Безвременье

— Я не отдаю его тебе, — вздохнул он. — Это заем. На несколько минут. Я хочу получить его обратно.

— Это кольцо, — сказала я решительно, не способная сказать, было ли оно из черного золота или просто было испорчено.

— Остра, как гвоздь, — буркнул Ал. — Ты хочешь надеть его сейчас? Выбирай палец.

Я растопырила пальцы левой руки, и, клянусь, он издал небольшой звук в смятении. Я взглянула вверх и увидела, что его челюсти сжались.

— Что оно делает?

Ал скривился, переминаясь с ноги на ногу.

— Я, хм, это своего рода жизненная веревка. Вот, что это, я постоянно в безвременье вытаскиваю твою задницу из огня, если я ошибусь, а ты будешь в реальности, то ты исправишь это.

В исправлении линии был весь смысл, и я была не против иметь страховочный трос. Если это было кольцо, то это было круто. Я все еще колебалась; кольцо, казалось, впитывало резкий свет. Оно было тяжелым в моей ладони, и у меня было безумное желание бросить его в огонь и посмотреть, появится ли надпись.

Я села с открытым зонтиком вниз, и он покатился по безвременью, подхваченный ветром, пока не уткнулся в большой камень.

— Кольца позволят нам работать в качестве единой энергетической сущности через реальности, — сказал Ал, стоя почти боком ко мне, поскольку он смотрел в никуда. — Я думаю.

— Ты думаешь? — сказала я, начиная понимать. — Это как сила тяготения?

В глазах Ала мелькнуло хитрое выражение, порыв ветра перемещал завитки его волос. — Если хочешь.

Качая головой, и протянула кольцо обратно.

— Нет.

Он закатил глаза, смотря на изможденное небо и отказываясь принимать кольцо.

— У тебя сегодня совершенно нет чувства юмора, — сказал он, и моя рука опустилась.

— Мы просто сможем заимствовать ци и находить ци друг друга с минимальными потерями.

Это было больше, чем просто кольца, и я хотела получить правду о них.

— Ал, — сказала я решительно. — Что это? У тебя тоже есть одно. Я вижу это по твоей перчатке.

Подняв плеч, он повернулся ко мне спиной.

— Ничто, — сказал он, ветер почти уничтожил его голос. — Сейчас они ничто, но так, они для того, чтобы вытащить твой зад из огня.

Он обернулся, и его потерянный взгляд удивил меня.

— Иди по линии в реальность, — сказал он, указывая. — Ты должна услышать меня, находясь в линии или нет, если у тебя есть кольцо. Ты будешь иметь больше шансов на исправление линии, если будешь работать из той реальности, откуда ты ее сделала.

Я колебалась, и он добавил, — Думай о них, как о зеркале вызова без подслушивания.

Неуверенно, я посмотрела на простой потускневший металл. Собственная линия к мыслям друг друга была весьма сомнительной связью, не насилие конечно, но очень… личное. Не помогало, что они выглядели как обручальные кольца.

Противореча своим убеждениям, я надела кольцо на палец. Поднимаясь на ноги, я почувствовала, как мое сознание расширилось. Это было точно так же, как и при зеркале вызова, но связь была крепче, гораздо более интимной. Я могла почувствовать не просто присутствие Ала, но и ощутить его мужественность, его беспокойство, его озабоченность. Я могла почувствовать пределы его ци, и я знала до последней йоты, сколько в него влезет силы, которой он сможет воспользоваться. Ее было не так много, как у меня. Не то, чтобы ему ее не хватало. У демонов женского пола были, естественно, повышенные способности к удержанию двух душ в одной ауре, как при вынашивании ребенка.

— Твою ж мать, — сказал Ал хрипло. — Ты расширила свою досягаемость, Рейчел.

По-видимому, он мог видеть мои способности.

— Это должно так чувствоваться? — спросила я, сердце колотилось, когда я быстро глянула на него.

— Это не очень хорошая идея, — сказал Ал, казалось, ему было также неудобно, как и мне. — Мы могли бы это сделать с зеркалами вызова.

Я подпрыгнула, когда он взял меня за руку, чтобы можно было снять с меня кольцо. В глубине его глаз была боль, и она не имела ничего общего со мной. Мое сердце колотилось, и, не зная, зачем, я согнула пальцы, чтобы сжать руку в кулак. Взгляд Ала дернулся вверх, и я знала, что я, должно быть, выглядела паникующей, он замер.

— Э, я в порядке, — сказала я, напряженно. — То есть, если у тебя все в порядке.

Его губы скривились.

— Я не ожидал, что это будет…

— Как? — подсказала я, когда он запнулся.

— Именно так, как я это запомнил, — сказал он сердито и отпустил мою руку. — Иди. Дай мне знать, когда выйдешь в реальность и встанешь вне линии. Как я уже сказал, они работают также, как зеркала вызова.

Он отвернулся, ожидая, и я замялась. Он пристально смотрел на изломанный ландшафт безвременья, думая о ком-то. Я чувствовала это в его мыслях, желание чего-то, что он так давно потерял, что даже забыл, что скучал по этому.

Я пошаркала ногами, и он напрягся. Крутя кольцо на пальце, я встала в линию, стараясь держаться подальше от фиолетового центра. Сразу резкий резонанс возобновил мою головную боль, но еще до того, как я узнала это, боль, казалось, раздвоилась. Аль взял часть ее.

— Прости, — сказала я, и он повернулся, сворачивая фалды и тщательно скрывая боль.

— Это то, что делают кольца, — сказал он, подталкивая меня своей рукой в перчатке. — Не то, чтобы я не ожидал этого. Иди.

Кивнув, я вздохнула и перенесла себя в реальность. Я снова вдохнула свежий воздух, наслаждаясь теплом желтого солнца и мягкой тишиной ветра в деревьях. Неудивительно, что демоны были в плохом настроении. Они жили в виртуальном аду.

Помня Ала, я уменьшила мои мысли с облегчением.

— Хорошо, они работают, — подумал он, и я скорчилась, когда его мужественное, властное присутствие застыло во мне. — Я не был уверен, будут ли они работать между реальностями.

— О, Господи, ты можешь это ослабить? — спросила я, чувствуя себя так, словно он дышал мне в затылок, и я почувствовала его смешок.

— Неудобно?

Я посмотрела на невспаханный, поросший сорняками сад, видя очертания мечты человека об идеальном месте правды.

— Да, немного, — сказала я, затем вздохнула с облегчением, когда чувство выделяемого адреналина, что он вселял в меня, казалось, исчезло. Он олицетворял мужское, и то, что он так близко, нервировало.

— Спасибо, — сказала я, выходя из линии и глядя на нее вторым зрением. Я могла видеть, как Ал смотрел на меня пижонским призрак из любовного романа. — Так, как мне это исправить?

— Я передумал. Ты смотри. Я займусь расследованием. Я собираюсь исследовать фиолетовую линию внутри, узнать, есть ли подпись ауры. Может быть, я смогу вытащить ее. Очевидно, это произведенный недостаток, и как таковой, он будет иметь начало и конец, чтобы разгадать его.