Блин комом

— Уродины! Халявщицы! Не мужика вы ищете! Просто жить и нихрена не делать хотите! Тьфу! — сплевывает она. Голос у девушки странно знакомый — сильный, хрипловатый. Она делает несколько глотков и обличающе продолжает, — На чужом перце разок попрыгать… и все! Тьфу на вас еще раз!

Девушка прикладывается к кружке с явным намерением осушить ее целиком. Невольно облизываюсь. В неверном свете фонаря мелькает женский локоть зеленого цвета. Прищуриваюсь. Она?

— Ни мужиков нормальных… ни баб! Одни халявщики кругом! Бессы… одно название! Девяносто лет в страже сидеть… ик! … подумать только. А эти… курицы… ик! …Ювелира им! Шлюхи! Не поймаете вы его!

— Заинька, — заурчал я, быстро приближаясь к орчанке сзади и хищно следя за приключениями плавно мотающейся в воздухе кружки, — Сколько лет, сколько зим…

Мы с ней виделись как-то раз глубоко зимой, где охотница от скуки терроризировала смертных мужиков в лесной деревне. Те и попросили меня немного припугнуть хулиганку… получилось очень хорошо. Легкое домогательство и орчанка скрылась из деревни, в чем была. Вот и свиделись снова. Вроде Пан широк и обилен, а встречаешься со знакомыми постоянно. Может, потому что беспокойные души часто бывают в беспокойных местах?

Девушка застыла. Сразу, полностью, с ног до головы. На достаточно долгое время, чтобы я подошел вплотную и начал просовывать хвост в ручку кружки, намереваясь реквизировать выпивку. Голова орчанки механически дернулась в сторону кружки и снова застыла, вероятно, наблюдая за хвостом. Тот был прекрасного ярко-красного цвета и влажно переливался в свете фонарей. Я обнял старую знакомую за плечи, страхуя ее возможную панику во имя сохранения пива.

Так прошли несколько минут. Намертво сжавшиеся на кружке пальцы успешно сопротивлялись деликатным движениям кончика моего хвоста. Я сохранял определенную деликатность — ситуация благотворно влияла на мою психику.

— Ты стал еще страшнее? — с дрожью в голосе спросила орчанка. В абсолютно трезвом голосе!

— Есть немножко, — не стал увиливать я и покрепче пожал плечи девушке, — У меня к тебе предложение. Даже два. Первое — у меня тут бордель разбежался. Поэтому, если ты все еще мечтаешь о настоящем мужчине, то он прямо за твоей спиной. Ровно на двое суток. Думаю, что если ты зажмуришься, то тебе даже понравится. Или ты расскажешь мне, кто такой Ювелир, о котором орут по всему городу…

Бесился я несколько часов. С чувством, толком, расстановкой. Не причиняя никому прямого вреда, не вламываясь в чужие дома, но пугая до потери сознания тех энтузиастов, которые шарились по улицам города, в надежде увидеть в канаве мифического Ювелира. Орчанку я отпустил с миром, после того, как она пулеметом мне выдала всю легенду о незадачливом осеменителе. Последнего я тоже искал, с искренней надеждой вынести на руках в чисто поле и убить к чертовой бабушке. Опыт имелся.

— Ииии!!

— Аа! Демон! Демон!!

— Чудовище! Помогите! Стража!!

— Я заколдованный Ювелир! Со мной нужно переспать три раза и тогда я снова стану человеком!

— Что?! Правда?! Нееет!

— Он наверху, наверху! Смотрите, бежит по крыше! Где стража?!

— Кто ранен? Кто убит? Десятник, тут люди… ААА!!!

Мысль о том, что кто-то может с испугу отдать концы при виде моей дружелюбной физиономии просто не пугала. На эту ночь мне стало абсолютно фиолетово на штрафы Системы, на возможные метки преступника, на будущее, в котором свет в конце туннеля становился все более призрачным и неопределимым. Мне было просто обидно, как… медведю, которого сняли с медведицы. И я хотел, чтобы окружающим тоже стало плохо.

