Боинг-Боинг
Шрифт:
БЕРТА: Да! В этом нет сомнений!
РОБЕР: А во Франции всем командует мужчина! Поэтому извините!
МЭРИ: Ошибаетесь! Дайте мне что-нибудь съесть, а то я не обедала… А потом вы увидите, как вернете мне мою комнату и убедитесь, что я права!
РОБЕР: Увидим… увидим…
МАРТА: Что есть в доме съедобного, Берта?
БЕРТА: Сардельки, очень вкусные…
МАРТА: Прекрасно! У вас есть крем Шантийи?
БЕРТА:
МАРТА: Нет, в качестве овощного блюда?
БЕРТА (её вот-вот стошнит): Уф-ф! Хорошо! Есть это с… Собственно, а почему бы и нет? Прекрасно!
МЭРИ (показывая на стол): Накройте здесь!
РОБЕР: Нет! Так не принято во Франции!
БЕРТА: Да… да… Пойдем на кухню, так будет быстрее!
МЭРИ: Хорошо, я буду ужинать на кухне, на полу!
РОБЕР: На полу?
МЭРИ (поднимая большой палец): Да! (Уходит на кухню.)
(Марта выходит из комнаты окнами в сад, в форме стюардессы, без своей сумочки.)
РОБЕР: На полу так на полу! Думаю, мы найдём общий язык!
БЕРТА (видит её, уходя за Мэри): Ох, уж эта работа…
МАРТА: Я готова!
РОБЕР: И я!
МАРТА: О, нет! Я вас умоляю, оставьте меня в покое! У меня нет к вам уже никакого доверия… Я ухожу одна! Понятно?
РОБЕР: Но что я скажу Бернару?
МАРТА: Скажете, что я ушла!
РОБЕР: Но он поручил мне заботиться о вас…
МАРТА: У вас очень странная манера заботиться обо мне, со странным блеском в ваших мерзких каштановых глазах…
РОБЕР: Ореховых! Они ореховые! Присмотритесь к ним с близкого расстояния, и вы поймете, что они орехового цвета!
МАРТА: Я вам верю и на дальнем расстоянии. (Видит сумку Мэри.) Откуда эта сумка? American airlines?
РОБЕР (резко бросается к сумке и прижимает её к себе в тот момент, когда Марта протягивает руку, чтобы её взять.): Это моя… моя!
МАРТА: Ну и что вы, мужчина, делаете с этой сумкой?
РОБЕР: Я храню в ней мои интимные мелочи… маленькие… например, мыло, зубную щетку, пасту, бельё, помазок… В общем, так, мелочи!
МАРТА: Боже, как забавно!
РОБЕР: Почему?
МАРТА: Потому что вы – ходячая реклама американской авиакомпании.
РОБЕР: Так получилось!
МАРТА: Ну, конечно! Если бы вы были истинным патриотом, вы бы взяли сумочку Air France. Это было бы как-то естественнее!
РОБЕР: О… да… Я как-то
не подумал об этом!МАРТА: Это не делает вам чести… (Уходит в момент, когда Мэри выходит из кухни.)
МЭРИ (смотря на Робера): Я надеюсь, во Франции мужчины не имеют обыкновения рыться в дамских сумочках, или мои надежда тщетны?
РОБЕР ( машинально прижимая сумку к себе): Pardon?…
МЭРИ: Я вас спрашиваю, почему вы роетесь в моей сумочке?
РОБЕР: Я?
МЭРИ: Нет, я!
РОБЕР: Что вам взбрело в голову?
МЭРИ: А что мне должно было взбрести? Я вижу вас, прижимающим мою сумочку!
РОБЕР: Я? (Понял.) Ох! Pardon! Извините! (Не выпускает сумочку из рук.)
МЭРИ: Тем не менее, ставлю вас в известность, что никогда не ношу с собой денег, а расплачиваюсь кредитной карточкой!
РОБЕР: Прекрасно! Это очень практично!
МЭРИ: Кроме помады, ручки «Parker» и нескольких личных вещёй для ночлега, у меня там только немного американских и французских денег, чтобы расплатиться за такси… это всё! Можете мне поверить!
РОБЕР: Да я вам верю!
Мэрит: Тогда отдайте мне мою сумочку!
РОБЕР: А? Ах! Pardon. (Кладет сумку.) Это машинально… я взял её чисто машинально… Вы положили её на этот стул, а я хотел сесть… Поэтому я взял вашу сумочку, чтобы не сесть на неё, честное слово…
МЭРИ: Да, было бы странным, если бы вы видели мою сумку и сели бы прямо на неё!
РОБЕР: Да, это было бы ужасно! Неужели вы подумали, что я рылся в вашей сумочке?
МЭРИ: А что бы подумали вы? Вы будете что-нибудь пить?
РОБЕР: О.. да… С удовольствием!
МЭРИ: Скотч?
РОБЕР: Да… да… merci!
МЭРИ (наливая): Ну? И что вы думаете?
РОБЕР: О чем?
МЭРИ: О том, что я вам сказала… по поводу американской женщины! По отношению к американскому мужчине?!
РОБЕР: А… да… я согласен.
МЭРИ: Ах! Вы поменяли своё мнение?
РОБЕР: То есть… ваше мнение имеет как свои преимущества, так и недостатки!
МЭРИ: Никаких недостатков…Для того, чтобы всё шло гладко, нужно, чтобы всем командовала женщина… и Бернар с этим согласен.
РОБЕР: Ну, тогда какие могут быть разговоры!
МЭРИ (направляясь к комнате окнами сад): Поэтому, если я захочу расположиться с нашей комнате, меня никто не остановит. (Она открывает дверь.)