Безвозвратно

В дверь постучали, когда я уже заканчивала с вечерним макияжем, проводя последний взмах тушью по ресницам. Проверив в глазок, что это был Джеймс, я открыла дверь и, улыбаясь, вышла на порог.

— Вау, — произнес он, с оценивающей улыбкой оглядывая меня с ног до головы. — Выглядишь потрясающе.

Его откровенное восхищение немного смущало, но было достаточно приятным.

— Спасибо, — произнесла я. — Ты и сам неплохо выглядишь.

Это было правдой. Черные брюки, серая рубашка и темное спортивное пальто на нем выглядели крайне эффектно.

Накинув жакет, я закрыла дверь, и Джеймс предложил мне руку, чтобы спуститься по лестнице. Из-за моих шпилек, Джеймс возвышался надо мной всего на пару сантиметров, и, надо признать, его белый «БМВ» показался мне гораздо более благоразумной машиной, нежели «Ягуар» Блейна, хотя, конечно, и более дешевой. Поймав себя на том, что снова мыслями вернулась к Блейну, я решительно отбросила их прочь.

— Как ты относишься к итальянской кухне? — спросил Джеймс, заведя машину.

— Очень положительно, — ответила я, улыбнувшись. По пути к ресторану мы непринужденно разговорились на отвлеченные темы, и, несмотря на то, что с самого начала я ощутимо нервничала, спокойная и теплая манера общения Джеймса, в конечном итоге, значительно меня расслабила.

Подъехав к небольшому итальянскому ресторану, Джеймс передал ключи одному из швейцаров, в то время как другой служащий ресторана галантно открыл передо мной дверь. Когда я вышла, Джеймс стоял уже рядом со мной и, придерживая меня за локоть, провел нас в заведение.

Разумеется, я никогда раньше не была в этом ресторане прежде, и мне показалась, что все здесь дышало уютом. Интерьер был подобран со вкусом, но без лишних претензий. Метрдотель провел нас к угловой кабинке, находившейся дальше всего от кухни, и я разместилась за небольшим столиком на элегантном кожаном диване. Джеймс сел рядом со мной, и метрдотель, протянув нам меню, тихо удалился.

Тут же к нам подошел официант, и Джеймс заказал бутылку красного сухого вина. Все, что предлагало нам меню итальянского ресторана, казалось деликатесом, и мне было непросто остановиться на чем-то определенном. Джеймс заказал что-то из морской кухни, в то время как я, в конечном итоге, выбрала баклажаны с пармезаном.

Как и следовало ожидать, Джеймс оказался занимательным собеседником. Он смешил меня на протяжении всего ужина историями об особо экстравагантных клиентах и о некоторых курьезных моментах в судебных тяжбах, которые вела фирма. Вино было превосходным, еда божественной, и я, на удивление, очень хорошо проводила время.

В какой-то момент Джеймс сделал знак официанту, и на столе появилась новая бутылка вина. Он продолжал обновлять мой бокал, и, несмотря на ирландские корни, позволявшие мне справляться с алкоголем гораздо лучше других, постепенно присутствие вина в моей крови стало более чем очевидным — мой смех звучал чаще, и меня все меньше волновало, что Джеймс придвигался ближе. В какой-то момент во время разговора его рука переместилась на мое бедро, и я была совершенно не против.

Во время очередной шутки Джеймса возле нашего стола кто-то остановился, и мы подняли взгляды. Когда я увидела, ктоэто был, я быстро протрезвела, потому что перед нами стоял Фрэнк Сантини, наблюдавший за нами с крайним интересом.

— Джеймс! — полные губы Фрэнка растянулись в улыбке. — Так и подумал, что это ты. Рад тебя видеть.

— Добрый вечер, Фрэнк, — ответил Джеймс коммуникабельным тоном. — Как поживаешь?

— Все замечательно, спасибо, что интересуешься, — ответил Фрэнк, и его глаза переместились ко мне. — Я вижу, этим вечером ты тоже неплохо проводишь время, если судить по той очаровательной леди, которая рядом с тобой.

Алкоголь значительно затуманивал мою способность мыслить, но я старательно пыталась выглядеть трезвее, чем была на самом деле.

— Она действительно очаровательна, — произнес Джеймс, улыбнувшись мне. — Кэтлин, это Фрэнк Сантини — давний клиент моего отца и нашей фирмы.

Мои губы дрогнули в натянутой улыбке.

— Мы с Кэтлин уже встречались, — заметил Фрэнк. — Хотя, насколько я помню, в прошлый раз она была с Блейном.

Я почувствовала, как Джеймс рядом со мной напрягся, и Фрэнк снова переключил свое внимание на него.

— Ты уже обдумал наше предложение? — поинтересовался он благожелательным тоном. — Знаешь, тебе бы все это пошло на пользу, Джеймс… ты бы надолго заручился нашей поддержкой.

— Я еще думаю об этом, Фрэнк, — возразил Джеймс, и его тон казался несколько раздраженным. — По-моему, я говорил, что дам вам знать, когда решу.

Улыбка Фрэнка тут же исчезла, и его глаза холодно сузились, но потом он, по всей видимости, восстановил самообладание и снова широко улыбнулся.

— Хорошего вечера вам двоим, — протянул он, кивнув в сторону Джеймса. — Мы с тобой поговорим позже. — На этом он ушел, и Джеймс, не произнеся ни слова, залпом осушил свой бокал. Когда молчание затянулось, я осторожно поинтересовалась:

— Что он имел в виду под… «предложением»?

— Отец хочет, чтобы я стал окружным прокурором, — ответил Джеймс. — По сути, он на этом настаивает уже очень долго. Фрэнк обещает мне поддержку своей компании, если я соглашусь на должность.

— А ты сам этого хочешь?

— Не знаю, — ответил он уклончиво. — Возможно.

Визит Фрэнка безвозвратно омрачил вечер: Джеймс стал каким-то угрюмым, и я уже не чувствовала себя так комфортно, как прежде.

Разговор не слишком клеился, и уже через полчаса Джеймс, оплатив чек, взял меня за руку, чтобы вывести из ресторана. После значительной порции выпитого вина я чувствовала себя гораздо больше навеселе, чем мне хотелось бы, и поэтому была благодарна Джеймсу за поддержку, которая позволила мне увереннее держаться на ногах. После того, как он посадил меня в машину и сам сел за руль, Джеймс вопросительно посмотрел в мою сторону:

— Мне нужно заехать в офис на минут десять, — произнес он. — Ты не против?

— Конечно, нет, — покачала головой я. — Все в порядке.

После нескольких миль Джеймс снова заговорил:

— Я не знал, что ты встречаешься с Блейном.

В его голосе чувствовалась обманчивая небрежность, которая меня насторожила.

— Я не встречаюсь с Блейном, — возразила я отрывисто. — У меня поломалась машина на прошлой неделе, и он подвез меня домой, по пути заехав в офис Фрэнка. Это все.

Воспоминание о поцелуе Блейна просочилось сквозь мое сознание, заставив меня поморщиться. Я не лгала. Целоваться и встречаться с кем-либо — далеко не эквивалентные понятия. По крайней мере, не в том смысле, который подразумевал Джеймс.

— О, — выдохнул он. — Ладно, это… обнадеживает.

Я заметила промелькнувшую на его губах в тусклом свете улыбку, и его рука, потянувшись, накрыла мою ладонь, лежавшую поверх колен.

Я слабо улыбнулась в ответ, позволив ему держать себя за руку. Он ведь не мог ревновать меня, так ведь?