Блэкберд

– Ладно. Хорошо. Я надеюсь, у меня все есть, а если нет, Стелла, тебе самой придется бежать в аптеку. Ладно?

– Конечно, – девушка была готова уже согласиться на все.

– Просто после той твоей подруги, которая сама себе выстрелила в ногу из лука, я уже ничему не удивляюсь… – прицокнул языком мужчина на другом конце трубки.

– Да-да… помню. Но это было давно, а сейчас – быстрее! Пожа-а-алуйста! Я очень тебя жду. Только умоляю, быстрее!

– Буду минут через сорок. Раньше никак, девочка моя. Я загородом, прости. Померь температуру и отслеживай, что бы она высоко не поднималась. Давай ему жаропонижающее. Буди, толкай, но что бы он принял. Или вколи… Нельзя, чтобы температура сильно поднималась. Поняла?

– Ага. Да. Хорошо, – Стелла уже копалась в коробке с лекарствами, что стояли на кухонном столе.

Но, к её большому удивлению, жаропонижающее в ампулах закончилось, а осталась лишь микстура, причем детская. Со вкусом клубники. И это было трагично, но, пожалуй, немного комично – поить Блэкберда детской микстурой. Однако выбора не было. Захватив градусник, девушка направилась к больному. По дороге, хотя это длилось секунды три, размышляя, как скрыть личность таинственного Блэкберда.

Все попытки разбудить его оказались тщетными, сейчас он бредил и Стелла, с опаской принялась рассматривать опасный на вид ремень на его штанах. Казалось, что вот-вот какая-нибудь штука вылетит из него и не дай бог разобьет вазу, или что еще хуже, ее голову. Но все обошлось. Найдя застёжку, она аккуратно вытянула обмундирование из-под тяжелого тела. Сапоги и низ костюма – все снималось с крайней тяжестью и оставив героя Большого яблока в одних трусах, Стелла подумала о неловкости этой ситуации. И кстати, они, то есть трусы, были тоже черными. Точно. Полная неловкость… Но времени переживать не было. Таинственному Блэкберду явно становилось хуже. Блондинка уже невооруженным взглядом видела, как его колотила крупная дрожь, а дыхание, с каждой секундой, становилось все более тяжелым и частым – температура явно повышалась. И нужно было срочно что-то сделать.

В ход пошли бабушкины средства – требовалось согреть ноги. Так что первыми в ход пошли шерстяные носки мисс Брукс. А потом и одеяло. Но проблема со снятием маски все же оставалась открытой. Единственный выход – снять маску и замотать его лицо бинтами. Конечно, можно было бы просто оставить все как есть – человек и человек, без всяких тайн. Но тогда, после, все могло оказаться куда сложнее, чем отговорка, что он – ненормальный буйный псих и просто не хочет, чтобы его личность была раскрыта. Тем более, Стелла просто не знала, кто он. Возможно, он – известная политическая личность. Или какая-нибудь знаменитость, из шоу-бизнеса, например. И, наверное, сама Стелла не хотела этого знать. Ведь это огромная ответственность и опасность. Да и тем более она банально осознавала тот факт, что сам Блэкберд будет, по меньшей мере, в ярости от ее поступка. Так что замотать лицо бинтами казалось самой светлой идеей. Тем более, у него на теле и так ран достаточно… значит, сомнений в его легенде точно не будет: просто ее знакомый, который вечно лезет в неприятности.

Аккуратно поддев маску двумя пальцами, Стелла начала снимать ее, приготовив в другой руке рулончик с белоснежными бинтами. Девушка старалась держать глаза плотно закрытыми, отчаянно борясь с удивительно сильным искушением – увидеть истинное лицо Нью-Йоркского спасителя. И вот маска снята. Задержав дыханье, Брукс, постаралась очень тщательно обернуть его голову, оставив лишь рот, во всяком случае, на ощупь казалось именно так. А после, Стелла с опаской открыла глаза. Но на удивление, работа была сделано тщательно и было не видно ничего, даже цвета волос. Найдя большую сумку, она сложила туда все составляющее костюма и убрала ее в самый дальний угол гардеробной. И вытащив из ящика еще два пуховых одеяла, Стелла укрыла ими дрожавшего мужчину.

Температура на старом, еще ртутном градуснике показывала придельные нормы, а это лишь означало то, что ее нужно срочно было сбить, и желательно, до прибытия доктора Спенсора. Но конечно же попытки разбудить таинственного гостя были не слишком удачны. Первые три минуты – нет, но потом… от такой тряски любой рано или поздно начнет приходить в себя, так что вся экзекуция заняла явно не меньше пяти минут. И вот мужчина, кажется начал осознавать свое существование и возможно, даже открыл глаза. Но вот досада, Стелла замотала бинтами и их. А таинственный гость, осознав, что ничего не видит, вытащил руку из-под одеяла и начал лишь растерянно ощупывать лицо.

