«Странное дело – пишу»

Имя поэта Александра Очеретянского было известно в самиздате еще в конце 60-х годов. Закономерно мы находим его публикации в “Голубой Лагуне” и в других тамиздатских сборниках. В конце 80-х его узнала публика, интересующаяся новыми независимыми журналами, как главного редактора и издателя знаменитого журнала «Черновик», почти четверть века игравшего важную роль в развитии и собирании новой российской словесности с авангардными корнями. Несколько собственных поэтических книг Александра Очеретянского, появившихся в 90-е годы в России, показали высокий уровень его погруженности в наследие русского авангарда первой половины XX века. Его собственное творчество неразрывно связано с его исследовательской работой в этой области.

И вот перед нами объемный том поэтического собрания. Поражает разнообразие формальных техник, которыми владеет поэт, применяя то графические приемы, то афористическую краткость (удетероны, диптихи), то контекстуальную недосказанность – все ради того содержания, которое он стремится донести до своего читателя. И читатель очень быстро чувствует, что несмотря на все формальные изыски и новации, перед ним лирик, тончайший лирик и это не отвлеченные «тексты», а истинная лирика, и, как всякая лирика, рожденная глубокими переживаниями и раздумьями, это исповедь поэта. «БИО избранное ГРАФИЯ» – авторское название книги. «Название придумываю сам....» – как сказано в одном из его стихотворений, и это правда. Действительно, в его БИО-книге отразился творческий период ни много ни мало в пятьдесят лет. За эти полвека столько всего случилось в мире, столько событий затронуло сердце поэта! В своем письме ко мне Александр Очеретянский провидчески назвал это собрание «последним из крупных проектов моего творческого «Я».

Предваряя книгу, он утверждает, что «всю свою сознательную жизнь поэт пишет одно стихотворение, не гипертекст, а один свой и только свой стихо-текст… уходя, возвращаясь, дописывая себя, переписывая…» В этом признании очень важное слово «свой», «только свой», ведь о чем бы ни писал поэт Александр Очеретянский, во всем звучит его голос, присутствует его особенное чувствование мира. «Свое/всегда иметь о жизни представление» – это его осевая линия жизни. Тем не менее, оно понятно и близко другой душе. Многие могут сказать про себя, как поэт:

«Уж ломали меня, ломали,все ломали кому не лень.Убивали меня печалии расстреливал черный день.”

Хотя, наверное, не каждый повторит вслед за ним:

«Странное дело – печаль улетела,Странное дело – пишу.”

Это «пишу» означает очень многое: и работу поэта, и счастье поэта, и его доверие непостижимой силе стиха – вдохновение одолеет любую печаль.

Книга собрана не по хронологическому принципу, хотя стихи выделяются в разделы по годам: 70-е, 80-е, 90-е, 2000-е. Но не то важно, как с годами менялась поэтика, как в тот или иной отрезок времени преображался стих – важно и удивительно другое: через всю книгу, то есть через всю жизнь, идут одни и те же темы, главные для поэта: тишина, листва, одиночество, люди, то, что он выразил строчкой: “Суть человеческих взаимоотношений/Всегда была загадкой для меня”. И он пытается эту загадку разгадать – в стихах-посвящениях, в воспоминаниях о прошлом , в себе самом. Одно из самых проникновенных стихотворений второй половины 70-х «Псалом»построенное на повторах, всегда усиливающих авторскую мысль и одновременно вносящих музыкальное начало в стиховую ткань, звучит как открытый призыв и мольба:

«В огромном этом ярком пышном сочном Всеобъем лющем и красочном Живом Неумолимом и бесспорном этом мире нет слабым места слабым места нет хотя лишь слабые и только слабые одни Они одни они понять умеют в полной мере ощутить Всю красоту Всю глубину Всю ненависть Всю ярость Всю любовь одной-единственной единственно-одной немыслимо и мыслимо достойной человека жажды жить»

В книге много стихотворений, которые, кажется, нарисованы с натуры. Вот, например, набросок пером или углем:

Опавший листОкурок сигаретыКлочок бумагиСломанная ветвь —Соседи на заброшенной скамейкеА рядом на землеЛежат обнявшисьШпилька и шнурокИ только снег одинНеповторимо одинокВ декабрьский день усталый

Это стихотворение середины 70-х годов очень показательно: открывается период, когда изобразительные искусства буквально врываются в русскую словесность, насыщая ее новыми образами. Мастерские художников, выставки, галереи – все это нашло отклик в стихах Александра Очеретянского, и думаю, послужило толчком к работе над собственными книгами художника ( имею ввиду род изобразительного искусства), а также привлекло его в дальнейшем к художественной фотографии. И надо сказать, что и здесь он остался верен себе: необъятный мир природы с ее листвой, тишиной и загадкой – это и его мир.

