Бежать с острова

Викинг двигался быстрым шагом, повторяя уже не однажды пройденный им маршрут. Отличие от предыдущих марш-бросков было в том, что за спиной периодически звучали команды Идальго:

– Правее… Принимай влево… Скорее!..

На середине пути Идальго сделал остановку и, передав ему радиостанцию, приказал запросить обстановку и отдать распоряжение на выдвижение группы захвата к перешейку якобы с целью сжатия «мешка». Было понятно, что террорист тянет время и, отвлекая внимание коммандос, отрывается от них в единственном относительно неконтролируемом направлении.

Викинг считал, что Руэнтос не оставит прибрежную полосу без присмотра. Естественно, блокировать весь берег он не сможет, но осаду острова со стороны океана не снимет, пока не закончится операция. И его спутник вряд ли не осознает данную реальность, хотя и стремится выбраться из леса к берегу. Смущала уверенность в действиях и поведении Идальго. Он не производил впечатления загнанного беглеца и упорно двигался вперед к непонятной пока цели. Следовательно, у него был конкретный план действий, и Викинг, без всякого сомнения, занимал в нем вполне определенную строку. Только так можно было объяснить факт, что он до сих пор жив.

Ничего не оставалось, как дожидаться финальной части этого действа.

Минут через двадцать навстречу потянул свежий поток воздуха. Викинг оглянулся на Идальго, но тот только молча махнул дулом револьвера: следуем дальше.

Метров через сто лес начал потихоньку отступать, и они вышли к океану. Остановившись у самой кромки зарослей, террорист приказал Викингу лечь на землю, а сам осторожно выглянул из зелени и осмотрел берег. Спокойствие и невозмутимость лица, обратившегося к пленнику, показали, что рекогносцировка местности его удовлетворила.

Идальго присел на землю на безопасном расстоянии и задумчиво посмотрел на Викинга.

– Слушай меня внимательно, – после паузы сказал террорист. – Ты, надеюсь, не идиот и не думаешь, что я тебе сохранил жизнь из соображений гуманности или безмерной любви к ближнему. Просто у меня есть конкретная цель: выбраться с острова. В зависимости от того, как ты исполнишь свою роль, будет отмерено, сколько тебе осталось жить – минуту, час, день, месяц, год. Это не подлежит обсуждению и торговле. Надеюсь, все понятно?

Викинг промолчал и лишь неопределенно пожал плечами.

– Мы находимся примерно в четырех-пяти километрах от маяка, – продолжил Идальго. – Сейчас ты вызовешь сюда вертолет с целью преследования преступника, то есть меня. При этом все предложения помощи, если вдруг таковые поступят, должны быть категорически отвергнуты. Более того, дашь приказ коммандос оставаться на своих местах и не трогаться без твоего разрешения. Это первый этап. Второе: когда вертолет будет на подходе, свяжешься снова и доложишь, и эта информация должна дойти до экипажа вертолета, что террорист задержан и находится в твоих руках и ты, а точнее – мы, готов к эвакуации. При прибытии вертолета ты исполняешь роль задержанного преступника, а я, соответственно, охотника за головами.

– А если прилетит тот, кто меня знает? – угрюмо спросил Викинг.

– Сомневаюсь. Летчикам тебя вряд ли представляли, а на этап преследования люди более серьезные, с которыми ты мог иметь контакт, вряд ли пойдут – они более привычны не рисковать, а руководить из уютного места и появляться тогда, когда все опасности остались позади и пришло время собирать лавры победителей.

Классный расклад! Но самое занимательное в этом спектакле – роль марионетки, которую Викинг должен исполнить.

Издалека, со стороны особняка Россета, наплывал стрекот вертолетного двигателя. На его просьбу вызвать машину среагировали быстро. Прошло не более пяти-семи минут.

Идальго чуть кивнул головой, подавая знак, и Викинг нажал на тангенту радиостанции:

– Седьмой, я Одиннадцатый, прием.

– Одиннадцатый, я Седьмой, на приеме, слушаю вас.

– Седьмой, срочно передайте на «вертушку», что задание изменилось и они должны подобрать двоих. Место для эвакуации прежнее. Сообщите старшему, что охота завершилась. Прием.

После недолгого молчания радиостанция щелкнула и загремела голосом Руэнтоса:

– Доложи, что там у тебя? Все получилось? Взял живым?

– Повторяю: охота завершилась, эвакуируйте двоих. Все подробности при встрече, – сухо ответил Викинг.

– Вас понял, Одиннадцатый, – после секундной паузы прозвучал голос полковника.

Шум двигателя приближался. Викинг спокойно сидел на песке, ничем не выдавая своего предстартового состояния. Он понимал, что, если им не будет срочно принято никаких экстраординарных мер, его жизнь измерится всего лишь несколькими шагами до вертолета и первая же, максимум – вторая пуля будет выпущена в него.

Неожиданно радиостанция, лежащая рядом с ним, заработала, вызывая Одиннадцатого. Идальго удивленно поднял брови, но потом махнул дулом револьвера, указывая на аппарат:

– Ответь.

Радист сообщил, повторив дважды, что экипажу вертолета команда передана и эвакуация для двоих подготовлена. Викингу показалось, что он сделал небольшой акцент, ударение на последние слова. А может, это ему просто показалось.

– Вас понял, – завершил он разговор. – До скорой встречи.

Идальго во время передачи внимательно слушал доносившийся из включенной на полную мощность радиостанции голос, одновременно внимательно наблюдая за Викингом, но никак не отреагировал на эти переговоры, видимо, посчитав их простым докладом. Прислушавшись к уже близкому реву вертолета, он встал и сухо сказал:

– Поднимайся. Нам пора.

Сняв с плеча «каштан», Идальго, после недолгого раздумья, положил его на песок – в ближнем бою автомат может стать обузой. Они вышли на песчаную береговую полосу. Викинг шел впереди, держа перед собой скованные руки, Идальго – метрах в пяти за ним. Пузатый «хью» вырвался из-за деревьев неподалеку, прошел по дуге над океаном и, подлетев к кромке пляжа, развернулся боком, зависнув метрах на тридцати, покрыв густой рябью воду. Стоя вполоборота к Идальго, краем глаза Викинг заметил, как террорист машет пилотам, призывая садиться. Времени на сомнения не оставалось – или сейчас, или уже никогда.

Вскинув над головой руки, он что есть мочи, перекрикивая рев двигателя, закричал первое, что пришло в голову:

– Не стрелять! Не стрелять! – и сам рухнул на песок. Падая, Викинг успел заметить вскинутую вверх к вертолету голову на мгновение отвлекшегося террориста, на что и была сделана ставка.

Едва коснувшись пальцами песка, он стремительным волчком метнулся к террористу, бессознательно отметив взметнувшийся рядом с ним фонтанчик песка от выстрела успевшего все же среагировать Идальго, и врезался плечом в его грудь, сбивая с ног. Вторая пуля ушла в воздух. Изогнувшись в падении, Викинг сумел достать кисть, сжимающую револьвер, и впечатал ее каблуком в песок, выбивая оружие.