Без лица

– Эля, почему когда у тебя всё есть и ты достиг состояния гармонии, вдруг хочется чего-то ещё, и тогда покоя уже не найти?

Эля тоже прислонилась затылком к стене и посмотрела куда-то поверх Эрика.

– Разве это гармония, если захотелось чего-то ещё?

Во дворе раздались голоса, они засмеялись и стали удаляться, двигаясь в сторону туалета.

– Чёрте что, – шёпотом сказал Эрик и закрыл глаза. – Безудержное веселье.

– Ради этого и пришли, – отозвалась Эля. С закрытыми глазами она наклонила голову в другую сторону и облизала губы. – Знаешь, – сказала она, медленно шевеля пальцами на руках. – Если тебе захотелось чего-то, то так и надо. Иначе бы не захотелось.

– А если от этого плохо? – спокойно спросил Эрик.

– А если от этого плохо, то и должно быть плохо. Но плохо – это твоё восприятие. Всё, что есть, и составляет гармонию мира. Как сахар и соль, – Эля рассмеялась. – Плохое – это просто твоё восприятие. На самом деле оно никакое.

Во дворе снова раздался смех, теперь он двигался обратно к дому.

Во внутреннюю дверь между террасой и домом постучали. Эрик открыл глаза: в стеклянной части двери виднелось сашино лицо.

Не дождавшись никакой реакции, Саша открыла дверь и вошла на террасу.

– Маргинальненько, – радостно заметила Саша, принюхавшись к происходящему. – А вот жадность никого ещё до добра не доводила.

– Никакой жадности, – ответила Эля, не открывая глаз. – Возьми. Эрик, – обратилась она к фигуре, темнеющей слева от неё. – Угости даму.

– Я только чуть-чуть, – сказала Саша, принимая трубку из руки Эрика. – Из солидарности, из уважения.

– Расслабься, – прошептала Эля.

Саша криво усмехнулась и прикурила.

Через некоторое время Эрик вышел из своих мыслей и посмотрел на Сашу.

– А где все?

– Ходили курить, делать всякие дела, шарахаться по саду. Чем ещё приличный человек может заняться в субботу вечером? – со смехом ответила Саша. – Волшебный вечер для кутежа!

Эрик поднялся на ноги и пошевелил пальцами рук.

– Пойду-ка и я прогуляюсь.

– Спасибо за информацию, – сказала Эля. – Ценю.

Выйдя из туалета, Эрик оперся рукой о стену и прислушался.

Оглушительно и баюкающе ритмично стрекотали кузнечики, со стороны дороги был слышен звук удаляющегося автомобиля.

Эрик поднял голову, чтобы посмотреть на звёзды, но почувствовал, что кружится голова. Вытянув губы в трубочку, он медленно выдохнул и снова посмотрел на свет в окне бытовки.

От бытовки его отделяло метров пять – на земле, куда падал свет из окна, можно было разглядеть тень ручки с внутренней стороны.

На мягких ногах, очень аккуратно Эрик двинулся в сторону бытовки.

В доме раздался хохот – Эрик посмотрел в ту сторону и увидел силуэты в окне второго этажа. Занавески задёрнули.

«Весело, – подумал про себя Эрик, продолжая красться в сторону бытовки. – Субботний вечер, знаменитый дворец забав».

Ему захотелось смеяться, но бытовка была уже совсем близко, так что он смог сдержаться и хихикнуть, прикрыв рот ладонью.

Звук этот, впрочем, показался ему гигантским, разлетевшимся по земле до самого леса. Эрик испугался.

Поправив воротник у горла, он приблизился к углу бытовки.

«Ещё чуть-чуть, держись, – уговаривал себя Эрик. – Уже почти, ещё несколько шагов».

С оглушительно бьющимся сердцем, заглушающим даже стрекотание сверчков – или кузнечиков? вдруг это разумные кузнечики? – Эрик замедлился и через два шага оказался прямо напротив светящегося окна.

Пригнувшись под нижней частью рамы, чтобы его не было видно, Эрик простоял неподвижно ещё некоторое время и тогда, чувствуя, как кровь пульсирует у него в голове, приподнял голову и заглянул в запотевшее окно.

В душевой никого не было.

Не веря своим глазам, Эрик простоял так ещё немного, пригнулся обратно, вдохнул и рассмеялся от ощущения облегчения.

«Что я делаю, какой ужас, – сказал он себе вслух и закрыл лицо ладонями. – Какой кошмар!».

Он сделал несколько шагов от бытовки, больше не таясь – распрямившись, расслабив плечи, даже немного потянувшись, – а потом передумал и пошёл в обратном направлении.

«Свет зря горит, – вдруг подумал он. – Это не бережливо и глупо».

Саша всё думала о том, как сквозь кругляшки от веток, темнеющие на деревянном потолке, проходят, возможно, энергетические оси планеты. Очень захотелось пить.

– Так хочется пить, – сказала она вслух.

– Попьём, – безмятежным эхом отозвалась Эля. Излучая округлое спокойствие, она посмотрела на Сашу. – Всё, что угодно.

– Очень хорошо, – успокоилась Саша и несколько раз кивнула. – Здорово.

В соседней комнате громогласно засмеялись два низких голоса.

– А это наши распьянющие друзья, – с радостью классифицировала Саша.

Посидев неподвижно ещё неизмеримо немного, Эля поднялась и села на стул перед столом.

Саша, подперев голову руками и облокотившись на колени, слушала бушующий ветер за окном.

– Ты боишься молнии? – спросила Эля.

– Молнии нет, – покачала головой Саша.

– А грома боишься?

– Не очень, если честно, – с лёгким смущением ответила Саша.

На улице раздался глухой удар.

– Я вообще стараюсь мало чего бояться. Это же просто инстинкты. Нужно развиваться дальше.

– Почему бы и нет, – с тёплой улыбкой сказала Эля.

– Пойдём попьём? – предложила, поднимаясь на ноги, Саша.

Осторожно добравшись до кухни, они налили себе воды и предложили попить Игорю.

Егор сидел за столом и читал рекламную листовку.

– Какая интересная пицца, – сказал он, просматривая картинки. – Жаль, сюда не заказать.

Конец ознакомительного фрагмента.