства какой-нибудь живности.

– А после мы встретимся с управляющим имением и поверенным, и решим, что нужно сделать с этим местом, – Уэст посмотрел на брата выжидающе: – Ты так и не сказал мне, что случилось сегодня в полдень во время прогулки с леди Трени.

Девон раздражённо пожал плечами:

– Ничего не случилось.

После того как она представила его Хелен, Кэтлин оставшуюся часть экскурсии по оранжерее вела себя резко и прохладно. Когда они расстались, она вздохнула с явным облегчением, как человек, который, наконец, покончил с неприятными ему обязанностями.

– И что, она всё время носила вуаль? – спросил Уэст.

– Нет.

– Как она выглядит?

Девон стрельнул в него насмешливым взглядом:

– А это имеет значение?

– Мне любопытно. Тео знал толк в женщинах, он бы никогда не женился на дурнушке.

Девон переключил своё внимание на бокал с вином, покручивая коллекционный напиток до той поры, пока он не заискрился, как тёмный рубин. Казалось невозможным достоверно описать Кэтлин. Он бы мог сказать, что у неё рыжие волосы и золотисто-карие глаза с приподнятыми внешними уголками, как у кошки. Он бы мог описать её светлую кожу и розовый румянец, который расцветает на её лице, словно зимний рассвет. То, как она двигалась, её мягкая атлетическая грация, стеснённая лентами, корсетами и слоями ткани. Но ничто из этого не смогло бы передать, какое восхищение она у него вызвала... осознание того, что каким-то образом она имела власть открыть совершенно новые чувства внутри него, если бы только ей захотелось попробовать.

– Если судить исключительно по внешности, – ответил Девон, – думаю, она достаточно хороша, чтобы разделись с ней постель. Но у неё характер уличной торговки. Я собираюсь вышвырнуть её из имения так быстро, как смогу.

– А как насчёт сестёр Тео? Что будет с ними?

– Леди Хелен, возможно, подходит на должность гувернантки. Но только ни одна замужняя женщина в здравом уме никогда не примет на работу столь хорошенькую девушку.

– Она хорошенькая?

Девон наградил его угрожающим взглядом:

– Держись от неё подальше, Уэст. Очень далеко. Не домогайся её, не разговаривай с ней и даже не смотри в её сторону. То же самое касается близнецов.

– А почему нет?

– Они - невинные девушки.

Уэст одарил его едким взглядом:

– Неужели они такие хрупкие цветочки, что не смогут вынести даже нескольких минут в моём обществе?

– "Хрупкие" – это не то слово, которое бы я применил. Близнецы провели годы, носясь по имению, будто пара лисичек. У них отсутствуют светские манеры, и они немного одичавшие. Лишь одному Богу известно, что с ними делать.

– Я им сочувствую, если их отправят по миру без мужской защиты.

– Это не моя забота, – Девон потянулся к графину с вином и снова наполнил свой бокал, пытаясь не думать о том, что случится с сёстрами. Мир не был добр к невинным молоденьким девушкам. – Они были подопечными Тео, а не моими.

– А я думал, что это часть пьесы, – задумчиво произнёс Уэст, – когда появляется благородный герой, чтобы спасти положение, выручить девиц и всё расставить по местам.

Девон потёр уголки своих глаз подушечками большого и указательного пальцев:

– Правда в том, что я не смогу поднять на ноги это чёртово поместье и спасти девиц, даже если захочу. Я никогда не был героем, и у меня нет никакого желания им становиться. 

– ... в свете того, что последний граф не сумел произвести на свет законного наследника мужского пола, – монотонно читал семейный поверенный следующим утром, – согласно действующим законам об имущественных правах, при наследовании майоратной собственности дальним родственником, он теряет свою силу.

В кабинете повисла выжидательная тишина, Девон оторвал взгляд от кучи договоров аренды, контрактов и счётных книг. Сегодня он проводил встречу с управляющим имением и поверенным, мистером Тотхиллом и мистером Фоггом соответственно. Ни по одному из мужчин невозможно было сказать, что со дня на день им стукнет девяносто.

– Что это значит? – спросил Девон.

– Вы можете распоряжаться имением по своему усмотрению, милорд, – пояснил Фогг, поправив пенсне, и серьёзно посмотрел на Девона. – В настоящее время вы не ограничены майоратом.

Девон посмотрел на Уэста, который развалился в кресле в углу. Они обменялись взглядами полными облегчения. Слава Богу! Он может продать имение по частям или целиком, рассчитаться с долгами и пойти дальше своей дорогой без груза дополнительных обязанностей на плечах.