Безжалостный

И сейчас накопившийся стресс требовал выхода. Подтрунивание над Марком — отличный способ разрядки. Заняться горячим сексом был бы тоже не плохо, но Джи знала — после таких новостей Марк Ортис может сношать исключительно мозг. И хорошо, если свой!

Вот чуть позже, когда он переварит полученные новости…

— Это не какие-то там ракеты, а убийцы планет! — Пальцы Марка отбили по подлокотнику кресла бодрый, но несколько нервный ритм.

Мысли его путались.

Иметь такое оружие соблазнительно, но опасно. Избавляться от него глупо. Но все же…

В последнее время все идет слишком хорошо. А один из самых универсальных законов вселенной прост и незамысловат — за светлой полосой всегда следует темная. И не полоса, а задница.

Он уже стал слишком выделяться. Мобильная верфь, производственные комплексы, сильный флот. Если об «убийцах планет» узнают… Да даже если просто появится подобный слух! Для дома Фобос и лично Марка Ортиса это станет приговором.

Выскочек нигде не любят. А сильных выскочек — вдвойне. Лидер прорыва нужно уничтожать на стапелях верфи, пока на него не начали монтировать двигатели и вооружение. Иначе потом он сам кого хочешь уничтожит.

Для начала ракеты надо скрытно выгрузить с «Волчицы». Но где их спрятать? «Август»? Несмотря на свои размеры, лидер прорыва страдает теми же проблемами, что и остальные космические корабли — постоянная нехватка кубометража. Ракеты займут немало места в трюмах. И для их хранения придется чем-то пожертвовать.

Это Джи повезло, что «Волчица» заканчивала свои странствия по Нейтральным системам и ее трюмы достаточно опустели, чтобы принять незваные подарки.

Зарядить ракеты в ракетные шахты «Августа» тоже не вариант, слишком приметные контейнеры. Через час об «убийцах» будет знать вся ракетная палуба, а через два — весь экипаж лидера.

Орбитальная крепость?

Марк тщательно обдумал этот вариант, и он ему не понравился. Причины все те же — слишком много людей. Нужно что-то более скрытое.

— «Август», что там у меня с планетарными резиденциями? Нужно что-то отдаленное и хорошо защищенное.

— Требуется подтверждение, для допуска к закрытой информации, — сообщил искин. — Найдено три объекта, полностью удовлетворяющие запросу, — добавил он, после того как Марк дал ему требуемый допуск.

— Выводи данные на голоэкран.

— Мне отвернуться, пока ты меня не расстрелял? — едко уточнила Джи.

— Можешь просто заткнуть уши и закрыть глаза, — милостиво разрешил Марк. Теперь, когда приемлемое решение найдено, его начало слегка отпускать. — И не стал бы я тебя расстреливать… просто запер в одиночной, но комфортабельной камере.

— Ваша Милость такая милостивая, — добавила Джи, улыбнувшись в ответ на шутку. Если это вообще шутка.

— Третий вариант. Какое состояние объекта? — изучив все данные, уточнил Марк у Августа.

Небольшое подземное убежище, расположенное вдали от основных поселений планеты и полностью отрезанное от разветвленной системы подземных коммуникаций его вполне устраивало, как и устаревшие, но полностью автоматизированные системы защиты. Включая три установки ПВО ближнего радиуса действия.

— Объект находится на глубокой консервации, — сообщил Август. — На автоматическую расконсервацию нужно не меньше недели. А если задействовать дополнительный сторонний персонал, то три дня.

— Обойдемся без стороннего персонала. Начинай расконсервацию, — приказал Марк, мысленно радуясь найденному выходу. — Пожалуй, отпускать тебя в космос — плохая идея! — протянул он, вновь обратив внимание на главный источник неожиданных неприятностей. — То ты в рабство попадешь, а потом «случайно» крейсер захватишь. Теперь вот самое грозное оружие человечества отыскала. Нет! Надо тебя запереть на «Августе» и не отпускать в самостоятельные полеты. Тайна убежища опять же…

— Эй! — возмутилась Джи, принимая игру. — Вообще-то я выполняла твой приказ!

За проведенное вместе время они научились понимать друг друга с полу слова. Притерлись, словно детали хорошо смазанного механизма. И она прекрасно знала, когда Марк шутит, а когда говорит серьезно. Чаще всего знала…

— Я главный, а значит, не могу быть виновным по определению, — отмахнулся Марк и, не сумев сдержаться, тяжело вздохнул.

Способ Джи — перевести все в шутку — хорош, но не для него. Вновь и вновь его мысли возвращались к злосчастным контейнерам.

— Не понимаю, чего ты так переживаешь? Дом Фобос теперь обладает оружием, доступным только Центральным мирам!

Марк скривился, словно у него заболели зубы.

— Это не оружие, а проблема. Огромная, дурно пахнущая куча проблем. Дом Фобос стал слишком сильным. Если просочится хотя бы слух про «убийц планет» — это станет отличным поводом разделаться с нами. И даже дом Велот будет в первых рядах, несмотря на всю нашу дружбу с Гнем. Ты бы видела, как он дрожал, получив последние новости из Центральных миров.

Он не нашел ничего дурного в том, чтобы слегка сгустить краски. Хотя Гней был скорее шокирован, чем испуган. Да и испуг в данном случае — реакция естественная. Просто… Да, ему не нравился интерес наследника дома Велот к Джи. Кто будет мериться с тем, что у него пытаются увести гениального адмирала?

— По-моему, кто-то просто ревнует, — прозорливо обронила Джи и заинтересованно добавила: — А что там с новостями из Центральных миров?

Марк с удивлением воззрился на девушку.

— Ты еще не знаешь? Это же самая горячая новость сети!

— Какая сеть, Тигра, — у Джи от возмущения перехватило дыхание. — Вспомни про мой груз! Я сразу же полетела к тебе.

Зная паранойю Марка, и не желая разбираться потом с чересчур бдительным Имиси Танаки, она заранее подстраховалась и временно запретила доступ своим кораблям к орбитальной сети.

— Август, покажи ей последние новости, — распорядился Марк. — Ту выкладку, по моему запросу.

Стоило картинке появиться на голоэкране, Джи длинно и зло выругалась, мешая ругательства всех известных ей языков.

— Безумцы! Убийцы планет! — от ее игривого настроения не осталось и следа. Понятно, почему Марк так взвинчен. Проклятье! — А как же сдерживание? — почти обиженно добавила она.

— Сдерживание хорошо, когда ты стоишь лицом к лицу противнику и держишь его под прицелом, а тебе в лоб смотрит такое же черное дуло пистолета. Когда пистолеты убраны в кобуру, из которых их никто давно не вынимал, возникает соблазн использовать свой, чтобы выстрелить первым. Вдруг враг не успеет ответить или его пистолет заржавел и не сможет стрелять, — прозорливо заметил Марк, вновь вчитываясь в практически заученные строчки статей. — И оно теряет всякий смысл, когда началась стрельба. Тут уже никто не думает о последствиях — стреляет. Ведь если не ты, то тебя. Так что не льсти себе. Это, — он кивнул на статью, — только начало.