Безумие

Так стыдно мне ещё никогда не было. Вытерев лицо тыльной стороной ладони, я кинула тряпку на пол и побежала в ванную. Меня рвало снова и снова, до тех пор, пока моя кожа и без того бледная кожа не приобрела землистый оттенок. В голове крутилась только одна мысль: "Спать..."

Я смутно помню тот вечер. Я помню как отец накрыл меня тёплым пледом и поцеловал в щеку. Мне это напомнило детство...

Глава 2

Время

Утро в тот день выдалось солнечным и тёплым, но я после пробуждения все еще оставалась в постели и не желала выползать из под теплого одеяла. Меня снова тошнило, а ещё я раздумывала о том, что говорил вчера отец.

Понедельник. Сегодня очень много дел, через несколько часов начнутся занятия в колледже, поэтому потянувшись я все таки встала и шлепая босыми ногами по холодному полу побрела в ванную. Пока я умывалась и приводила в порядок волосы, в моей голове созрел план действий на вечер. Не хотелось сидеть без дела.

После того, как моя рыжая копна волос была уложена, я принялась за завтрак.

Дзынь....

Я взглянула в сторону двери и внезапно появилось не хорошее предчувствие. Через минуту звонок повторился снова. Я отодвинула кружку с кофе и горячие тосты в сторону и пошла к двери, стараясь ступать как можно тише. Звонок не прекращался и меня это беспокоило. Как только я оказалась у двери, половица подо мной предательски скрипнула выдавая меня.

– Мили. Я знаю ты там, открой мне.

Ник. После того, что рассказал отец, я боялась находиться с ним рядом, хоть и была уверена в его невиновности, а после того, что я видела в клубе, появилось отвращение к этому человеку. Но в глубине души я любила его. Такого какой он есть. Жестокого человека, с безумно красивыми глазами, в которых видно, что какой он несчастный на самом деле.

– Уходи. Я не хочу тебя видеть.
– Я держалась за ручку двери. На самом деле мне так хотелось открыть её. Я наверное не уважаю себя, если после всего что было я продолжаю испытывать к нему такие сильные чувства.
– Я знаю кто ты. И я не хочу иметь с тобой каких либо дел.

– Детка, о чем ты?
– В этот момент его голос изменился. Стал серьёзней.

– Шериф и его подчинённые уже ищут тебя. Все знают, что это ты убивал всех этих девушек!
– Мой голос начал дрожать.
– Скажи мне, зачем ты делал это?

– Мили, просто открой мне дверь. Я не понимаю, я к этому не причастен!

Кажется у отца в комнате был спрятан пистолет. На всякий случай он всегда лежал дома. Я побежала за ним. Когда Кольт М1911 оказался в руке, я уже бежала обратно. Засунула его за пояс джинсов в которых я была и не спеша при открыла дверь.

Ник был как всегда великолепен. Взъерошенные волосы, кожанная куртка, джинсы. Даже трехдневная щетина делала его привлекательным. А взгляд, такой печальный.

– Входи. Но если мне что то не понравится, сразу же проваливай на хрен!
– Я опустила глаза в пол. Обычно я не такая грубая.

Он вошёл. Принеся с собой тот чудесный запах его одеколона, которым я наслаждалась когда он обнимал меня.

– Так что? Расскажешь мне, что ты сделал со всеми этими несчастными девушками?

– Мили, я не при чем.
– Он подошёл в плотную ко мне, взял за плечи и взглянул мне в глаза.
– Зачем мне это?

– Но тебя видели! Бармен с того клуба наверняка уже дал свои показания.

Он на минуту задумался. Покачал головой и сказал:

– Но я пошёл тогда вслед за тобой. Я нашёл твои ключи, у дороги.
– С этими словами, Ник вытащил связку ключей и протянул мне. Я сразу же вспомнила тот момент, когда он звонил, что то выскользнуло из моих рук. Но я была не в себе в тот момент и мне не было до этого дела.

– Но...

– Если нужно, я дам свои показания. Я не убивал всех этих девушек! Я что похож на маньяка - убийцу?

– Нет.
– Я отрицательно покачала головой все ещё смотря в пол.

– Послушай, - он взял меня за подбородок и притянул моё лицо поближе к своему, - прости за тот вечер, я повёл себя как последняя скотина. Не знаю, что на меня нашло... Что я могу сделать, что бы ты мне поверила?

– Ничего. У тебя должно быть алиби, что бы тебя не упрятали за решетку!

Я верила ему... И на самом деле у него было алиби. Я могла подтвердить. Когда нашли первое тело, мы с ним на две недели уезжали в Чикаго. За день до того, как обнаружилось второе тело несчастной, он был со мной, опять же. Помнится, мы тогда сутки не выбирались из его спальни.

– Я люблю тебя, - он впервые сказал это не находясь в алкогольном или наркотическом опьянении. Я подняла на него глаза и в этот момент он поцеловал меня. Я не могла противиться такому накалу страстей. Прижав меня своими бедрами к стене, Ник начал поглаживать мою шею и грудь, опускаясь все ниже и ниже. Я начала забываться. Когда я с ним, всегда все происходит именно так.

Внезапно он отстранился.

– Это что?
– В его руках я увидела отцовский Кольт.

– Отдай его мне!

– Ты знаешь меня уже три года!
– Сам того не замечая, Ник повысил на меня свой голос.
– И после всего, что было, ты мне не доверяешь? Ты хотела запугать меня этим?

– Нет, пожалуйста отдай, - не понимаю, что на меня нашло, но я не думая о последствиях бросилась на него. Ник кажется обезумел, он оттолкнул меня, но я снова попыталась забрать пистолет.

Я видела его обезумевшие глаза, пылающие злостью. Внутри меня нарастал гнев из-за того, что я оказалась слабее и не смогла забрать Кольт.

Оглушающий звук и вспышка боли. Его расширенные от удивления глаза. Опустив взгляд, я моему взору предстала выступающая кровь, которая насквозь пропитала мои джинсы. Боль была невыносимой, такого мне ещё не доводилось чувствовать.

– Мили! Мили, я не хотел!
– Ник подхватил меня, не давая упасть.
– Прости...

***

– Ты сукин сын! Ты мне за это ответишь!
– Этот рев вывел меня из оцепенения. После него последовал удар и еле слышимый хруст.

Прошло несколько секунд и я увидела отца стоящего на пороге. Меня привезли в местную больницу, я поняла это, как только увидела белые стены и множество неизвестных мне аппаратов стоящих по бокам от кровати.

– Дочка!
– отец сел передо мной на колени и прижался губами к моей руке.
– Расскажи мне все. Этот подонок хотел тебя убить? Зачем ты открыла ему дверь?

– Папа...
– Голос охрип до неузнаваемости. Губы пересохли. Хотелось пить.

Отец поняв это, подал мне стакан с водой. Сделав глоток, я отдала стакан.

– Его вины в этом нет.

– Ты защищаешь его? Милена! Он прострелил тебе ногу! Ты потеряла много крови и неизвестно когда ты поправишься.

– Папа, - я начала свой рассказ. Так же я рассказала о том, что он не причастен к смертям тех девушек, у него было алиби.

Конечно же отец не хотел в это верить. Немного помолчав, он сказал: