Бинарный код – 5. Ядерная программа

Рутра не верил своим ушам. Его сбросили с носилок, схватили за ноги специальными ремнями и поволокли по коридору. Мозг приходил в себя, судорожно думал, тело не подчинялось Рутре. Он пытался крикнуть, но не получалось, старался что-то сказать, но его не слушали. «Что делать?» – судорожно думал Рутра, испытывая отчаяние. Неужели такой бесславный конец? Его не столько страшила смерть, сколько разлука с родными. Такая внезапная разлука навсегда. По щеке прокатилась слеза, он не чувствовал боли, хотя с него уже сползла часть одежды. «Что же происходит?» – с негодованием думал он. Единственный логический ответ, который выдавал мозг: «Может, это уже не наши спецы?». Надо что-то предпринять, он не привык сдаваться.

Хотя Рутру тащили по-зверски, это сыграло ему на руку. От боли Рутра немного пришёл в себя, вернее – тело стало чувствовать. Найдя в себе силы, Рутра вошёл в транс и сделал искусственный «взрыв» мозга. Почему-то единственное решение, которое выдал мозг, было – «попробовать задохнуться». Сознание объясняло это тем, что мозг пытается спасти себя и тело от ужасной боли – сгореть заживо. Рутра решил всё-таки попробовать.

Его затащили в помещение в боковом рукаве коридора, впереди показалась печь крематория. Рутра выдохнул весь воздух из лёгких и стал терпеть. Даже в эти секунды мозг не останавливался, размышлял; главная идея – не великие «формулы» философии бытия, а то, что человек не замечает самого простого, но крайне важного, жизнь – это глоток воздуха. Никто не знает его цену, потому что это доступно всем, само собой разумеется. Сколько же стоит один вздох?! Сколько?! Цена ему – жизнь! Вещь, которая бесплатна, стоит дороже всего! У него стало мутнеть сознание, надо было делать вдох или ждать смерти. В это мгновение у Рутры промелькнула мысль, что он не сможет умереть, он не сможет удержать такое состояние до смерти, предсмертное состояние и будет той причиной, когда он обессилит и вынужденно вздохнёт. Поразительным для Рутры в эту трагическую минуту было то, что он понял – «внутреннее» сознание работает автономно от «внешнего» сознания; «внутреннее» об этом знало, а «внешнее», получается, нет. Когда уже это внешнее сознание его должно было покинуть, Рутра сделал неимоверно глубокий вдох, настолько неимоверный, что выгнул спину дугой, затем ещё один вдох-выдох. Сознание было мутным, понимание того, что тело подконтрольно, приходило с опозданием, но как только Рутра всё понял, сразу пошёл в яростную, безумную атаку.

Всё происходило мгновенно, перед глазами он видел приближающийся кулак. Мозг автоматически переключился в режим ускорения времени, поэтому события для сознания происходили медленно, а реакция стала молниеносной. Рутра схватил руку наносящего удар, держась за неё вывернулся, освободил ноги и, уже не контролируя себя, нанёс в прыжках и разворотах ряд яростных молниеносных ударов. Когда сознание пришло в норму, Рутра понял, что все лежат на полу без движения. В мозгу, как в кино, прокручивалось, что произошло, и Рутра постепенно осознавал содеянное. Память показала, как он медленно, выбирая точки цели, наносил парализующие удары.

Рутра огляделся вокруг, оценил обстановку. Он ещё не совсем пришёл в себя после случившегося. Мозг суматошно искал ответ на вопрос: «Что происходит?» Лёгкие «разрывались». Рутра решил пройти за основной периметр, начал искать проход и вскоре его нашёл. Единственный проход, который был отсюда, – тот, откуда пришли бойцы, он был замаскирован под крепление огромной люстры, которая отодвигалась, образуя выход на верхний уровень. Рутра проверил пульс у спецов, все были живы, некоторые корчились в полуобморочном состоянии и могли очнуться в любую минуту.

Рутра перевязал чемодан концом каната, по которому спустились спецы, поднялся по нему на верхний этаж, вернее – это оказался коридор, вытянул верёвки наверх, повернул задвижку, закрывающую отверстия для спуска, и пошёл по тёмному коридору искать следующий проход. Коридор упирался в отсек с входом в «трубу», больше здесь ничего не было. Нужно было садиться и «ехать» по трубе до станции назначения. Рутра лёг в капсулу под номером пять, она автоматически закрылась и поехала.

– Эй, кто-нибудь меня слышит, куда едем?

Ответа не было.

– Иса, ты меня слышишь?

Снова молчание.

– Да чёрт побери, как мне это надоело! Куда вы меня везёте?

Капсула всё быстрее и быстрее неслась куда-то в глубины тайного мира. Меньше чем через час капсула остановилась, люк открылся. Рутра вышел, это был тесный, мрачный и огромный тоннель.

– Кто-то меня слышит?

Тишина. Рутра пробовал связаться и обычным способом – просто кричал, и через мозг, вызывая всевозможными способами кого только возможно. «Эфир» молчал, аппараты тоже не фиксировали какую-либо связь. Немного оглядевшись, он обнаружил, что это место похоже на тоннель, по которому он ехал к озеру. Рутра сел назад в капсулу, однако она никак не отреагировала. Капсула не закрывалась и ехать не собиралась, делать было нечего, Рутра пошёл по тоннелю.

