Блуждающие огни

Собрав разбежавшихся по всему Липиньскому заповеднику бандитов, взбешенный неудачей Бурый отдал приказ о немедленном проведении карательных акций. С этой целью он разделил банду на две части. Одну возглавил сам, другую — Акула. Цель операции — «усмирение» расположенных у самой пущи деревень, известных своей лояльностью по отношению к народной Польше. Акула двинулся на юг, на Клещеле, а Бурый — на север, в направлении Наревки. Шайки ограбили по дороге несколько десятков крестьянских подвод, которые утром приехали в пущу за дровами.

Притулившаяся у вековой пущи, занесенная снегом по самые крыши небольшая деревушка Залешаны только что пробуждалась, о чем можно было судить по ленивому дымку, поднимавшемуся из труб над некоторыми домами. Из пущи показались вооруженные люди в форме солдат Войска Польского. Часть из них окружила деревню, остальные вошли в нее. Ничто не предвещало несчастья. Девушки, беря воду из колодцев, приветливо улыбались солдатам. Бурый с Казачком в окружении своего штаба подъехали к самой богатой избе. Вызвав хозяев на откровенный разговор, еще раз убедились, впрочем только для проформы, в лояльности жителей села по отношению к народной власти. Затем Бурый подал условный сигнал.

В тот момент, как прогремел первый выстрел и вспыхнула ярким огнем первая соломенная крыша, для деревни и ее жителей пробил смертный час. Бандиты грабили, насиловали, жгли и убивали. Те, кто пытался бежать в лес, погибали от пуль бандитов, находившихся в оцеплении. По приказу Бурого большинство крестьян согнали в одну из хат и, зачитав им приговор, сожгли заживо. Не щадили ни стариков, ни женщин, ни детей. Безумная ярость охватила бандитов. Залешаны умирали, не надеясь на спасение. Да и откуда оно могло прийти? Когда наконец, погрузив на подводы награбленное добро, банда Бурого покинула деревню, от нее остались догоравшие пепелища, обуглившиеся трупы да слышался плач немногих чудом уцелевших жителей. На почерневшем, потрескавшемся от дождя и жары ветхом кресте за деревней Бурый приказал приколоть хорошо видимую издалека записку:

«Поскольку вы выполнили продовольственные поставки и тем самым выступили против нас, я в наказание сжег вас.

Бурый».

В тот же день на другом конце Беловежской пущи такая же судьба постигла деревню Вульку Выгановскую и ее жителей.

Но Бурому и Акуле этого было недостаточно. Через несколько дней вновь объединившиеся шайки Бурого, направляясь в сторону Рудского леса, провели карательные операции в деревнях Зане, Шпаки и Малеше. Людей зверски истязали: выкалывали глаза, отрубали руки и ноги, вырезали на теле звезды…

В ходе этого рейда банда Бурого сожгла дотла пять деревень; пятьдесят жителей были зверски убиты.

Повсюду следом за Бурым шла смерть.

После зимних кровавых оргий Бурый на время затих, а затем по распоряжению Котвича, который предвидел в ближайшее время активизацию действий армейских подразделений и органов госбезопасности, получив в подкрепление банды Стального и Храброго, начал переход на территорию Ольштынского воеводства. Его банда, насчитывавшая к тому времени около двухсот пятидесяти человек, вооруженная десятью станковыми и еще большим числом ручных пулеметов, множеством гранат, автоматов, имевшая в своем составе эскадрон кавалерии, была серьезной силой, с которой следовало считаться. Шайка Бурого направлялась в район города Орлова Ольштынского воеводства, где находились большие лесные массивы. На этот раз он старался избежать стычек с армейскими подразделениями, однако это ему не удалось.

Первая серьезная схватка между солдатами и основными силами банды Бурого произошла в середине февраля сорок шестого года в деревне Юрково. Банда пропустила в деревню находившийся в головном дозоре армейского отряда бронетранспортер и забросала его гранатами. Лобовая атака на деревню не дала результатов из-за сильного заградительного огня бандитов. Только после того как было принято решение обойти банду с флангов, она начала отходить в лес.

В бою у деревни Юрково Бурый понес ощутимые потери. Было убито около тридцати бандитов, в том числе командиры взводов Вояка, Храбрый и Лиственница. Десять человек были захвачены в плен. Большинство бандитов разбрелись по лесу. План Бурого провалился. Не пробившись в глубь Ольштынского воеводства, он вернулся в Белостокское, в Рудский лес. По приказу нового командующего округом НЗВ Голубого Бурый разделил остатки своей банды на небольшие группы, одну из которых возглавил Акула, и затаился до весны. Акула же переправился за Буг, где по приказу Голубого вступил в переговоры с рыскавшим в тех местах Молотом, пытаясь завербовать его в ряды НЗВ. Бурый же в свою очередь пытался, хотя пока и безуспешно, завербовать Рейтара. В своем районе Рейтар уже тогда чувствовал себя уверенно и, несмотря на то что Лупашко назначил его заместителем Бурого, никогда этих обязанностей не выполнял. А с тех пор как Бурый стал подчиняться НЗВ, он и вовсе не считал себя в организационном плане связанным с ним.

