Ботаничка

Как просто было бы подчиниться. Анна поднялась и веером расплескала воду. Огромный мужчина в камуфляже рухнул с края воронки и крестом распластался на склоне. На руках Мавки закричал ребенок.

— Он живой! — засмеялась женщина.

— Мы тоже, — подтвердил Коля.

Брюхо поросенка больше не полоскалось распоротыми краями.

Лицо тети Саши начало сморщиваться. Провалился рот, в складки втянулся нос, плечи пошли вперед, и наконец вся она на подобие комбинезона сошла с того, что было внутри.

Алиса Генриховна стряхнула остатки на край воронки.

— Идиотка! Безмозглая тварь! Ты всегда была дурой!

— Что с тетей Сашей? — потребовала Анна.

— Мертвое нельзя убить, если тебя это волнует. Я просто воспользовалась ее внешностью. Если бы не твоя глупость, все бы уже закончилось, и заметь, для тебя почти безболезненно. Подойди!

— Что вам надо? Что вы хотите сделать?

— Ничего особенного, только получить свое.

— Я вам ничего не должна!

— Ошибаешься. Это я забрала тебя у родителей алкашей и только благодаря мне ты оказалась в приличной семье. Ты очень неплохо прожила свою никчемную жизнь. Пришла пора рассчитаться за годы комфорта.

— В вашей благополучной семье я ничего кроме попреков не слышала. Я никому там не была по-настоящему нужна. Они все разбежались, как только появилась возможность, а меня оставили сторожить квартиру, авось сдохну не с голоду, так от одиночества.

— Но ведь не сдохла, получила образование, не без моей помощи, между прочим. Ты мне обязана всем. Впрочем, можешь не подходить, оставайся на месте, ты все равно сделаешь, то что я прикажу. Сними кольцо!

— Нет!

Анна сжала кулак. Кольцо нагрелось и пульсировало, сквозь пальцы пробивался рваный свет.

— Не хочешь добром, будет иначе, — прошипела Алиса.

На противоположной от Анны стороне впадины открылся проход и в него ворвался черный волк.

— Убей их! — ткнула Алиса в сторону Мавки и Коли.

Зверь прыгнул с места. Челюсти щелкнули рядом с ребенком. Борька кинулся на врага, они сцепились и пошли по краю, разбрасывая куски плоти и всполохи. Анна смотрела, не в силах оторваться, а когда спохватилась, поняла, что почти не может двигаться. От Алисы к ней протянулись светящиеся красные нити. Они уже оплели ноги и обвивались, поднимаясь выше и выше. Рычали звери, исходила в крике Мавка, прижимая к себе ребенка. Хохотала Алиса.

— Ты всегда была дурой. Не дергайся. Осталось совсем немного. Если не снимешь кольцо, будет очень больно и долго, если снимешь и отдашь мне, все кончится быстро. Твоим друзьям уже ничто не поможет.

Хрясь! Захлебывающаяся от ужаса Анна увидела, как к сцепившимся зверям подошел оживший Виктор и врезал по волчьей спине огромной дубиной. Клубок распался. Черный волк вскочил и развернулся к человеку. Только что получивший надежду на жизнь Виктор попятился. Борька встал на нетвердых ногах, пригнул узкую голову с чудовищными клыками к земле и поддал ими волку под брюхо.

От чудовищного воя у Анна заложило уши. Волка подкинуло. Черное тело разбрасывая брызги и клочья, воспарило над впадиной и втянулось в ее середину. Свечение на миг погасло и тут же налилось багровым, будто там шевелились живые мерцающие угли.

У Анны померкло в глазах. Это красная нить захлестнула шею. Стало нечем дышать. Она схватилась за удавку руками и тут же отпустила, так ожгло ладони.

— Сними кольцо! — голос Алисы проник в мозг чудовищной болью.

Все! Анна сдалась. Такое никто бы не вытерпел. Свободной рукой она потянула кольцо с пальца.

Ночью Сергей сказал: если станет вовсе уже плохо, кинь кольцо на землю и попроси защиты.

— Отдай! — потребовал голос внутри мозга.

— Я прошу защиты! — крикнула Анна и просто разжала ладонь.

Перстень упал на сыпучий склон и потек вместе с песком к свечению, которое начало разрастаться. В центре перламутрового круга образовался просвет. Там плескались волны и бегал любопытный мальчишка с кокосом в руках.

— Прыгай! — взревел кто-то рядом.

Анна почувствовала, что свободна, оттолкнулась ногами и ушла головой вперед в образовавшийся коридор, на дне которого не было уже ни океана, ни белого песка. Там кипела лава. Анна падала в жерло вулкана.

Она даже успела почувствовать жар, когда ее что-то подхватило и пронесло над кальдерой. Анна лежала на спине огромного зверя, вцепившись руками в жесткую белую шерсть.

* * *

Бронзовый модификатор установили на бетонную основу и закрепили железными скобами. На то чтобы его снять могло уйти еще полночи. Серый решил, не заморачиваться. Мало найти, а как доставить, куда следует? Приказ был что? Правильно: или… или.

— У нас гости! — крикнул с улицы Юстас.

Серый размахнулся и опустил фомку на аппарат. Линзы брызнули осколками. Заскрежетал и кажется даже заплакал металл. Он бил еще и еще, пока хрупкая передняя часть прибора не обломилась.

Их оказалось двое. Оппоненты, разумеется. А ты кого тут рассчитывал увидеть? Волонтеров с цветами?

— Юстас! Какая встреча! — заговорил левый. — А это кто с тобой? Щенок мономорф? Ты же наблюдатель. Наблюдатель очень высокого ранга, разумеется, но ты не имеешь права вмешиваться. А раз ты влез, то можно и нам. Так что не обессудь. Мы на этот раз не отступим.

— Чего это ты разболтался? Время тянешь? — отозвался полиморф Юстас.

— Скорее растягиваю удовольствие. Хочу посмотреть, как ты будешь корчиться.

— Двое против двоих? Не много ли на себя берешь?

— Трое, Юстас. У родника наш брат. Там сейчас твоя марионетка, пытается сопротивляться моей. Алиса думает, что она хозяйка. Я не стал ее разочаровывать, пусть и дальше пребывает в уверенности, что хвост виляет собакой.

— Что ей надо? Просто интересно.

— Перепрыгнуть из старого тела в молодое. Она вырастила себе новый футляр, не хочет она быть больной старухой, хочет стать молодой красавицей. Пусть забавляется. Она же не подозревает, что моя игра куда занятнее. Я ей помогу и стану тут полноправным хозяином, чтобы никто из ваших — ни-ни! — шагу сюда не смел ступить. Согласись, вы тут только мешались. А прогрессу препятствовать нельзя. Мы откроем тут портал в экзовселенную. И пусть сущности наполняют этот мир к вящей славе Нашего дома.

— Дурень думкой богатеет. Вы, может, и собираетесь тут хозяйничать, да кто ж вам даст?

Полиморф редкое явление в Ойкумене. Он может принять почти любую форму. Левый оппонент, кстати, был точно мономорфом, а вот правый нет, но очень молодой, — определил Серый. Зато левый — матерый боец.

Расклад таким образом определился: левого берет Юстас, правого Серый.

Они не сговариваясь приготовились к схватке, но тут со стороны источника пришел страшный в своей плотности визг. Даже у Серого заложило уши. А после — крик Анны. Серый бессознательно рванулся в ту сторону, но путь ему преградил молодой полиморф, перелившийся в грифона.