Боль
Шрифт:
– Я мечтала о том, что у меня будет много детей. Но своих детей у меня не было. И мы с мужем удочерили трехлетнюю девочку. Люся разделила с нами все тяготы моей непростой жизни и спала в той же комнате (правда, за шкафом), где спали мои уголовники. И она все время в шутку говорит о том, что вот какая она хорошая, у нас в доме постоянно был черт знает кто, а она выросла добрым человеком, училась в консерватории. Моя внучка Майя тоже очень хороший человек. Сейчас Люся в Америке.
– У нас в стране не принято разглашать тайну усыновления...
– Добрые люди постарались. Когда Люся узнала, что я ей не родная мама, на неё это не произвело никакого впечатления.
Когда Светлане было 19 лет, жизнь подарила ей первую любовь. Это был польский
Через десять лет ей позвонил "расстрелянный" Владек. Они встретились. Что говорили друг другу? Только одно: ты помнишь? Он стал секретарем Польской объединенной рабочей партии, женился, у него родился сын, и он дал ему имя Светик.
Усыновленная боль
Мистер Грегори Дилия выходит в сад и, осторожно обходя маленькие апрельские лужицы, приближается ко мне. Он несет подарок: огромную клубничину. Я вежливо говорю: спасибо, я не голодна, но мистер Грегори не обращает на это внимания и запихивает ягоду мне в рот. Убедившись, что подарок принят, он улыбается и отправляется за следующей. Потом он поливает меня кока-колой и идет за чипсами. Но не тут-то было: его сдувает ветром. Мистеру Грегори два года. Это самый доброжелательный человек из всех, кого я встречала в жизни. Он все время улыбается и то, что ему нравится, обязательно дарит другим людям - чтобы другим тоже было хорошо. Когда Кевин и Эмми Дилия впервые увидели своего малыша, ему было 5 месяцев и звали его Гришей.
Официально эта поездка в Америку называется командировкой, а на самом деле это событие в моей жизни. Как и всякое истинное событие, оно имеет отношение к человеку. Не к удобным вещам, которых в Америке хоть отбавляй, не к красивым видам, которые и правда хороши, а именно к одному конкретному человеку.
Этого человека зовут Нина Костина.
В России, из которой она уехала 15 лет назад, она проходит свидетелем по уголовному делу, связанному с похищением человека. "Похищением людей" Нина занимается давно, но, чтобы все было понятно, надо рассказать с начала. А начало у этой истории грустное. В 1985 году Нина Борисовна Костина, преподаватель факультета журналистики МГУ, кандидат филологических наук (аспирантка Д.Э. Розенталя, кандидатская диссертация на тему "Экспрессивные возможности синтаксиса"), с мужем и маленьким сыном уехала из СССР.
В Америке экспрессивные возможности русского синтаксиса никого не интересовали, а сына надо было кормить. Сначала Нина работала уборщицей, потом няней, библиотекарем, потом её взяли в магазин делать бутерброды. Если называть вещи своими именами, всем главным в жизни мы обязаны своим детям. В том числе и необходимостью барахтаться, когда проще всего взять и утонуть. Кто знает, что бы она делала, если бы Мишу не нужно было кормить, лечить и учить.
В это самое время к ней приехала умирающая мама. В это же самое время от неё ушел муж. Кто переубедит меня в том, что именно в это самое время у неё в самой заветной глубине щелкнуло: какое-то важное колесико совпало с другим, не менее важным. И заработал механизм, благодаря которому люди впоследствии совершают поступки. Не верьте, если вам скажут, что поступки, умножающие добро, совершаются неожиданно, сами собой. Нет. Должно щелкнуть.
Нина подрабатывала, где могла. И случай привел её в переводческое бюро. Она оставила свою карточку, и в это время туда позвонили из Пшеничной ассоциации США. Сказали, что им срочно нужен синхронный переводчик на конференции в Северной Дакоте. Конференция называлась "Зернопродукты", и туда съехались представители всех союзных республик распадавшегося СССР.
