Бой капитанов

Карахана пробил кашель. Отдышавшись, он сказал:

– Подожди, Масуд. Не горячись. Не все еще потеряно. Я не знаю, откуда взялись гяуры, но много их быть не может, иначе они уже были бы здесь. А я… я на всякий случай укрыл в доме двадцать человек, перегнав из Шестовского. Они хорошо подготовлены и вооружены. К тому же у нас есть пулемет. Надо отдать приказ, и часть моих людей обойдут гяуров с флангов, ударив по ним с тыла. Если у русских продуман вариант поддержки, то против него мы используем остальную часть воинов. Сами же, с твоими телохранителями загоним «КамАЗы» в реку. Тут недалеко омут… большой. Товару ничего не будет, он упакован в герметичные контейнеры, мы же переправимся на левый берег Дона и уйдем. Чтобы позже вернуться.

Масуд оттолкнул от себя Карахана:

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь? Ты, тварь, проморгал подход к хуторам русского спецназа и теперь несешь какую-то ахинею. У, сука, и почему я поставил на тебя. Наверняка, если не сдал транзит русским, то привел за собой «хвост», отрабатывая заказ Кермана. Надо было пристрелить тебя по возвращении. Пожалел. Ошибся. Ну чего стоишь? Командуй своей гвардией, выпускай на спецназ.

Карахан достал рацию, отдал короткий приказ.

Масуд сплюнул на ковер, взглянул на Балаева:

– А ты куда смотрел, придурок? Баб местных трахал да с Аркашей гулял? Догулялись, я ваш род топтал. Хватай пулемет – и в коридор. Вали неверных, сколько сможешь!

Шамсет пулей вылетел из комнаты.

Масуд отвел телохранителя к глухой стене:

– Наши люди где?

– В коридоре.

– Джип?

– Недалеко от фермы!

– Впрочем, это уже не важно! Если район блокирован, а он наверняка окружен, на машине отсюда не вырваться. Остается один шанс спасти собственные шкуры. Пока дебилы Карахана будут драться со спецназом, прорваться к Дону. Там в кустарнике дождаться наступления темноты. И в ночь, используя подручные средства, бревна, кусты, все, что держится на воде, спуститься по течению за пределы хутора Шестовского!

– Но это же двадцать с лишним километров?!

– Ерунда. Течение здесь сильное, замерзнуть не успеем. Спецназ не может знать, что с колонной сюда приехал лично я! Трупов тут будет много, пусть разбираются, кто есть кто. За гостей, прибывших на джипе, сойдут трое оставшихся телохранителей.

– Вы решили убрать их?

– А у меня есть выбор? Благодари Аллаха, что в их число сам не попал. Ты пойдешь со мной. Но перед отходом ты должен завалить остальных телохранителей. Карахана я возьму на себя, Шамсета завалят гяуры. Отход, как только разберусь с Караханом. Ты же иди, реши вопрос с бывшими дружками. После чего прикинь, через какое окно начнем отход, двери для нас закрыты. Определишься, дашь знать мне. Спущусь, начнем прорыв. Повезет, выживем, не повезет… значит, такова воля Всевышнего. Все понял?

– Да, господин!

– Ступай! Да поможет тебе Аллах!

Отпустив ближайшего телохранителя, которого решил взять с собой Масуд, чтобы потом иметь возможность либо прикрыться им, либо подставить под возможное преследование, он услышал хлесткие очереди пулемета. Шамсет вступил в дело. Надолго ли?

Масуд хотел пройти к окну, чтобы мельком взглянуть на то, что происходит во дворе усадьбы, как мощный взрыв сотряс дом, заставив грозного в прошлом полевого командира упасть на пол и замолчать пулемет. Тут же вместе с клубом дыма и пыли в кабинет вбежал Карахан:

– Русские подорвали часть задней стены. Значит, «КамАЗы» уже в их руках!

– Да черт с ними, с «КамАЗами», и с этим героином. Нам перекрыли все пути отхода! Что твои люди?

Карахан опустил голову:

– Их всех… уничтожили. Погиб и Шамсет. Его убил снайпер. Полегли твои люди. Совсем скоро неверные будут здесь. Мы проиграли, Масуд!

– Нет, Карахан, это ты проиграл, за что должен ответить.

Масуд выхватил пистолет и выстрелил в физиономию бывшего полевого командира Вахи Караханова. Тот упал на спину.

