Безвременье

— Линии… неописуемо ужасны, — Тренту удалось выпрямиться, выглядя потрясенным. Но не напуганным.

— Вот почему горгульи расстроены, — сказала я, беря его за руки, и он вздрогнул. — Если тебе это не нравится, то ты можешь убрать свои мысли в пузырь. Ты думаешь, что это плохо, нужно тебе было услышать линию до того, как Бис ее зафиксировал.

— Мы можем идти? — почти проскулил Бис. — Чем раньше мы зафиксируем другую, тем лучше я буду себя чувствовать!

Я сделала глубокий вдох и кивнула Квену. Солнце взойдет слишком скоро. К тому времени я должна была закончить.

— Ну, тогда, идем.

И мы ушли.

Глава 29

Кружащийся вой цветов шума ударил в меня, пока я барахталась в широкой реке энергии. Она была настолько густой, что я едва могла думать. Усталость тянула меня. Все труднее становилось держать себя в целости.

«Бис?»— подумала я, ища что-то знакомое, и его присутствие присоединилось ко мне, твердое, спокойно серое.

«Трент?»— подумала я, и Бис принес мне свои эмоции: определение, изумление и трепет силы, которыми мы были окружены. Он был с нами, но тихо, стараясь переварить это.

«Найди это!»— мысли Биса были опоясаны истощением, и я прицелилась на его низкие впечатления от зеленого, золотого и коричневого тонов, с кружащимися резкими чертами красного и черного. Я нащупала беспорядочные дисбалансы, выбирая потоки и связывая их, пока я не стала соответствовать тому, что показывал мне Бис, что было комплексом невероятно высоких и низких ощущений. Я смутно чувствовала движение дыхания, чувствовала боль от кислородного голодания, как она ползет по мне, мои мысли медленно текли.

«Поняла!»— подумала я, паникуя, когда обнаружила, что Бис борется. Это было бы намного проще, если бы мы не должны были делать это на бегу. — «Бис, чей это дисбаланс?»— подумала я, когда окружила его пузырем. — Какая линия?!

Его мысли прошептали в мои, напевая цвет, я почувствовала, что должна это знать. Я настроила пузырь, удерживая дисбаланс, и со звенящим ощущением, я почувствовала, и Трент тоже заметил, что оно исчезло. Чистая волна присоединилась к вою энергии, звеня надеждой.

Объединяя нас вместе, я поставила круг, отрезая нас от дисбаланса, я просто заменила чувство реальности, закручивая и соединяя. Дисбаланс делал каждую лей-линию уникальной, получается, что их главный недостаток делал возможным путешествовать по ним.

Я ахнула, когда мои изголодавшиеся по воздуху легкие стали реальными и расширились, втянув кислый вкус жженого янтаря. Лицом я врезалась в красную грязь, прищурив глаза и принимая локтями удар. Раздалось страдальческое мычание и скольжение камней, и я догадалась, что это был Трент. Ветер был твердым, а небо — темным. Садясь, я потерла подбородок и выплюнула грязь.

— Бис? — прохрипела я, понимая, что мы — в безвременье. — Разве тут не должно было стать легче?

Бис был сгорбленной тенью рядом со мной.

— Я подумал, что в безвременье мы сможем скрываться чуть дольше, — сказал он, поднимая красные глаза к небу, луна была наполовину полной и уменьшенной, она только вставала над разбитым горизонтом. — Он найдет нас в ближайшее время. Здесь мало что можно разгромить, если он захочет.

Бис имел в виду, меньше людей в качестве потенциальных заложников, и я поднялась, протягивая руку, чтобы помочь Тренту. Он покачал головой и отказался, опустив голову, он сел на разоренную землю и попытался отдышаться. У Биса получилось, но ему явно не хватало утонченности. Потирая царапины на локте, я смотрела через огромную равнину. Повернувшись, я увидел большую долину, заполненную каскадами камней; края блестели красным от Луны, которая показывала их очертания, обращенные на Восток. Я медленно развернулась, узнавая то место, где мы были, когда увидела неглубокие углубления и сломанный мост через них.

— Эден Парк? — спросила я Биса — Чья это линия?

Бис нервно подергал когтями на ногах и прыгнул на скалу, которая была, наверное, отражением в реальности статуей Ромула, Рема и волчицы.

— Единственного демона, который не охотится на нас, — сказал он. — Ала.

Я потопталась в грязи и посмотрела вниз, думая, что должно быть что-то, чтобы отличать это от всего остального. Мы стояли на том самом месте, где я заключила договор с Алом, что буду его ученицей, если Трент станет моим фамилиаром. Трент кашлял у моих ног с кольцом, которое сделало его моим рабом. Хотя, раба можно было освободить.

Как будто ощущая мои эмоции сожаления и неизбежности, Трент протер глаза от песка.

— Прости, — сказал он, изящно вставая, красная скала окрасила его халат, как кровь.

— За что? — Опустив голову, я прочертила ногой круг, грубый, но эффективный. Мои мысли находись в ожидании приступа боли, который означал бы, что нас нашли.

— За жертву, о которой я просил тебя.

Я удивленно оглядела его.

— Я не та, у кого на пальце кольцо раба. Кроме того, я была бы рада, если бы получила извинения за то, что ты ударил меня головой о надгробную плиту и чуть не задушил меня до полусмерти, — сказала я, вертя главное кольцо на пальце. Либо он знал меня лучше, чем я думала, либо он получал гораздо больше информации через кольца, чем я получала от Квена.

От его полуулыбки во мне что-то сжалось.

— Тогда, я приношу свои извинения.

— И я принимаю их, — сказала я, убирая выбившуюся прядь волос. — Хотя, этого никогда не было. Спасибо, что спас детей. Это было важно для меня.

Выражение лица Трента стало пустым. В тишине он встал, положил руки на бедра и стал смотреть на посветлевшее небо, щурясь.

Он ничего мне не сказал. Я поморщилась от зловония и песчаного ветра, вспоминая тот момент, когда мы вышли из базилики безвременья. Здесь и сейчас не было никаких поверхностных демонов, и я задумалась, где они были.

— Это ужасно, — сказала я мягко. — Раньше здесь были леса, родники и туман. Все это, все безвременье.

Взгляд Трента перешел ко мне.

— Откуда ты знаешь?

Я пожала плечами.

— Я подсмотрела один из снов Ала. Думаю, я знаю, как они раньше выглядели. — Я повернула голову. — Они были рабами эльфов когда-то, не так ли? И они восстали. Забрали лучших из вас.

Выражение его лица было пустым.

— Ходят слухи.

— И вы пытались уничтожить их.

Трент сделал медленный вдох. Я почувствовала внимание Биса.

— С этим не поспоришь.

— А теперь ты мне помогаешь их спасти.

Кивнув, он снова улыбнулся своей полуулыбкой.

— Моя цель состояла в том, чтобы спасти тебя, но, думаю, да, теперь, я это делаю, чтобы спасти их.

Бис дернулся. Спустя мгновение, я тоже это почувствовала. Кто-то шел. Хлопая крыльями, Бис снова оказался у меня на плече, я почувствовала исцеленное пение линии. Я сильно потянула линию Ала, и она напевала сквозь меня, заглушая ущерб, который мы еще не убрали в других линиях. Трент шокировано дернул головой, когда тоже почувствовал это.