Black Wizard

Летов улыбался, а Корнев не чувствовал тела.

– Я знал одно - что если я сражусь с этой тварью, то стану сильнее. Намного сильнее. Достаточно, чтобы защитить всех вокруг. Чтобы спасти мир, Томас. Что такое несколько жизней перед угрозой для всего мира! Но я знал, знал, что Профессора так просто не сломить. И я подослал к нему своего человека, а когда тот умер...

Демоноборец... Как демоноборец, которого Томас всю жизнь считал своим неудавшимся спасителем, узнал о ритуале?!

– Сразу помчался на квартиру. Мне нельзя было там показываться раньше, чтобы не навести подозрений, но ждать было уже нельзя... Но я опоздал, - Летов покачал головой.
– Раевский, каким-то образом, смог пересилить печать и вместо одной печати, начертил другую. Он запер в тебе демона. Так глубоко и надежно, что даже я не смог тебя отыскать. А когда я пытался заставить его, - Летов ткнул пальцем в сторону тела.

– То тут даже печать не срабатывала. Все же, он ведь был не просто SSS рангом. Он был сильнейшим, Томас. На планете. Единственный SSS 2559 той эпохи. Я лишь несколько лет назад добрался до этого же уровня. И, как видишь, разобраться с Броснерном - да я даже не вспотел! Хоть он и сопротивлялся.

Томас хрипел.

– Что, что?

– Синдикат...

– О, ну наконец-то, - хлопнул в ладони генерал.
– не только, синдикат. Представь мое удивление, когда, спустя три года бесплодных поисков ты сам появился у меня на пороге. Опять же - сама судьба сводила нас с тобой. Дальше все было просто - я навел на тебя органы. Купил суд. Недешево, кстати, купил. Можешь гордиться. Но, уж извини, конфисковал твое имущество в свою пользу.

Государство не имело права забирать у него собственности... Он так долго на это сетовал, но, почему-то, ни разу не заглянул глубже...

– Подставить тебе перед Синдикатом в тюрьме вообще было расплюнуть. Видел бы ты лио Павла, когда я показывал ему фотографии его дочерей. Он был готов тебя хоть на следующий же день распять.

– Турнир...

– О да, - протянул Летов.
– Ты же фигура у нас звездная - все это специально для тебя было устроено.

– Но как?

– Трусы, они ведь жадные, Томас. Они не как мы с тобой. Они слабые. Поманил деньгами перед носом одних. Намекнул другим. Посоветовал третьим и вот государственные шестеренки уже закрутились. Мне же только изредка надо было их смазывать.

– Дракон...

– На дракона ты сам натолкнулся. Признаться, ты меня тогда удивил. Я уж думал, придется вмешиваться.

Старпом и его портсигар. Его проклятый портсигар, который Томас притащил с собой в Академию!

– Удобный жучок, который ты так и не заметил. При всей-то своей паранойе, Томас, - Летов цыкнули и констатировал.
– Размяк. Не так я тебя вылепливал, Томас.

– Но... зачем?

– Да все из-за этой печати!
– Летов ткнул пальцем в грудь Томасу.
– Видишь ли, в чем загвоздка - если бы ты сам не вошел в область ритуала. Если бы не пролил крови демонолога его устраивающего, то ничего бы не произошло. Видишь ли, Корнев - я-то не демоно-призыватель. Просто знаю пару трюков, и все. А печать-то не исчезает. Да она уже вон, почти закончена.

Наконец Корнев все понял. Теперь проход не откроется только в том случае, если умрет он сам. Потому что теперь он - Маска.

– Видишь, как все красиво, - Летов выпрямился. В его руке, покрытой узорами, появилось ледяное копье.
– Я тебя убиваю, освобождаю демона. Убиваю его и останавливаю ритуал. Комар носа не подточит. А на следующих выборов в кресло Совета ООР за кого народ проголосует? За своего спасителя. Так что, радуйся Томас. Ты станешь самой важной жертвой человечества.