К тому времени под командованием Рейтара находилась довольно большая банда и эскадрон кавалерии, частично состоявший из людей Бурого. Рейтар не чинил им препятствий для обратного перехода. У Бурого было около сорока человек и больше десяти кавалеристов, составлявших его личную охрану.

В конце апреля недалеко от деревни Оссе-Багно банда Бурого напала на группу милиционеров и разоружила их. В погоню за бандой из города Высоке-Мазовецкого был направлен оперативный отряд Корпуса внутренней безопасности, усиленный местными милиционерами и несколькими сотрудниками органов госбезопасности. Неподалеку от деревни Бжозово-Антоне он попал в засаду, устроенную собравшимися здесь бандами Акулы, Бурого и Молота. Последний, правда, служил еще под знаменем ВИН, но уже собирался перейти в подчинение НЗВ и с этой целью, поддавшись на уговоры Акулы, вместе со своей бандой направлялся в район Чохание Гура, Сливово.

Бойцы отряда Корпуса внутренней безопасности шли без соблюдения необходимых мер предосторожности. Бандиты подпустили их на расстояние нескольких десятков метров и открыли по ним ураганный огонь. Бой у села Антоне продолжался несколько часов, прежде чем банде удалось взять верх. Часть бойцов отступили, однако некоторые из них, в том числе несколько милиционеров и сотрудников органов госбезопасности, попали в руки разъяренных бандитов.

По приказу Бурого в одной из захваченных машин заживо сожгли сотрудника милиции Казимежа Напералу. Остальных взятых в плен милиционеров и работников органов госбезопасности увели в село Бжозово-Корабе. Там на глазах согнанных на площадь селян их жестоко истязали, а потом расстреляли.

Из Бжозово-Корабе отряд Бурого двинулся к месту намеченной сходки, на которой предусматривалось обсудить вопрос об объединении белостокских организаций ВИН и НЗВ. Проведенный объединенными отрядами НЗВ и ВИН бой с воинским подразделением, убийство пленных должны были создать благоприятный климат для переговоров. На сходку кроме Бурого, Молота, Темного, Акулы и Рейтара ожидалось прибытие командующего округом НЗВ Голубого и представителя ВИН.

Тем временем армейские подразделения получили подкрепление. Преследуя форсированным маршем банду, они настигли ее у села Вноры-Ванды, в развилке маленькой болотистой речушки Сливы, и прижали к селу Сливово и окрестному лесу. Разгорелся ожесточенный бой. Когда стало ясно, что победу в нем одержат солдаты, среди бандитов началась паника. Застигнутые на рассвете врасплох, они удирали в одном белье, гибли под перекрестным огнем автоматов и пулеметов, попадали в плен. Если бы не атака кавалеристов Рейтара, который не потерял хладнокровия и вместе с Молотом пришел на помощь оказавшимся в тяжелом положении Бурому, Виктору, Темному и Дунаевскому, кто знает, как сложилась бы их дальнейшая судьба. Только наступившая ночь спасла банду от полного уничтожения. Тридцать бандитов Бурого были убиты, десять попали в плен.

…В последний раз Рейтар встретил Бурого в Рудском лесу осенью сорок шестого года. У него уже не было лошадей. Он бродил по лесу с группой из шести самых верных ему людей. Это все, что у него осталось. С ним не было Тамары, которая бросила его и выехала в западные районы Польши. Бурый выглядел уставшим, подавленным, хотя перед находившимся в отличной форме дружком явно держал фасон. Старался произвести впечатление на Рейтара своими связями с Голубым, вспоминал о сильной конспиративной сети среди гражданского населения, которую он якобы мог в любой момент поднять и увести в лес, но Рейтар хорошо понимал, что это блеф. И разошлись они каждый в свою сторону. Спустя несколько недель до Рейтара дошел слух, что Бурый, бросив преданных ему людей, удрал в воссоединенные с Польшей западные земли, наверное вслед за Тамарой.

7

Грабик закончил доклад по делу Кевлакиса. В кабинете кроме Элиашевича находился заместитель прокурора поручник Зимняк из окружной военной прокуратуры в Белостоке, который в связи с последними событиями приехал в Ляск вместе с товарищами из воеводского управления госбезопасности.

— И все же мне кажется, что с этим Кевлакисом не все в порядке и его следует арестовать, — внес свое предложение Грабик.