Бездушный
Шрифт:
— Не маг? Точно?
— Точно. Я артефактами пользуюсь. А теперь рассказывай.
— Что рассказывать? — не поняла Райма.
— Всё, — пожал я плечами...
Из рассказа найдёнки многое стало понятнее. Мало того, она оказалась свидетельницей тех самых событий, ради которых я, собственно, и прыгал в эту богом забытую деревеньку.
— Ой, господин Краум, вы даже не представляете, что здесь было, что было... — затараторила девочка, объясняя-рассказывая. — Они как вошли сюда, так сразу всех грабить начали.
— Они — это кто?
— Стражники. А ещё с ними маги были. Дядьку Фарата огнём сожгли, страсть-то какая! И Пустю,
— Куда?
— Не знаю. Не видела.
— А ты? Тебя почему не забрали?
— А я в лопухах спряталась. Меня они не приметили.
— А как же родители?
— А нету их у меня. Про папку вообще не ведаю, а мамка утопла. Уж пять годков, почитай, как утопла. Стирать, грят, на речку пошла, её водяной-то и утащил. Да токмо нет у нас никаких водяных, я-то знаю. Я с бабкой Матюхой жила, её все ведуньей кликали... — на этом месте лицо у Раймы вдруг сморщилось, скуксилось, и она заревела в голос. — Матюху-то, и-ы-ы, маг ихний главный, всё чё-то пытал, ы-ы-й. Лыцензю каку-то требовал. А потом — вжих! — главу-то ей и отсёк. Прям воздухом, и-и-и... Я аж сама чуть со страху не померла, и голос отнялся... ы-ы-ы... А коли бы не отнялся, меня бы тако ж, как бабку... у-у-у-й...
Честно сказать, я понятия не имел, как успокаивать маленьких девочек, когда они плачут. Детей у меня ни в этом мире, ни в том не имелось, племянников и племянниц тоже, жениться не торопился, так что... Пришлось сделать то, что когда-то видел по телевизору и читал в книжках. Протянул руку и осторожно погладил найдёнку по голове.
А дальше — ну кто бы, блин, сомневался — всё покатилось точь-в-точь, как в каком-нибудь сериале. Банально-слезливом, снятом для дам неопределённого возраста от десяти до семидесяти.
Райма вцепилась мне в руку, словно в спасательный круг, и зарыдала ещё сильнее. А я продолжать гладить её по макушке, только уже другой дланью, чувствуя себя дурак дураком.
— Дяденька, а можно я с вами пойду-у-у? — выдала, наконец, найдёнка сквозь громкие всхлипы. — Мне тут одной стра-а-ашно.
Я мысленно выругался (вот ведь, нашёл проблему), но всё же кивнул:
— Пойдёшь, если вытрешь сопли и расскажешь, что было дальше.
Девочка перестала хлюпать и, вытерев нос тыльной стороной ладони, продолжила рассказывать о случившемся:
— ...а потом, когда всех увели, их главный маг в доме на той стороне схоронился. И с ним ещё пятеро было. И дальше, я видела, стражники с самострелами за забором запрятались. Так обычно, я знаю, в засаде на зверя сидят...
— Как, говоришь, звали их главного?
— А рази я не говорила?
— Говорила, но я не запомнил.
— Его звали Пуйтуш. Мастер Пуйтуш, я это точно слышала. К нему все другие так обращались...
— Понятно. Дальше давай. Дальше что было?
— Что было, что было... — Райма задумалась. — Ну, я точно не помню. Я в лопухах долго лежала, могла, значит, что-то и пропустить...
— Ты самое главное говори.
— Главное? Ага, поняла. Главное, значит, такое было. Там от заката на нашу улицу конники въехали. Первая тётенька. Краси-ивая, у-у-у... И тут в них стрелять как начали, а потом бух, бах, молнии блещут, огонь, гром. Ну, прямо жуть жуткая. Только я всё это не рассмотрела как надо. Уши руками закрыла, глаза зажмурила и так и лежала, пока не стихло.
— А после?
— А после их маг всё ругался. Сказал, в Мураши надо
ехать. Махистер, мол, их за то по голове не погладит.— Тётеньку ту... красивую... не видела больше?
— Как так не видела? Видела, — возмутилась Райма. — Токмо в беспамятстве. Её стражники на носилках несли и на телегу ложили. Вот.
Когда она это сказала, у меня будто камень с души свалился. Я даже ещё раз погладил девочку по макушке и похвалил:
— А ты молодец! Такая глазастая. Знаешь, где эти Мураши?
— Конечно. Кто ж их не знает? К восходу идти, они по дороге самые первые будут.
— А долго идти-то?
— Да не. Близко. Ежели надо, так я хоть сейчас проведу. Я ночью как днём всё маю. Меня тому бабка Матюха выучила.
— Бабка Матюха, говоришь... — я включил руну «познание» и внимательно посмотрел на Райму.
А потом вздрогнул. Найдёнка была удивительно похожа на Рей. Словно сестра. Младшая. Или, к примеру, дочь. И волосы были того же оттенка — медные, с рыжиной. Но вот глаза одноцветные, изумрудные... яркие-яркие, как у кошки в потёмках. А ещё в ней клубилась сила. Та самая маг-энергия, какую я видел, когда в меня заклятья швыряли.
Девочка, безусловно, являлась магом. Только... как бы это, блин, поточнее сказать... не инициированным... Наверно, поэтому имперцы её и не обнаружили, когда по деревне шлялись и жителей из домов выводили...
— У тебя кроме бабки родичи есть?
— Она мне не родич. Я просто жила у неё.
— Понятно. А кто-то ещё? Пусть даже не здесь.
Райма потрогала себя за мочку правого уха. Нахмурилась. А затем вдруг воскликнула:
— Есть! Как не быть-то?! В Сежеше тётка живёт, двоюродная. Мы туда даже ездили, раз или два. Токмо давно это было. Ещё когда мамка жива была.
— Дом помнишь?.. То место, куда вы ездили?..
Девочка снова сосредоточилась.
Я словно бы наяву видел, как клубящаяся внутри у неё маг-энергия «выстреливает» ей в голову тонкими «протуберанцами»...
— Помню. Да. Помню, как мы туда от самых ворот на телеге ехали. Сам дядька Фарат ей правил. На рынок капусту вёз. А мы с мамкой помогать ему были должны продавать её. Вот.
— Отличная у тебя память! Ты молодец — опять похвалил я Райму и снова погладил по волосам. От удовольствия та аж зажмурилась. Ну, точно, как кошка...
— Пойдём в Мураши? — сообразила она, когда я поднялся и закинул рюкзак за плечи.
— Да. Сперва в Мураши, а потом, как получится...
Глава 23
Девчонка не обманула. Она действительно отлично ориентировалась в темноте.
И хотя двигались мы не по дороге, а рядом, по изрядно заросшей обочине, до Мурашей добрались менее чем за час.
— Дальше один. Будешь ждать меня здесь, — указал я маленькой спутнице на придорожный кустарник.
Та спорить не стала. Нырнула в листву и будто исчезла в ней.
Село оказалось таким же безжизненным, как и Шумелки. Ни людей, ни скотины, ни птиц.
На что-то иное я, впрочем, и не рассчитывал. Навряд ли и так не слишком большая имперская армия начнёт оставлять гарнизоны во всех попадающихся на пути населённых пунктах, особенно таких маленьких, как Мураши и Шумелки. Вычистить их от «лишнего» населения — запросто, а устраивать там синекуру для нужных для штурма бойцов — ни один нормальный командующий на подобное не пойдёт, хоть режьте его, хоть в должности понижайте.