Бубновая дама

Теперь и вампир уставился на меня, как на глупенькую девочку:

— Ты же прожила почти десять лет здесь.

— Ну, это давно было! — протянула я с таким видом, будто вампир поминает дела столетней давности.

— У вампиров отличная память, — поджал губы молодой человек, а после обреченно застонал и взъерошил идеально уложенные волосы. — Плохо… И что стало с домом не помнишь?

Я покачала головой и задумчиво склонила голову на бок, наблюдая за реакцией Гедымина. Вампир выглядел так, словно потерял последнюю зацепку.

— А что? — Раз уж в глазах вампира я давно преобразилась из обычной девушки в странноватую чудачку, — а какой еще может быть ведьма? — то подобный вопрос не сделает мой образ еще хуже.

— Возникло предположение, что какие-то материалы по делу твои родители могли хранить дома, — честно ответил вампир.

Мне с самого начала не верилось, что мама и папа притащили бы куда-либо сведенья о каком-то таинственном новом изобретении, поэтому я лишь неопределенно покивала и уставилась на стены общаги.

На уровне четвертого этажа инородно и забавно смотрелись шторы, полоскавшиеся в проемах трех окон: ярко — зеленые в крупные розовые бабочки и младенцев с крылышками. Похоже, кто-то из девушек прекрасно обжил отведенную комнату, создав в ней домашний уют.

— Я попробую узнать у бабушки, — не столько из-за природной доброты, сколько из-за куда более природного любопытства озвучила я неожиданную идею. — Домом после смерти родителей занималась она. Может бабушка даже назовет того, кому продала дом.

Вампир покивал, поддерживая эту идею, а после спросил:

— Обижаешься на меня?

Я ответила не сразу, обдумывая ответ. Гедымин выжидательно на меня посматривал, не торопя с ответом.

— Нет, — я решительно покачала головой. — Уж прости.

Вампир непонимающе нахмурился и уточнил:

— Ты о чем? За что просишь прощение?

Я вытянула ноги, сорвала спрятавшийся в траве цветочек, повертела его между пальцами и призналась:

— Мне не из-за чего обижаться, ведь хоть ты и симпатичный… Да и немного нахальный, а некоторым это нравится… Ну и не будем отрицать загадочность и, как следствие, притягательность образа… Но нет, мне не из-за чего обижаться, потому что ни влюбленности, на которую ты рассчитывал, ни даже намека на оную нет.

— Ни капельки? — хитро усмехнулся вампир.

Я покачала головой и захихикала:

— Не — а!

— Жа — а-аль! — вполне искренно протянул вампир и почесал переносицу. — Но, раз так… Не составишь мне компанию завтра?

— Компанию? — переспросила я.

Гедымин кивнул и добавил:

— Просто небольшая дружеская прогулка.

— Дружеская? — удивилась я.

И в какой, интересно, момент мы стали друзьями?

— Ну… — вампир вновь почесал переносицу. — Просто прогулка.

Мне не очень понравился взгляд вампира, но я все равно согласилась, когда молодой человек пообещал мне мороженое и самый вкусный торт во всем городе. С меня же требовалась крошечная малость, которая только позабавила.

— Платье? — в третий раз переспросила я, рассматривая коленки. — Значит, платье. Ну и ну! Ладно!

Условившись о времени, мы расстались, я направила свои стопы обратно и в холле столкнулась с очень злой Диной. Подруга выловила меня в толпе студентов, возвращающихся с занятий, и прижала к стенке у лестницы на мой этаж, грозно сверкая глазами.

— И кто это у нас тут? — прошипела девушка. — Кто, а? Кто должен в постельке лежать и отдыхать?

— Я… — приседая, в попытке поднырнуть девушке под руку, пробормотала я, но пути отступления мне мгновенно отрезала возникшая Лисса.

Обе девушки обиженно сопели и, уперев руки в боки, нагнетали чувство вины.

— Уже иду, — попыталась убедить я их, но и тут никто мне не поверил.

До комнаты меня сопроводили под конвоем и заставили не только улечься под одеяло, но и выпить чашку чая. О разговоре с вампиром я упоминать не стала, объяснив свою отлучку визитом в первый корпус, к преподавателю Ардусу, ведь я так и не забрала свою сумку. Подруги погрозили мне свирепой расправой, если додумаюсь до чего-то еще в том же духе, и прилюдной поркой, если попытаюсь осуществить задуманное, так что пришлось послушно закрывать глаза и делать вид, что я поняла, раскаялась и уже сплю.

Как только девушки скрылись за дверью я, выждав еще с десяток минут для верности, вскочила и разыскала в стопке с тетрадями бабушкину. Не успела я развернуть тетрадку на чистой странице, как тут же появилась первая запись, вызвав у меня радостный вздох.

«Где ты пропадаешь?»

— Бабуль, я соскучилась! — искренне проныла я. Хотелось вернуться домой и обнять ведьму.

«Ого! — от надписи отчетливо разило удивлением. — Это тебя так учеба доконала?»

— Ага, — вздохнула я. — Нас тут на пары разбили, и я теперь в компании с магом… Он меня жутко бесит!

«Зовут как? — осведомилась Верия. — Может я его знаю?»

— Вредина Бок, — хмыкнула я едва слышно.

«Как?»

Судя по всему, магия, заложенная в тетрадке, шепот не воспринимала, как и все, что произносилось при закрытом артефакте. И то славно!

— Шишень Бок, — назвала я имя.

«Боки… — медленно написала бабушка. — Та еще семейка!»

Кто бы сомневался?!

«Но известная, родовитая и богатая», — охарактеризовала бабуля.

Хотелось заметить, что мне тоже хочется, чтобы про мою семью так говорили, но из перечисленного к Лисям можно было отнести лишь «известная». Ни родовитостью, ни богатством никто из моей родни никогда не отличался.

— Ладно, сейчас это не важно, — разгладив уголок страницы, отмахнулась я и задала куда более интересовавший меня вопрос: — Бабуль, ты говорила, что продала дом, где жили родители.

«Да», — моментально ответила родственница.

— А подробнее? — с нажимом спросила я.

«Да что там рассказывать? — отозвалась ведьма. — Я не хотела ни оставаться в Подлунном, ни оставлять там тебя, поэтому я все решила быстро. Нашелся покупатель. Кто-то из соседей…»

— А имя? — уже решив для себя, что бабушка опять что-то утаивает, сделала я последнюю попытку.

«Десять лет прошло, Олимпиада, разве я могу помнить?»

Я хмыкнула, с прищуром рассматривая страницы тетрадки, но ответы там возникать не желали.

* * *

Утро субботы ознаменовалось завтраком и рассказом подругам о приглашении Гедымина. О содеянном я пожалела моментально, заметив радостный блеск в глазах Лиссы. Девушки взяли меня в оборот, рассудив, — без моего участия — что сама я с подготовкой не справлюсь. Даже раздобыли где-то платье. Рассматривая чуть потертые тесемки корсета, я решила, что до меня наряд уже не раз использовался, причем не совсем для той цели, на которую рассчитывали Дина и Мелисса. Стоило подругам запихнуть меня в эти тиски, и я убедилась, что снабженное тугим корсетом платье служило не для красоты, а для пыток.