Босоног

– Ничего, – сказал Босоног. – Будешь мне подпевать, если понадобится.

Пока Динозавры не обращали на нас никакого внимания.

– Смотри, вон твой Диплодок с женой. Видишь, не зелёный, просто серебристый! Слева Стегозавр, Анкилозавр… справа два Игуанодона и Вулканодон – Вулканический зуб! А в траве там прыгает Карманозавр.

Он маленький совсем – его не видно.

– Ой, – вдруг прошептала я. – Что же ты не предупредил меня, что тут будет этот жуткий рогатый Трицератопс?! Разве он травоядный?

– Конечно, – сказал Босоног. – Корова тоже рогатая. Все три рога у него – только для обороны. Если не хочешь на него напасть, то и бояться нечего.

Вначале всё было хорошо. Вдруг внутри стада возникло какое-то завихрение. Круг Динозавров стал рассыпаться, приближаясь к нам.

И тогда мы увидели двух дерущихся гигантов – Стегозавра и Трицератопса. Что они там не поделили?

Но в этот момент мне было не до вопросов.

– Бежим? – спросила я Босонога.

– Нет, – сказал он. – Это для них дело обычное. Неправильным голосом что-то друг другу сказали и подрались. Подожди.

Он отпустил мою руку, сделал несколько шагов навстречу разбредающимся Динозаврам и запел:

Ударь по струнам, музыкант! И пой красиво, птичка! Ура! Ура! Очень весело мне! Июль цветёт красотою своей — Цветы! Д еревья! Трава! И Динозавры пасутся мирно! К ак хорошо, что весь этот мир Был сделан Богом – хоть это секрет И неизвестно точно, где Он теперь! Ура! Ура! Очень весело мне!

Я стояла затаив дыхание и слушала это удивительное пение. Все динозавры тоже остановились. А те двое, Стегозавр и Трицератопс, вдруг медленно поклонились друг другу – и потом спокойно разошлись в разные стороны. Один пошёл проверять кладку яиц, а другой – к озеру: ему очень захотелось пить (так сказал Босоног).

– А кто-нибудь ещё здесь живёт? – спросила я.

– У озера живёт стадо утконосых Уранозавров, они питаются только водорослями. И Тайнозух, но он почти невидимый (всегда прячется).

Из летучих – только Птерикс.

– А люди? Кто-нибудь тут изучает всех этих Динозавров?

– Нет! Здесь нет никаких людей! – строго сказал Босоног. – Динозавры не хотят, чтобы их изучали! Если их будут изучать, они сразу вымрут, понимаешь? И обещай, что никому не покажешь сюда дорогу.

Я попробовала вспомнить, как мы шли к Динозаврам, но не смогла и сказала об этом Босоногу.

– Вот и хорошо, – обрадовался он. – Пусть и у тебя будет хоть один какой-то секрет!

4 Сапоги

Потом мы – «так и быть» – снова пили чай у меня на кухне. Пряники действительно были мягкие.

– Бери ещё, ты ведь говоришь, вкусные.

– Да нет, это я так просто – из вежливости, – сказал Босоног. – Смотри, красный чайник Пафнутий учит белого свистеть!

– Только белый никогда не научится. Он ведь заварочный, – сказала я.

– А свист у него как у сильной змеи. – Босоног вдруг задумался.

Ты когда-нибудь освобождала змею?

– Нет!

– Почему?

– Не приходилось. Вообще не люблю иметь дело со змеями.

Он обиделся:

– Но ведь они же наши сёстры! Даже насекомые – наши братья и сёстры. Притом старшие, их ведь раньше сделали!

– А ты освобождал? – спросила я.

– Один раз. Она упала в узкую яму и запуталась.

– И что потом?

– Я позвал, и пришёл Распутывальщик змей. Он достал её, распутал, и они подружились. Это вообще очень хороший Распутывальщик.

Он что угодно может распутать в один миг. Даже змею!

Потом мы с Босоногом смотрели змей в моей толстой энциклопедии. Но ту змею, которую распутал Распутывальщик, так и не нашли.

– А почему ты пришёл ко мне? – спросила я. – Ведь на свете много людей…

– Потому что у тебя никто не кричит и не наступает на ноги. И ещё ты стих написала.

– Какой? – удивилась я.

– Не помнишь?! – теперь удивился он.

– Нет. Я их много написала.

– Вот этот! – И он прочёл:

Жил на свете один Босоног. Повстречал по дороге Сапог. Закричал: «Сапоги Босоногам враги!» — И пустился бежать со всех ног.

– Да! Это лимерик. Я его давно написала. И почему-то забыла!

А правда, что Босоноги боятся сапог?

– Нет! Мы никого не боимся! Но это правда, что сапоги – это наши враги.

– Почему? – спросила я. – Я думала, что вы живёте отдельно и ничуть друг другу не мешаете.

– Живём-то мы отдельно, но сапоги так устроены, что рано или поздно им обязательно нужно кого-то ТОПТАТЬ. Тогда они вырастают огромными и идут на нас войной. Недавно опять получил от них угрозу!

– А как ты от них защищаешься?

– Звериную армию собираю. Как раз сейчас.

– Ого! Послушай, но не все ведь сапоги такие? У меня есть один знакомый сапог – очень хороший, но бедный. Точнее – стих про него, тоже лимерик.

Одинокий кирзовый сапог Совершенно отбился от ног И валялся в канаве, Не мечтая о славе, А мечтая, чтоб взял его Бог.

– Ну так я и знал! – подскочил Босоног. – А этим Сапожищам и дела нет, что их Сапожитель валяется один неизвестно где и, может быть, даже умер! Что же ты раньше не сказала?! Теперь придётся его искать! Во всех канавах! Везде! Пока-чай!

Это он придумал для меня такое прощальное слово.

И я опять ничего не успела ему ответить.

5 Одинокий сапог перестает быть одиноким

Зато в следующий раз Босоног появился не один. За ним на верёвочном буксире притащился… одинокий кирзовый Сапог!

Сапог перескочил через порог и завалился набок. Босоног заботливо его поднял и прислонил к стене.

– Привет-чай! – весело поздоровался он. – Видишь, он ещё сам не может ходить. Пока у меня на буксире. Посмотри, это тот, про которого у тебя в стихе-лимерике?