Печать мигнула и исчез водоворот крови, пропал вихрь силы. Корнев почувствовал, как истончается барьер, а с той стороны уже ждет своего часа кровожадная тварь

– Теперь - прощай.

Летов замахнулся, а Томас так и лежал без движения. Он не мог сопротивляться. Если он проживет еще хоть пару минут, то город падет. Да и сам Корнев - в конечном счете, всего равно станет пищей демона. Корнев ведь, несмотря на то, что ритуал был завязан теперь на него - не знал, как его остановить.

Магия, это не размахивание дубинами, а фехтование. Так всегда говорил его учитель.

Генерал обыграл его. Это была классическая шахматная вилка.

Томас прикрыл глаза и приготовился... Он не знал, что его ждет, и единственное, что ощущал - вовсе не страх. Он только представлял, как Маре снова придется плакать на чужой могиле. Как Веснушка будет вынуждена сама отбиваться от клиентов. Как некому будет подмести пол в таверне. Как никто больше не покажет пару фокусов настырному мальчишке.

Почему-то от этого ему становилось больно.

Но шли секунды, а ничего так и не происходило.

Корнев открыл глаза и увидел широкую спину. Совсем как тогда - в детстве.

– Ну здравствуй... капитан, - Раевский вытер кровь с уголков рта.

Он стоял шатаясь. С его правого бока капала кровь, но рану крепко удерживал черный туман. Пока удерживал.

Летов медленно поднимался в сотне метров от них.

– Командир, - все так же продолжал улыбаться генерал.
– Ты как всегда - живучий как таракан.

Вихри силы крутились вокруг него. Такие плотные и мощные, что Томас видел их невооруженным взглядом. Его же чувства мага трубили тревогу. Он чувствовал себя клопом под ногой слона.

– Томас, - внезапно, не оборачиваясь, позвал Раевский.

– Да?

– Я выиграю нам немного времени. Ты знаешь, что делать.

– Знаю.

Корнев, сквозь боль, с трудом поднялся и сел в позу для медитации Он потянулся внутрь. Все глубже и глубже, и глубже, и глубже.

Откуда-то издалека, будто из другого мира, до него донеслось:

– Прости меня, кузнечик.

И это было последним, что Томас услышал от своего Учителя. Он не видел, что происходило в это время в мире. Да и даже к лучшему - увидь он такое и даже его нервы бы не выдержали.

Жезл засветился в руках Летова и у него под ногами вспыхнула исполинская печать. Такая большая, что почти закрыла собой ритуальную.

– Я больше не тот, кем был раньше!
– закричал Летов, творивший свои чары.

– Да, - немного грустно сказал Профессор.
– К сожалению, это так.

Раздался рев, слышный даже за куполом. Рядом с генералом из бурана и метели вышел, сотрясая землю, огромный исполин. Похожий на бескрылого дракона, покрытый огромными ледяными шипами, он занял собой практически всю арену. Лапами он продавливал снег, песок и бетон, оставляя огромные впадины-следы.

Длинным хвостом он обвил Летова. Ударом лапы такой твари, генерал превращал ледяных гигантов в снежную пыль. Её ледяным дыханием, он заморозил взрослого огненного дракона. Одним лишь взмахом её хвоста, он разрубил все заклинания Бронсерна и отсек тому голову.

Это было одно из его сильнейших заклинаний.

Раевский же стоял спокойно перед лицом титанической бестией.

Внезапно вокруг него затанцевали сотни, тысячи черных печатей. Они сливались. Наслаивались одна на другую. Уплотнялись и скручивались, до тех пор, пока между ладоней Профессора не появилась миниатюрная, размером с головку иголки - черная сфера.

Она закрутилась и сам свет начал пропадать в ней. Снег вокруг таял и превращался в воду, тоже затягиваемую в эту сферу. Она поглощала все это, но не увеличивалась в размерах, становясь все плотнее и плотнее.