Бродяга

Все покупки оказались на месте, более того, они были упакованы в матово-черный пластиковый контейнер, раскрывшийся после прикладывания моей ладони к сенсорной панели. И не просто раскрывшийся, а разложившийся на телескопические полочки и подставки, на которых все мое купленное добро и было аккуратно уложено. Честно признаюсь, я так не умею. Причем на генетическом уровне. Чтобы так скрупулезно все разложить, надо как минимум родиться в Германии, затем проработать в Швейцарии лет так десять часовщиком, для того чтобы привычка к идеальному порядку в подкорку мозга въелась, ну или просто быть дроидом.

Трогать такую красоту не хотелось, особенно если учесть, что если уж я к этому руку свою приложу, то порядка в этом контейнере более никогда не будет. Ну что же, значит, такова его судьба.

Первым делом напялил на себя скафандр. Хорошо хоть предназначен он для надевания в любых условиях, поэтому процесс напяливания, автоподгонки и диагностики времени не занял, зато для полноценного им управления с интеграцией его малого искина и моей нейросети требовались базы «Пилот» третьего уровня и «Боец» со «Стрелком» второго уровня минимум. В принципе в скафандре мне и так было достаточно комфортно, все гражданские функции работали в штатном режиме и без всяких баз, нисколько не стесняя подвижности или обзорности внутреннего дисплея, даже искин синхронизировался. Но я же купил военную «списанную» модель. А хочешь пользоваться специализированной продукцией, будь добр соответствовать.

Зато в каюте, не такой уж и маленькой, квадратов, наверное, под двадцать будет, разумеется, это уже с санузлом включительно, было самое настоящее зеркало. Из соображений экономии поставили наверняка, голопроектор энергии жрет немного, но все же жрет. И инфовизора тут у них нет, а жаль, я к этому предмету мебели в последнее время привык как-то.

В зеркале я увидел заключенного в боевую броню, глупо улыбающегося через не поляризованное забрало лысого, с только прорезавшимися на голове волосками, остолопа и искренне порадовался за себя. Раскрыл кейс со сложенной штурмовой винтовкой, собрался было уже руку просунуть в рукоять…

Не тут-то было, винтовка как была черным кирпичом-переростком, так им и осталась, причем никаких запросов от нее не поступало. Начал осматривать ее со всех сторон на тему дырочки какой или рычажка, ничего не было, сплошной монолит, даже щели не видно. И вот тут я на кончиках пальцев скафандра увидал тоненькие черные вкрапления, моя система тут же охарактеризовала их как выходы нейросети, не активированные, кстати. Отдал команду искину на активацию переходников нейросети, — винтовка тут же разложилась. Сомкнул руку на пистолетной рукояти, перед глазами появилась прицельная сетка с параметрами автокорректировки и расстояниями до точек маркеров пространственного ориентирования.

Короче, все понятно, что без базы «Стрелок» я из этого, не совсем простого агрегата смогу попасть прицельно разве что в себя, и то не факт.

Снова осмотрел себя в зеркало — орел, да и только, хоть сразу на войну.

Ну что же, действуя по принципу, порадовались одному, будем радоваться другому, начал вскрывать все остальные упаковки. Хватило меня на час.

Разложил все, как мог аккуратнее, по местам, контейнер еле закрылся. Улегся на выступающую прямо из стены койку, закрыл глаза и приступил к изучению первого уровня базы «Пилотирование и обслуживание малого корабля». Изначально я хотел изучить базу «Юрист», которая теперь стояла на втором месте в списке, но решил сделать приоритет на основной потенциальной специальности. Третье место делили «Боец» со «Стрелком», причем обе базы целиком, а не до какого-то отдельно взятого уровня, необходимость изучения которых мгновенно всплыла у меня в голове сразу, как только я синекожего «стюарда» увидел.

Не могу сказать, что обучение мне чем-то запомнилось, скорее никак не запомнилось, кроме легких толчков слабой боли в висках. Первый уровень я освоил меньше чем за час. Встал, прошел в санузел, по пути осознал, что весь первый уровень это скорее большой классификатор, где собран огромный объем различной общей информации, дающей достаточно целостное представление о том, что же такое сам «малый корабль», как его следует использовать, включая даже некоторые тактические схемы и общие способы и приемы управления им. Короче, очень объемный вводный курс с огромным количеством нюансов и указаний на возможные варианты использования и проблемы во время этого самого использования всплывающие, но без конкретных способов их решения.