– Что? Что происходит? – слабым голосом, но не без возмущения пробормотал Гэбриел Кейн.

Конечно, он сейчас был не в состоянии что-то понять, но можно легко было представить себе его изумление. И в этот самый момент, Стелла аккуратно влила ему в рот несколько ложек вкуснейшей розовой жаропонижающей микстуры. А то велика вероятность, что этот таинственный герой, в любой момент, может вновь впасть в состояние бреда.

– Да, да, да. Это детское жаропонижающее. Представь себе, другого нет! Ну, а я люблю такие вкусняшки… – сказала девушка, приторно улыбаясь, но при этом борясь с чувством страха, паники и почему-то стыда.

– Да что вообще происходит? И что за холод?!

– У тебя жар, как и ожидалось. Так что хочу тебе сообщить, что мы ждем хирурга. Он мой друг, не беспокойся, пожалуйста. И да, именно поэтому ты сейчас полуголый, а на лице у тебя бинты. Если это тебе интересно, конечно, – объяснила Стелла вполне беззаботно. Но потом ее тон сменился на более серьезный и печальный. – Прости. У меня просто не было другого выхода. Ты бы умер у меня на кровати. А как понимаешь, я не могу позволить этому случиться… По всем причинам, которые только могут прийти в твою затуманенную голову.

Мужчина сжал губы посильнее, то ли от досады, а то ли от беспомощности. Кейн был в откровенном гневе, но жар и всё это острое недомогание, отнимало у него столько сил, что на проявление других эмоций их просто не хватало.

– Я все равно не в силах тебе перечить. – прошептал гость, – Значит, ты знаешь, кто я… так?

– Нет. – сухо констатировала Стелла, – Я переборола любопытство. А еще… не хочу проблемы. Все манипуляции с маской и бинтами были без лишних взглядов на твое лицо. Так что, когда решишь мне сообщить, кого я спасла на самом деле, приходи в гости. Буду ждать. – девушка одобрительно закивала самой себе и увенчала речь улыбкой.

– Обязательно… – хриплым голосом выдал Гэбриел. – Тут слишком холодно…

– Нет, милый. Тут жарко… Даже очень. Просто у тебя температура под сорок, а одеял у меня больше нет, извини, – Стелла с грустью осмотрела все углы своей квартиры, в голову пришел вариант – укрыть защитника ее города, своей одеждой, но он так же быстро улетучился, как и появился. Тогда блондинка решила попытаться согреть его собой. Пожалуй, это был самый последний вариант – единственный… и почти разумный.

Аккуратно забравшись на «груду» одеял, девушка попыталась поудобнее улечься, но при этом старалась не слишком налегать на мужчину, так как он все же был ранен.

– Согрею тебя так. Только не злись, хорошо? – умоляюще начала Стелла. – Если такой вариант не поможет, то тогда мне придется раздеться и залезть к тебе под одеяло, – после этого она глухо ухмыльнулась.

– Хорошо. Сегодня тебе все можно, – вялым голосом попытался съязвить собеседник. – Ты меня уже раздела, помнишь? Так что я готов к любой выходке, учитывая, что я вижу тебя в первый раз.

– М-м-м… Ну, не в первый. Мы вчера познакомились. – пыталась отвлечь мужчину блондинка, – но я думаю, что ты не помнишь этого.

– Сейчас я вообще не уверен в том, что хоть что-то помню, – нехотя ответил хрипловатый голос.

– Ну, я так и подумала. Ладно. Давай помолчим и начинай уже согреваться…

Температура медленно спадала. Но не настолько быстро, насколько этого хотела девушка. Она не особо понимала, от чего вообще может подняться такой жар. Может, это яд, или еще что? Внутренние повреждения, конечно же, более вероятны, но температура?

Стелла периодически проваливалась в сон, потому что атмосфера была именно такой. Она лежала на двух одеялах, под которыми грелся темный спаситель Нью-Йоркских улиц, но ей не было ни стыдно, ни неловко. Ведь она просто хотела помочь. Потому что иначе, мир бы просто потерял его – этого великого человека. Блэкберда! Ночного стража. Вчера он спас ее жизнь. И Стелла ценила этот опыт сильнее всего остального в своей жизни, и считала себя обязанной. Ведь сколько жизней невинных девушек он еще может спасти?