Пройдя метров 500, он увидел впереди подъём, по которому машина «въехала» в озеро. Слева были ступеньки, он стал по ним подниматься. Поднявшись до конечного отсека, Рутра немного насторожился. А если отсек начнёт заполняться водой? Он быстро переоделся в спецкомбинезон, начал осматриваться и ждать. Ничего не происходило, Рутра поднялся выше, до конца лестницы, она заканчивалась у стены. Снова стал ждать, осматривать стену, участок, в который упирались ступеньки. Он чем-то отличался, но из-за темени трудно было понять – чем. Рутра включил фонарь комбинезона и «особое зрение». Участок, в который упиралась лестница, был отдельной стеной, он имел контур и входил в основную стену. Рутра определил, что до него практически не дотрагивались, не считая почти не заметных, совсем свежих штрихов, выдававших то, что всё-таки недавно открывали. Это были всего лишь предположения, поэтому Рутра не стал на них концентрироваться. В течении получаса он осматривал стену, перебирая возможные варианты – как проникнуть за неё. Так и не поняв, как открывается перегородка и открывается ли она вообще, решил вернуться и идти по тоннелю в другую сторону.

Рутра начал спускаться по лестнице, неожиданно «завыла» сирена и загорелась сигнальная лампа. Он стал осматривать помещение, несмотря на шум и темень вперемешку со светом красной мигающей лампы, пытался понять, что происходит. Перегородка, у которой заканчивались ступеньки, начала сдвигаться. Рутра интуитивно понял, что же происходит, побежал вниз по лестнице, но было уже поздно, перед самым его носом большая перегородка закрылась. Рутру охватило волнение, он вспомнил сцену, когда открылась перегородка между помещением и озером. Но сигнализация выключилась, дальше ничего не происходило. Как Рутра ни успокаивал себя, даже с его уровнем тренировок, инстинкт самосохранения брал своё, компьютер, встроенный в костюм, сигнализировал, что давление повысилось, сердце стало биться чаще, хотя последнее он и так знал. Рутра ждал, что вот-вот хлынет огромная волна. Прошла минута в напряжении, ничего не произошло.

Рутра успокоился, стал медленно подниматься по лестнице, ещё издалека заметил изменения. К его удивлению и волнительной радости – перегородка в основной стене была открыта. Рутра осмотрел помещение за открывшейся перегородкой. Это был маленький тамбур. Разобравшись в указателях на стене тамбура, Рутра решил рискнуть. Он понял, что это своеобразный портал для выхода на поверхность. Расположившись внутри, Рутра начал разбираться в зашифрованных знаках на медной пластине. Он догадался, что нужно вытащить, в отверстии на полу, трос. Поддев пальцем отверстие в полу, Рутра открыл маленький люк. Там был трос и тонкая трубка с газовым краном. Быстро достав из загруженной в него информации инструкцию к спецкомбинезону, он понял, что шланг надо соединить с костюмом. Для этого требовалось привести его в боевое положение, что Рутра и сделал, после чего соединил кран со специальным отверстием и открыл его. Костюм наполнился воздухом, точнее – это был не совсем воздух, а тримикс – кислородно-азотно-гелиевая смесь, обозначения на панели это подтверждали. Теперь Рутра был внутри своеобразного скафандра. Для чего нужен был трос, он понял, изучив изображения, сообразил – если его дёрнуть, перегородка закроется, а камера наполнится водой. Ещё на тросе были узлы на определённом расстоянии друг от друга, для того, чтобы отмерять высоту и скорость подъёма. С волнением и тревогой Рутра потянул за трос. Перегородка закрылась, стала поступать вода, шланг был не длинный, значит, его нужно было отключить. Он закрыл клапан на костюме, отсоединил шланг, крепко держа трос. «Значит, высота, вернее – глубина, не большая», – размышлял он.

Когда камера полностью наполнилась водой, стал открываться верхний люк. Это был колодец, наверху виднелся солнечный свет. Рутру, как поплавок, стало поднимать вверх внутри колодца, который через метров десять закончился, дальше надо было выплывать самому, держась за трос. Поднимаясь, Рутра заметил, что стенки колодца стали уходить вниз, одновременно закрылась крышка, это было специально сделано, чтобы грязь со дна не попадала в тамбур. Рутра всплывал, соблюдая правило декомпрессии, то есть выполнял набор процедур, призванных обеспечить подъём с глубины без риска для здоровья. Они заключались в остановках на определённых глубинах на время, за которое азот, гелий или другие газы, накопленные в тканях тела, естественным путём должны были выходить через лёгкие. Глубина была не столь большая, поэтому Рутра вскоре был почти на поверхности.

На последней ступени перед выходом на поверхность он заметил, что свет, который он видел, оказался светом от факелов и свечей. Множество людей с огнём в руках проводили обряд у озера. Он усилил микрофон, чтобы услышать, о чём они говорят. Это были паломники, они проводили своеобразный обряд. Ведущий с факелом в руках держал речь. Рутра стал прислушиваться

– И помните, братья и сестры: Яровит – Небесный Воитель, Бог Варяжский. Знаменитый щит Яровита хранился на алтарной стене святилища в Вольгасте и снимался только в случае войны. Именно аналог этого щита был водружён Вещим Олегом над вратами Царьграда. Повторяйте за мной – я Бог твой».