Сверился с сетью и, убедившись, что до времени обеда по корабельному времени осталось не менее пяти часов, вытащил из кармана куртки предусмотрительно захваченную из госпиталя плитку пищевого концентрата, машинально сжевал ее, запил водой и улегся на койку с острым желанием изучить второй уровень базы. Вообще прикольное это дело учиться почти во сне, потому что то, что в это время с организмом происходит, ни сном, ни бодрствованием назвать нельзя.

Пришел в себя я от пронзительной боли в голове и вызова по внутреннему коммутатору корабля.

— Господин Фил, — говорила Лиина, — простите, если разбудила, но напоминаю, что обед будет накрыт в кают-компании через пятнадцать минут.

— Сп… Спасибо, — пробормотал я, сваливаясь на пол, усердно массируя виски и пытаясь привести в норму расфокусировавшееся зрение. Четкого осознания прибавления в голове каких-либо знаний не ощущалось, мелькали смутные образы и какие-то нелепые осознания элементарных вещей.

Минуты три так и сидел на полу, приводя в порядок свои разбитые потоком концентрированной информации мысли. Теперь мне стали очевидны те системные ошибки, которые я раз за разом при пилотировании тренажера совершал. Осознание нахлынуло волной, равномерно по всем пунктам. Достаточно мягко, но неотвратимо. И головная боль сразу прошла.

Я поднялся, сверился с внутренним хронометром, по всему выходило, что на освоение второго уровня базы «Пилотирование и обслуживание малого корабля» мне понадобилось чуть более четырех часов. Черт, а ведь если приблизительно оценить объем освоенных знаний, то он не меньше двух, а то и трех курсов обычных образовательных заведений. Интересно, сколько бы я дома времени потратил, чтобы все эти свои купленные базы традиционным, земным способом изучать начал? Всю жизнь или большую ее часть?

Плюнув на грустные мысли, открыл дистанционным приказом дверь и отправился в кают-компанию отведывать местные кулинарные изыски. Если следовать логике, то объем всех последующих уровней вырастает в геометрической прогрессии, а следовательно, на следующий сеанс обучения мне понадобится никак не менее шестнадцати часов. Интересно, можно ли его разбить на серию небольших, скажем, по три или четыре часа? Порылся в памяти нейросети, а если быть точным, то просто вопрос правильно мысленно сформулировал. Оказывается, да, можно, но в таком случае срок обучения может непропорционально увеличиться, потому что в каждой базе данных существуют такие пласты, и совсем не маленькие кстати, которые надо заливать в подкорку сознания единым потоком без прерывания, и для успешного обучения необходимо рассчитать время сеансов соразмерно предстоящего к обучению пласта, а это дело сугубо индивидуальное и зависит от кучи факторов, вплоть до настроения обучаемого.

Намного проще делать таким образом, изучаешь какую-то конкретную часть столько, сколько надо, затем нейросеть тебя в адекватное внешнему миру состояние приводит, оцениваешь объем положительно усвоенных знаний и либо идешь заниматься своими делами, либо снова в транс погружаешься, новый пласт знаний подкоркой впитывать. Просто и со вкусом.

За такими размышлениями не заметил, как дошел до обеденного помещения или, как его громко здесь именовали, кают-компании. В принципе ничего особенного, зал с трехметровым потолком метров пятнадцать в длину и десять в ширину, вдоль стен установлены на вид удобные диваны непонятной конструкции, в поручни которых вмонтированы небольшие складные столики. Основной бар стоял посередине, на котором были выставлены различные закуски, в не очень, впрочем, большом количестве. Тарелки располагались там же, как и столовые приборы. Что тарелки, что приборы были универсальными, то есть глубокие одноразовые тарелки и такие же полуложки-полувилки. Что шло в некоторый резонанс с оформлением помещения, которое, несмотря на здравую долю аскетичности, обладало некой претензией на дешевую роскошь.

К тому, что блюда мне здесь незнакомы, я уже привык и поэтому положил себе немного, от трех или четырех, в разные тарелки, перенес их за несколько заходов на один из столиков и стоял, ломал голову над тем, как теперь залезть на диванчик половчее, чтобы ничего не смахнуть ненароком.

— Нужно его просто отодвинуть.

В кают-компанию вошла Лиина. Забавно, с местной сплошной автоматизацией я совершенно не подумал, что можно со столом руками управляться, все искал, как бы к нему подключиться.