Не душу свою в дереве увидетьА душу дерева глазами дерева увидеть

Я, прочитавшая его последнюю книгу, знаю: ему это удалось, как удалось все, что он сделал для русской поэзии. Читателям «БИО избранной ГРАФИИ» предстоит в этом убедиться.

Татьяна Михайловская

Ноябрь 2019 – апрель 2020

ВСЮ ЖИЗНЬ ВСЮ СВОЮ СОЗНАТЕЛЬНУЮ ЖИЗНЬ ПОЭТ ПИШЕТ ОДНО СТИХОТВОРЕНИЕ, НЕ ГИПЕРТЕКСТ, А ОДИН И ТОЛЬКО СВОЙ СТИХО-ТЕКСТ_СТИХ – НЕ ПРОЗА, В НЁМ НЕ СОВРЕШЬ, СЕБЕ В ТОМ ЧИСЛЕ_КАЖДЫЙ РАЗ ОТКРЫВАЯСЬ С НОВОЙ СТОРОНЫ УХОДЯ ВОЗВРАШАЯСЬ ДОПИСЫВАЯ СЕБЯ И ПЕРЕПИСЫВАЯ В СТРЕМЛЕНИИ НЕ ОТПИСАТЬСЯ А ВЫПИСАТЬСЯ ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОТПРАВИТЬСЯ НА ВСТРЕЧУ С БОЛЬШИНСТВОМ КОГДА-ЛИБО НАСЕЛЯВШИМ ПЛАНЕТУ ПО ИМЕНИ «ЗЕМЛЯ». ВОТ ЭТО И ЕСТЬ ТА ЛИЧНОСТНАЯ ЦЕЛЬНОСТЬ, К КОТОРОЙ СПУДНО ЛИ ПОДСПУДНО СТРЕМИТСЯ КАЖДЫЙ ПИШУЩИЙ. НЕ ВСЕМ ЭТО УДАЁТСЯ, В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ ТЕМ, КТО УХОДИТ СОВСЕМ МОЛОДЫМ, НО ВСЕ К ЭТОМУ СТРЕМЯТСЯ

Быть человеком – это значит чувствовать свою ответственность

Антуан Де Сент Экзюпери

1967-1969

«Никому твой стих не нужен…»

Никому твой стих не нужен,И тоска берет в тиски,Ты давным-давно контуженОдиночеством строки.О тебе забудут вскореИ не вспомнят никогда,Но увы, в подлунном миреПострашней живет беда.Ты-то сам сойдя в могилуПоловину дел земныхсовершил наполовинуИль хотя бы четверть их?На границе тьмы и светаПред уходом в мир иной,Не уйти нам от ответаОт ответа пред собой.

«Две звезды на небосклоне…»

….и две звезды дрожат на небосводеЭйнштейновские скорбные глаза…Вяч. Кузнецов

Две звезды на небосклонеДва костра на темном фоне.Где вы рыцари отмщенья?всюду сны и сновиденья….Храп младенцев из фольксштурма,брань гестаповских собак….Там, за проволокой тюрьмы,голод, холод, смерть и страх.А над бытом, а над адомдва костра всё пламеней,всем живущим в мире гадамсмерть готовит иудей.две звезды на небосклоне,два костра на темном фоне.Где вы, рыцари отмщенья?Всюду сны и сновиденья….

«Чем хуже поэту…»

Чем хуже поэту,тем лучше стихи.Вам песенку этудрузья и врагипою я недаромрифмуя слова«об истине старой,что вечно нова».Живите как жилии будьте правыимен и фамилийне помните вы.Чем хуже поэту,тем лучше стихи.Вам песенку этудрузья и врагипою я недаромРифмуя слова«об истине старой,что вечно нова».Её написал яв ответе за вас.Мои пожеланьядобрей моих фраз.

«Душа устала от волнений…»

Душа устала от волненийтревог, забот и суетыот явных, тайных устремленийот правоты и маяты,от вечных страждущих вопросов«быть иль не быть», «любить иль не любить»,от Д`артаньянов и Атосов,от «пресмыкаться» и «парить»,от слов таких любвеобильных,тех, что нас трогают всегда,от слабосильных и двужильныхПонятий «счастье» и «беда»…..Душа устала. Спит душа.