Бондаровна
Шрифт:
О лихой беде кровавой,
О голубке милой.
Притащили Бондаровну
К пану во светлицу,
Как преступницу какую
Или чаровницу.
Наряд девичий изорван,
В беспорядке косы,
И в глазах искрятся слезы,
Словно летом росы.
Слезы то ли от обиды,
То ль от страшной злости,
Что ее к лихому пану
Притащили в гости.
И стоит она пред паном,
Словно та калинка,
Что в лугу
Гнет, как сиротинку.
Думы в голове теснятся
И не затихают,
И она в глаза пустые
Смотрит, не мигая.
VII
Посадил пан Бондаровну
В красный угол хаты,
Как в чести невесту, в славе
На свадьбе богатой.
Ставит пан на стол дубовый
Вино дорогое,
Стол от яств обильных гнется,
Льется мед рекою.
Музыкантов пан вельможный
В хату призывает,
По всему видать, пирушка
Предстоит большая.
Не прельщает Бондаровну
Панская потеха.
Панской милости не верит
И не верит смеху.
Она свесила головку,
Руки заломила,
Пан из горницы выходит —
Здесь ему не мило.
Тотчас он ружье приносит,
Пулей заряжает
И последний Бондаровне
Выбор дать решает:
«Ну, что хочешь себе выбрать,
Пышная паненка:
То ль беседовать со мною
Вот у этой стенки,
Коротать со мною ночки,
Пить, гулять в светлице,—
То ль навеки кости парить
Во сырой землице?»
VIII
Закипело местью сердце,
И глаза зажглися,
Нахмурились черны брови
И совсем сошлися.
Не такую, пан вельможный,
Видишь пред собою,
Что захочет честь и славу
Продавать с тобою.
Свое золото, палаты
Оставь, пан, себе ты,
Сам вино пей дорогое,
В бархат разодетый.
Пей, гуляй с родней своею,
Пока ваша сила,—
Чем с тобою обручаться,
Лучше лечь в могилу.
Честь девичья неподкупна,
Совесть непродажна,
Не боится Бондаровна
Лютой смерти даже.
Перед паном тем каневским
Девчина стояла
И в глаза глядела смело,
Смело отвечала:
«Ты силен своим богатством,
Знатностью своею,
За мной правда и народ мой,
Я тебя сильнее!
Чем с тобою дни и ночи
Коротать в светлице,
Лучше вечно кости парить
Во сырой землице!»
IX
Тут как выстрелил пан лютый
В смелую девчинку,
И упала Бондаровна
Скошенной
травинкой.Захлебнулась кровью алой,
Сердце обомлело,
Не травинкой повалилась,
А березкой белой.
Золотые ее косы
Расплелися ровно,
Легли прядями льняными
Возле Бондаровны.
Лишь глаза одной обидой
Наполнены были,
Как бы всех спросить хотели:
«За что погубили!»
Видно, в сердце та обида
К лиходею входит —
Пан Потоцкий туча тучей,
Места не находит.
Проклинает сам себя он
И такую ночку.
Зовет мать, отца убитой,
Чтобы взяли дочку.
Пришел старый Боидаренко,
А с ним Бондариха,
И над дочкой причитали,
Причитали тихо.
Ой, они ломали руки
Над своей родною:
«Полегла ты, наша дочка,
За всех головою!»
X
Взяли мать с отцом скорее
Доченьку родную,
Несли тихо, осторожно,
О судьбе горюя.
Как шли с нею — кровь из раны
Каплями упала
И по всей тропе-дорожке,
Как роса, сверкала.
Внесли в хату Бондаровну,
И в светлице новой,
Как цветок, легла девчина
На скамье дубовой.
Наряжали, как невесту,
Ее, молодую,
Ленты алые вплетали
В косу золотую.
Позлащенные на пальцы
Кольца надевали,
В туфельки из белой замши
Ножки обували.
Из зеленой руты-мяты
Ей веночек свили,
Как короной королевне
Голову накрыли.
Из тесовых досок белых
Сбили домовину,
В нее, плача, положили
Бедную девчину.
Спит сном вечным Бондаровна,
И, ее жалея,
Вечную поют ей память
Старики над нею.
XI
Неспокоен пан Потоцкий:
В голову запало,
Что девчина молодая
Попусту пропала.
Хочет грех свой он загладить
И вину убавить,
Бондаровну хоть посмертно
Думает прославить.
Спесью панскою гонимый,
Он приходит в хату,
Он приказывает шелком
Гроб обить дощатый;
Шелка, золота, атласа
Тратить не жалея,
И чтоб кисти золотые
Путь мели за нею.
Обложить велел могилу
Каменной стеною,
Чтоб вовеки не размыло
Никакой водою.
Приказал он путь к могиле
Выстелить коврами,
Приказал тот путь усыпать