Бубновая дама

Устав слоняться без дела, я вернулась в очередь и с печальной миной воззрилась на таких же скучающих ребят. Позади бабахнули двери, возвещая о прибытии еще нескольких «скучающих» или уверенных в себе старшекурсников.

— О, смотри, Липа, — уловила я краем уха знакомый голос и обернулась.

Дина подмигнула и свалила свои пожитки в конце очереди, а после направилась ко мне.

— Ты уже тут, — улыбнулась девушка, заправляя за ухо голубую прядь. — Давно?

— Давно, — призналась я и улыбнулась в ответ. — А где твой брат?

— А, — отмахнулась Дина, — уже ускакал на третий этаж. Еле уговорила составить мне компанию.

Двери кабинета распахнулись, выпуская очередного счастливчика, и тот налегке последовал к лестницам.

— А почему одни идут к одной лестнице, другие к другой? — спросил кто-то позади нас.

— Каждая лестница ведет на свой этаж, — отозвалась Дина. — Второй и третий — этажи мальчиков, поэтому все студенты — парни должны пользоваться только первой и второй лестницами. На четвертом и пятом этаже живут девушки. Для них, соответственно, третья и четвертая лестницы.

— А пятая? — спросил все тот же голос, и я разглядела невысокую хрупкую девушку с огромными темно — карими глазами.

— А это этаж отщепенцев, — хихикнул высокий паренек с длинной косой.

— Туда редко кого-то селят, — пожала плечами Дина.

— Брат говорил, что раньше там жил вампир, — опять хихикнул парень и пригладил прядь над виском. — А до этого, лет двадцать назад, целая стая оборотней.

— А оборотни чем плохи? — насупилась Дина. — Чаще всего они милые.

Студенты загалдели, а кто-то из девчонок громко фыркнул и заметил:

— Но кому же захочется жить рядом с псиной?

Дверь хлопнула, очередной первокурсник умчался знакомиться с выделенной ему комнатой, а из кабинета раздалось требовательное:

— Следующий!

Следующей была я. Подхватив вещи, выслушала приглушенные пожелания удачи и юркнула за дверь. Кабинет коменданта больше походил на какой-то древний офис — контору: стены подпирали многочисленные шкафы картотек вперемешку с мраморными бюстами, поломанными приборами и сваленными кое-как книгами. К столу пришлось пробираться по узкому проходу, высматривая его в свете настольной зеленой лампы. Шторы на окнах почему-то были занавешены.

— Так — так, кто тут у нас? — осведомился сидевший за столом мужчина и поднес к губам большую чашку. Даже стоя в паре метров от стола, я все равно уловила слишком едкий и плотный, как деготь, аромат кофе.

Стараясь не морщиться, я протянула коменданту свои документы и приглашение.

— Так — так, — сам себе пробормотал мужчина и вытащил из стопки рядом с собой большую тетрадь в кожаной обложке. — Так — так.

Переминаясь с ноги на ногу, я осторожно рассматривала мужчину, насколько это позволял тусклый свет. Комендант чем-то напоминал свой кабинет: такой же несуразный и странный. Выглядел мужчина не слишком высоким, но из-за телосложения казался длинным и вытянутым, как смычок скрипки: тонкие руки, длинный крючковатый нос на продолговатом лице, несоразмерно вытянутая шея.

— Так — так, — вновь пробормотал комендант и постучал по тетрадной странице карандашом. — Значит, Олимпиада Ремовна Лись, дочь Рема и Клары Лись.

— Да, — кивнула я.

— Помню их, помню, — хмыкнул мужчина и вновь постучал карандашиком. — Вот только…

— Что? — настороженная тоном коменданта, спросила я.

Мужчина встал, прошелся вдоль стола и, взяв в руки, перелистал еще одну тетрадь. Пауза затягивалась, и мне это совсем не нравилось. Ознакомившись с данными еще одной тетради, комендант вернулся на место, поправил каждую из неровных стопок книг, которые громоздились на его столе, и ответил:

— Как вы получили приглашение?

— А в чем дело? — не столько перепугалась, сколько разозлилась я.

— Вы не должны были его получить, — без всяких эмоций проинформировал мужчина. — В Академию пришло письменное заявление вашего опекуна с отказом. Приглашение в этом году даже не готовили.

Я ошарашено уставилась на коменданта, осмысливая его слова.

«Как это?»

— Но вот приглашение, — сам себе сказал мужчина и постучал письмом по тетрадке, — и оно оформлено по всем правилам и явно не подделка.

— Скорее всего… это какая-то путаница, — нервно улыбнулась я. — Моя бабушка не хотела, чтобы я шла учиться, но я намерена закончить Академию.

— Возможно — возможно, — не стал спорить комендант, — но есть одна деталь…

Я вновь напряглась, всем телом чувствуя неприятности. И те не заставили себя ждать.

— Вот тетрадь, — мужчина указал на стол перед собой, — в ней учтены все номера приглашений, отправленных студентам.

— И что? — Сжав ладони в кулаки, я вздохнула, велев себе не переживать раньше времени.

— А то, что у вашего пригласительного самый последний номер, видите? — комендант поднял письмо и указал на цифры внизу, рядом с подписями. — По традиции я расселяю студентов по расе, начиная с более ранних приглашений.

— И что с того? — удивилась я. — Если все дело в том, что мне надо подождать, то я подожду.

Я даже выдохнула, успокаиваясь.

«Если все дело в такой мелочи, то переживать не из-за чего», — мысленно подбодрила я себя.

— Я распределяю комнаты еще до начала заселения, — вздохнул комендант. — И… Видимо, я не заметил вашего имени.

Он помахал страничкой в тетради, чтобы я смогла увидеть свое имя одинокой строкой на обороте.

— И? — мысленно готовясь к самому худшему, я сглотнула.

— Свободной комнаты или места в комнате нет, — припечатал, как наковальней, комендант. — Весь четвертый и пятый этаж заполнены. В этом году у нас больше студентов, чем обычно.

Я прикусила губу, стараясь не нервничать. Мужчина, не зная о моих страданиях, задумчиво распахнул еще одну тетрадь и прочитал последнюю запись на развороте.

— Я не из города, — не в силах сдерживать слова, промямлила я и почти выронила из обессиливших рук вещи. — Снимать квартиру…

— Я не предлагаю такого варианта, — остановил меня комендант. — Просто… Единственный мой вариант для вас — шестой этаж.

Я открыла рот, пару секунд тупо пялилась на мужчину, пока перед глазами не поплыли желтоватые круги, а потом быстро кивнула.

— Согласны? — даже немного удивился комендант.

Я кивнула не столько из-за согласия, сколько по инерции — сейчас была готова на все, лишь бы не думать о поиске жилья.