Масуд, услышав шаги в коридоре, рванулся к окну. Повезет, он успеет выпрыгнуть в облако пыли, еще не осевшей от взрыва, и все же прорваться к реке. Но… не успел. У самого окна его остановил окрик старшего лейтенанта Клыкова:

– Стоять, бандитская морда, или я всажу в тебя весь магазин!

Масуд замер. Холодный пот покрыл его тело. Он понял, жизнь кончена. Но сдаться главарь накрокартеля, а в прошлом полевой командир, не мог. Сдача в плен для него – та же смерть, только мучительная и медленная. Жить ему не дадут. Даже в одиночной камере пожизненного заключения. Слишком много на нем крови, взывающей к мщению. Поэтому, дрожа, Масуд медленно повернулся, резко поднял пистолет, и тут же очередь автомата Клыкова пробила его сердце. Масуд рухнул на ковер, ударившись головой о край топчана. Клыков опустил автомат. Поправил защитный шлем, вызвал командира группы:

– Первый! Я – Рокот-1! Масуд с Караханом уничтожены. Ваху завалил его босс. Чего-то эти крысы перед смертью, видимо, не поделили.

В 18.37 Вершинин доложил Купавину о завершении операции «Паутина-2». Генерал приказал выслать за ним с санинструктором катер, группе спецназа ФСБ убыть на машинах бандитов в Шестовский, где блокировать усадьбу Каландина. Вершинину же распорядился провести быструю «зачистку» хутора Васильевский и взять его до утра под охрану, уделив особое внимание сохранности грузовиков с наркотиком. Переплывая Дон, Купавин связался со штабом Северокавказского военного округа и запросил к 6 утра 21 октября либо комендантскую, либо какую другую роту для более тщательной проверки лиц, населяющих хутора, и выполнения других мероприятий, в которых может возникнуть необходимость. Охотиться же за фурами, которые должны были подойти завтра под погрузку наркотой, не имело смысла. Их владельцы найдутся. Со временем. Переплывая через Дон, Купавин подумал: «Интересно, а как отработал свою цель Володя Полухаров? Что-то он молчит. Но означает одно, еще не закончил работу в Подмосковье!»

Владимир, как и было определено распоряжением руководителя спецслужбы, вывел резервную группу в заданный район к 12.00. В лесной массив, откуда хорошо просматривался контрольно-пропускной пункт элитного коттеджного поселка, в котором обитал Карасев. В район ожидания вместе с Полухаровым прибыли командир группы капитан Попов и двое его подчиненных. Троих выслали к дому Владимира, дабы те по сигналу сняли посты наблюдения за его квартирой. Но и этих сил было достаточно, чтобы провести подмосковную часть операции «Паутина-2». До 17.00 спецы наблюдали за постом. Находившихся на нем охранников за пять часов слежения не меняли, что означало: охрана несла службу либо в круглосуточном режиме, либо в режиме 12-часового варианта. Если использовался 12-часовой вариант, то смену действующего наряда следовало ожидать скорей всего в 20.00. Ибо ребятки-охранники наверняка жили в Москве, и в 6 часов, особенно утром, менять их было неудобно. А вот в 8 – самое то. Потому как из Москвы до КПП еще надо было добраться. Главное сейчас, получив приказ, не попасть на пересменку. В принципе, это особо не повлияло бы на операцию, но создало бы ненужные проблемы.

Купавин вышел на связь в 18.00.

Он был немногословен. Бросил в эфир лишь:

– Действуй, Володя!

И отключился.

Одновременно с вызовом руководителя спецслужбы от наблюдателя за дорогой прошел доклад – «Мерседес» Карасева идет к КПП. Убедившись, что «мерин» действительно банкирский, Полухаров подозвал Попова:

– Леня! Клиент прибыл. Вон, смотри, миновал КПП.

Капитан взглянул на дорогу, спросил:

– Значит, начали?

– Да! Но пока не по Карасеву. Передай своим ребятам у моего дома, чтобы сняли наблюдателей банкира. Снайпера взять вместе с винтовкой, как говорится, с поличным. Как отработают задачу, доклад! Давай!

Попов вызвал группу захвата, контролировавшую киллеров Карасева. Владимир не успел выкурить сигарету, как Попова вызвали по связи. После короткого разговора, он подошел к Полухарову:

– С наблюдателями и киллером порядок! Повязали и тех, кто следил за хатой, и того, кто сидел на крыше с «винторезом»!

– Отлично!

Владимир достал сотовый телефон, набрал номер своей квартиры. И чуть не рассмеялся, услышав в трубке свой собственный голос:

– Да!

– Привет, пародист, Полухаров!