Блеск Бога

— Невероятно!..

Ближайшие к ним сферы вылетели из своих гнезд. Козимо схватил одну из них, проплывавшую прямо перед его глазами. Она была полой внутри, с рифленой поверхностью.

— Вот как им удается получить правильную массу, не меняя диаметра! Борозды на поверхности делают, чтобы отцентрировать сферу и добиться нужного веса. У всех сфер разные «у». Только вот для чего они предназначены?

Круатандьё фонариком указал на нишу в галерее. Вместе с ним Козимо увидел какую-то объемную массу, по контуру очерченную зелеными светящимися лучами. Масса была изображена в разрезе, и можно было рассмотреть ее внутреннюю структуру Было похоже на то, что четыре туннеля спиралью спускаются к небольшой пустой комнате.

— Вот для чего, несомненно, предназначены сферы. Весь смысл в этих четырех ходах, — прошептал Козимо.

— Что это может быть? Блок, панцирь, саркофаг? А эта полость… Столп?

— Столп… На голограмме, скорее всего, изображен какой-то предмет, находящийся в Земле предков, — сказал Козимо. — Когда я был на Таборе, я обнаружил там записи, принадлежавшие моему дяде. На страницах, подписанных этим Хинкмаром, о котором говорил ученый, тоже были изображения сфер. Но не было уравнения.

— Значит, Измаль знал об этом?

— Измаль знал.

Устав от силы воздействия собственного поля, Козимо покинул зал.

— Теперь мы знаем, какая задача стоит перед дю Гран-Селье, — сказал он. — Изготовление изумрудных сфер.

Перед тем как выйти, он еще раз бросил взгляд на заставленные сферами полки.

— И Милиция, похоже, ревностно следит за продвижением работ этого этапа операции!

Двое юношей снова поднялись в вытяжную трубу. Поставили на место решетку. Круатандьё отправился первым. Чтобы не быть обнаруженными системой сигнализации, Козимо дезактивировал свой пояс Все предметы в лаборатории, парившие в невесомости, резко попадали на пол, некоторые из них разбились, приземлившись на десяток метров дальше места, на котором они лежали раньше. Завыли сирены сигнализации.

Козимо снова включил поле и вместе со своим товарищем исчез в бездне.

ГЛАВА VI ПЛАНЕТА МЫСЛИТЕЛЕЙ

Меланхолику я могу сказать только одно: «Посмотри вдаль». Почти всегда меланхолик — это человек, много читающий. Строение человеческого глаза не подходит для такого занятия; наши глаза отдыхают, когда мы обозреваем большие пространства.

Ален. Заметки о счастье

Небольшой гипернеф приближался к луне Эерл. Летательный аппарат перемещался в «слепом» режиме: реакторы были холодными, приборная панель выключена, огни не светились. Его вполне можно было принять за потерпевшее аварию судно.

От аппарата отделились три капсулы. Они имели продолговатую форму, длина — с человеческий рост. Их моторы были выключены и они «падали» сквозь атмосферу планеты. Нарушался галактический код, запрещавший всем аппаратам приземляться на обитаемую планету, не пройдя предварительно контроль на орбитальной станции.

Когда капсулы пропали из виду, с корабля на станцию был подан сигнал бедствия. Гипернеф приземлился на аварийный мост, предназначенный для посадки неисправных кораблей.

Никто на Эерле не заметил, что были сброшены три капсулы.

Они приземлились в разных точках луны.

Здесь было три континента, разграниченных протоками с зеленой водой. Один из континентов был покрыт низкорослыми лесами, другой — торфяными болотами, третий являл собой унылую равнину, поросшую вереском и утесником. Одна из капсул опустилась на равнину. Капсула раскрылась, из нее вышел Альп Малекорн. У него слегка ломило суставы, от удара при падении капсулы на землю больше всего пострадали руки и ноги. Альп был одет в комбинезон и черный плащ, на голове у него была широкополая шляпа. Он был бледен, носовой протез скрывал проходивший через все лицо шрам.

Из-под плаща он достал аппарат связи. Три светящиеся точки указывали местонахождение двух других капсул, а также единственного обитаемого города, куда, не теряя времени, он и направился, предварительно зарядив оружие.

Луна Эерл была необычной галактической колонией. Ее жители запретили размещать на своей территории электронное оборудование. Ношение оружия было также строго запрещено. Эта планета была пристанищем пацифистов и мечтателей. Здесь действовал принцип полного самообеспечения, на планете не было правительства, каждый обитатель жил, как ему нравилось, подчиняясь лишь коллективным правилам.

На рассвете дня, который здесь был очень коротким, Альп подошел к городским воротам. Небо было затянуто тучами, шел дождь. Края шляпы Альпа внезапно покрылись льдом. Погода изменилась в считанные минуты. Смена времен года происходила здесь не за несколько недель или даже дней, а всего лишь за несколько часов. Несмотря на защитный комбинезон, Альп, пока добрался до города, успел испытать как нестерпимую жару, так и холод. Он был изможден. Дождь стучал по крышам. Лужи расползались буквально на глазах. Ветер трепал белые флаги — символ миролюбивой планеты.

Он подошел к воротам. Деревянные стены были довольно высокими, и он не смог что-то за ними рассмотреть. Он постучал дверным молоточком, затем нервно дернул за висящий шнур звонка. Альп продрог до костей. Открылось окошко, вырезанное в створке ворот. В свете факела появилось очертание бородатой головы. Привратник вытянул из-под какой-то тряпки, защищавшей его от дождя.

— Что вам угодно? В такое время не пускаем. Откуда вы явились?

— Я с корабля, потерпевшего аварию. Я ищу друга, который живет здесь.

— Его имя?

— Козимо Ги.

Привратник замешкался.

— Это не по правилам, — наконец сказал он. — Нужно, чтобы о вас сообщили со станции.

— Я должен вам заплатить?

— Заплатить? Ты знаешь, где находишься? Здесь нет денег. Подойди-ка поближе, чтобы я мог тебя рассмотреть!

В свете факела блеснул покрытый эмалью носовой протез.

— Это еще что такое? — удивился привратник и попытался закрыть окошко.

Но Альп уже успел достать оружие и выстрелил два раза в деревянные ворота. Привратника продырявило насквозь. Шум дождя заглушил выстрел и вопли раненого. Мале корн просунул руку в окошко и схватил привратника за пояс, чтобы тот не упал на землю, выхватил факел из рук умирающего и бросил его в воду. Все погрузилось в темноту.

Альп искал связку ключей в одежде привратника, но не смог найти. Он бросил тело в грязь и начал искать замок на воротах. Наконец он нащупал щеколду и повернул ее. Ворота открылись.

Вокруг не было ни души. За окнами невысоких домов горел свет, но свидетелей преступления не оказалось. Собравшись с силами, Альп дотащил труп до бочки с дождевой водой, поднял крышку и бросил туда мертвое тело. Затем он вернулся к приоткрытым дюйма на четыре створкам ворот. Под покровом ночи все прошло гладко, но для большей уверенности он закрыл ворота. Альп поискал взглядом дом, из дымохода которого валило больше всего дыма.