Рональд Фрейзи, вице-президент ассоциации в Северной
Дакоте, сопровождал делегацию СССР. Через полчаса после того, как Нина начала переводить про твердые сорта пшеницы и всхожесть семян, он все понял.Нина сказала ему: дайте мне шанс.
За ночь она сделала картотеку по словарям и уже на другой день выступала с переводами докладов. Через неделю конференция закончилась, и все поехали смотреть поля и мельницы. И Нина заговорила. На том самом языке яровых и озимых, за который ей стали платить 500 долларов в день. Это были огромные деньги. Но в Америке платят только тем, кто знает и умеет. Значит, это были не просто деньги - это была победа.
Как только она вернулась в Вашингтон, ей предложили прекрасную работу. Но позвонил Рон Фрейзи: в Россию едет делегация фермеров, нужен переводчик. Отказать Рону она не могла.
Когда она вернулась из России, место, которое ей предложили в университете, уже было занято. Но она почему-то не расстроилась. В решающие минуты жизни она никогда не руководствуется соображениями практической выгоды. И почему-то всегда побеждает. Она не задумываясь делает то, на что чувствует благословение, и не задумываясь решительно отказывается от того, на что его нет. Многие верующие люди как-то умеют отделять божественное от насущно-практического. И получается, что по воскресеньям они ходят в церковь и подают нищим, а по будням они суровые атеисты, потому что так удобней работать. Нина - человек верующий, но её отношения с богом радостные, потому и нет необходимости грешить по будням и замаливать грехи по выходным. Ее вера всегда при ней, а если этого не знать, многое в ней будет непонятно.
Рональд стал приглашать её на разовую работу. А потом он открыл в Москве офис Пшеничной ассоциации, и Нина стала главой представительства стран Восточной Европы и СССР. А через год американские фермеры подарили московскому представительству 20 тонн макаронных изделий с тем, чтобы Нина провела благотворительную акцию.
Казалось бы: при чем тут макароны? Для благотворительной акции требуется что-нибудь возвышенное. Но эти макароны были очень красивые: желтые, зеленые, фигурные - в Москве таких не видели. И, не долго думая, она повезла их в детские дома Москвы и Подмосковья. В нищей России в январе 1991 года это был подарок хоть куда. В американских и русских газетах появились хорошие статьи. И тут Элисон Фрам, второй вице-президент Пшеничной ассоциации, привел к Нине своих друзей, которые 12 лет пытались усыновить ребенка и были готовы на все. Нина взяла их документы и поехала в Департамент народного образования Москвы.
В Подольске нашли 4-летнего мальчика - и на тебе: семья к этому времени распалась. И Нина обратилась в одно из американских агентств по усыновлению, её познакомили с семьей, которая стояла в очереди на усыновление. Так в ноябре 1991 года произошло событие, внутри которого Нина Костина нашла ответы на все или почти все вопросы своей жизни. Согласна: звучит немного восторженно. Но что же делать, если так все и было.
И тут Рональд Фрейзи совершил поступок, который с коммерческой точки зрения не выдерживал никакой критики. Он согласился вложить 60 тысяч долларов в благотворительную организацию, одной из программ которой было усыновление за пределами Америки. Организацию назвали "ФРЭНК" - по инициалам Рона и Нины. Среди первых усыновителей была дочь бывшего госсекретаря США Джорджа Шульца Маргарет.
Маргарет с мужем и американским врачом приехали в село Воино Мценского района Орловской области. Что они там увидели, каждый может представить сам. Врач осмотрел всех малышей. И выбрал самого некрасивого ребенка отталкивающей внешности с непроизносимым диагнозом.
Сейчас Сережа живет в Бостоне, он первый ученик в классе, занимается спортом и музыкой.
О Костиной я впервые услышала в Генеральной прокуратуре России. Мне сказали: расследуется потрясающее дело. Бывшая гражданка СССР украла из детской психиатрической больницы тяжелобольную девочку. Зачем? На это ответа не было. Но подразумевалось: на органы!