Блистательные дикари

– Прежде чем вы начнете, – обратился к Крису Дейли, – вы, может быть, сообщите нам, какое вы лично имеете отношение к этому делу? Уж будьте любезны, назовите нам свой адрес, род занятий и скажите, где вы находились, когда Колсен и Перлмана…

Крис прервал разглагольствования инспектора взмахом руки:

– Разумеется. Я скажу вам все, что захотите, но прежде прошу все-таки выслушать.

Дейли пожал плечами, как бы говоря: «Чем бы дитя ни тешилось…»

Крис тем временем продолжал:

– Возвращаясь к делу Колсен и Перлмана, я рискну высказать предположение, что они оба получили многочисленные ранения в области грудной клетки. Помимо этого, на их телах отмечались и травмы другого рода, включая разрезы, напоминающие следы зубов при укусе. Беда в том, что не удалось собрать слюну того, кто их кусал, и отправить на медицинскую экспертизу. Ну так как вам мой рассказ? Сходится что-нибудь?

На этот раз Смит показался Крису менее равнодушным. Он даже отошел от стены. Дейли попрежнему сидел, развалясь в кресле, но его глаза впились в лицо Криса и смотрели не отрываясь. Между тем Крис добавил:

– На месте укуса в теле убитого обнаружена странная субстанция, которую до сих пор никто не смог идентифицировать.

Смит взглянул на Дейли в надежде получить от начальника указание, как вести себя дальше. Дейли глубоко вздохнул и забарабанил кончиками пальцев по поверхности стола. Американец возник у него в участке, словно чертик из коробочки, и у инспектора возникло неодолимое желание задать ему пару тройку каверзных вопросов, но он понимал, что от этого парня не так просто получить желаемое.

– Надеюсь, вы не давали взятки обслуживающему персоналу, чтобы разговорить коридорных в Кэдогэне?

– Конечно, нет. К тому же у них не было возможности узнать что-либо о слюне и о странном веществе, заменившем слюну. Разве не так?

Что верно, то верно. Только четверо, включая Дейли и Смита, знали о результатах анализа слюны. Двумя другими были Брайан 0'Салливан, проводивший анализ, и его ассистент. Дейли хорошо знал этих людей и не сомневался в их преданности и порядочности.

– Хорошо, Лэнг, надеюсь, вы расскажете нам, каким путем вам удалось прийти к столь занимательным выводам?

«Все еще осторожничает», – подумал Крис.

– Дело в том, что подобное уже случалось раньше.

Теперь Дейли отбросил напускное равнодушие, и в его глазах вспыхнул самый неподдельный интерес.

– И где же?

– Один схожий случай был, например, в Нью-Йорке.

– Какое вы лично имеете ко всему этому отношение?

– Я принимал участие в расследовании нью-йоркского дела.

– В каком качестве? Вы, часом, не из отдела убийств?

– Нет я не полицейский. Я работаю в Институте Коптета в Сиэтле. И, к вашему сведению, именно там я и находился, когда убили Андрэ Перлмана и Дженнифер Колсен. Можете проверить.

Дейли и Смит как по команде посмотрели друг на друга.

– Обязательно проверим, – сказал Дейли. – Но какое отношение ваш институт имеет к этим убийствам?

– Институт Коптета занимается исследованиями крови. Во многих аспектах, включая и генетику. Также мы ведем изыскания в сфере заболеваний крови, таких, в частности, как лейкемия и гемофилия.

– И как же вы очутились в Нью-Йорке?

– Институт предложил помощь полиции в расследовании этого дела.

Дейли давно подметил, что американец нелегко расставался с информацией, которой владел. Поэтому с иронией в голосе заметил:

– И по этой вот причине вы, стало быть, вскочили в своем Сиэтле в самолет и примчались сюда, чтобы… Чтобы что? Посмотреть, что ли? Или нам помочь?

– Приблизительно так и было.

Признаться, Дейли ждал несколько иного ответа. Он поморщился, и тогда в разговор включился Смит, которому надо было сказать хоть что-нибудь:

– А отчего, скажите, ваше заведение – простите, забыл, как оно называется?

– Институт Коптета.

– Да. да. Отчего Институт Коптета пригласили в Нью-Йорк участвовать в расследовании?

– В крови были обнаружены изменения, которые судебные медики оказались не в состоянии определить.

– В чьей крови? Убийцы или жертвы?

– В крови убийцы.

– Но вы только что дали понять, что, по вашему разумению, на здешних жертвах не было обнаружено крови нападавших.

Крис утвердительно кивнул:

– Это так. Но в нью-йоркском деле были обнаружены следы крови нападавшего, и мы установили определенные аномалии в ее составе, которые нас чрезвычайно заинтересовали. Обычные анализы ничего не дали, но нам удалось получить результаты.

– Гм, и какие же?

Крис замолчал, обдумывая ответ. Тем временем Смит смял бумажный стаканчик, из которого пил кофе, и щелчком отправил его на край стола. Дейли сосредоточенно курил сигарету и пытался разыгрывать спокойствие и непринужденность.

– Мы установили, что у нападавшего чрезвычайно редкий состав крови, можно сказать, в ней есть дефект. Это мог бы подтвердить обыкновенный клинический анализ, если бы убийца отправился сдавать кровь.

– Ну и что же это за дефект? – спросил Дейли.

– Чрезвычайно опасный дефект, можно сказать, болезнь, которая могла непосредственно повлиять на поведение преступника. Судя по всему, болезнь смертельна, если носитель, конечно, не поторопится обратиться к врачу.

– Что-нибудь вроде диабета? – высказал предположение Смит.

– Да, определенное сходство с диабетом налицо, – согласился Крис. – Но здесь мы имеем куда более редкие изменения. Куда более редкие.

Дейли кивал в такт собственным мыслям. Его крайне интересовал вопрос мотивации.

– Так вы полагаете, что подобные изменения в крови могли отразиться на настроении и вменяемости преступника? Ну, скажем, он мог легко терять над собой контроль или даже впадать в ярость?

– Не обязательно, – сказал Крис, – но это уже не моя сфера. Как уже говорил, я занимаюсь только исследованиями крови.

– Тем не менее вы высказали предположение, что известные вам изменения в крови преступника могли сказаться и на его поведенческих стереотипах.

– В этом существует значительная доля вероятности.