И им было плохо, как только может быть плохо разумным, видящим в сумерках покрытого кровью монстра без кожи, с длинными зубищами, хвостом и отчетливо видимой через золотые трусы эрекцией. Ну да, я же не какой-то там Ювелир, чтобы всем нравиться…

С поисками мне не повезло, зато я под утро обнаружил понуро идущую по улице массивную фигуру, чьи формы я достаточно хорошо изучил при тактильном контакте. Выследить женщину-полуогра труда не составило, как и набрать различных продуктов, напялив на пару минут робу. Предложение, прозвучавшее из тьмы глухого капюшона не успело дозвучать, как мое тело начало втягиваться могучей рукой в дверной проем.

Глава 13 Ах, у дуба…

— В нашем распоряжении порядка двух сотен магов, уважаемый Джаргак, — в голосе моего собеседника издевку не услышал бы только глухой. Вольготно откинувшись в кресле, он продолжил, — Еще столько же воинов, часть из которых несет охрану внутри цитадели, а часть — ждет моей команды неподалеку. Про учеников молчу, их рядом нет. Все дома. Но их много, уверяю вас. Вы уверены, что не хотите… ммм… пересмотреть свои требования?

Я вздохнул. Дела обстояли не очень.

Проведя сутки с любвеобильной булочницей, я покинул ее дом, оставив изнуренную хозяйку отсыпаться. На душе у меня пели кошки и летали мошки — «Эти Дни» ушли быстро и решительно, вынужденный целибат был качественно прерван, хотелось дарить добро и радость. На улицах, правда, от меня шарахались все равно, несмотря на то, что кожа была утешительно серой, но мелкое несовершенство мира я великодушно прощал и даже не улыбался, хотя очень хотелось.

Стоило дойти до «Феи», как настроение моментально испортили.

Киру украли.

Кто, куда и зачем, выяснили в считанные часы. Клан смертных магов Солас, чьи владения вплотную примыкали к Октябрьску. Представители властей отговаривались, аргументируя тем, что весь город помешался на поисках Ювелира и выделить на расследование некого. Эдвард остановил «Брюса», порывавшегося штурмовать цитадель и постановил дождаться меня. На мой угрюмо-вопросительный взгляд, маг-оружейник пожал плечами и вполне мирно заявил, что мера оправдана — одинокий «защитник» не мог представлять из себя серьезной угрозы целой крепости, а разносить ее со своей чудо-пушки Эйнинген посчитал поспешным.

И вот я сижу в небольшой хижине для визитеров на границе с владениями клана Солас, из окна видна громада их цитадели, а напротив меня восседает с самодовольным видом Хот Лингвист, один из лучших боевых магов клана и командир «группы встречающих». Если выйти из хижины и задрать голову, то в зените можно будет увидеть небольшое черное пятно — прикрывающую меня «Железную Фею».

— Вы на нашей территории. Наши силы несопоставимо больше, — начал загибать пальцы сидящий напротив меня маг в богато расшитой золотом робе. На его груди переливались всеми цветами радуги активированные амулеты. Он продолжал, — Возле этой хижины сосредоточены основные боевые силы клана, а остальные сидят в крепости. На континенте вы разумные новые. Гнев «Материнского Сердца» мы переживем спокойно — сами растим наших членов. Что вам остается? Дождитесь, пока наши старейшины закончат то, что хотят. Если у них не получится, то скорее всего, мы вернем вам Слугу. А лучше продайте ее нам и расстанемся друзьями. Мы готовы заплатить… пять сотен золотых. Как вам?

— Господин Хот, как вы думаете, почему я здесь один?

— Очевидно, — пожал тот плечами и снисходительно улыбнулся, — Потому что прибыли заключать сделку. Либо — ваши друзья оказались куда разумнее вас. Пробиться в цитадель Солас силами вашей команды… простите, это даже не смешно.

— Хорошо, тогда давайте взглянем на ситуацию с другой стороны, — предложил я, — Перечислю, пожалуй, те предположения, в которых вы, уважаемый, допускаете ошибку.

— Извольте! — всплеснул тот руками, издевательски добавив, — Времени у нас много!