Будешь моей!

— Мам, а как ты поняла, что папа тот самый? Ты сомневалась? Как можно знать заранее, что ты делаешь правильный выбор? Что ты не пожалеешь о нем никогда? — завалила я маму вопросами, едва услышала голос в трубке.

— Когда твой папа сделал мне предложение, я очень долго сомневалась. Так долго, что едва не потеряла его. Но потом поняла, что нужно думать не о том, что ждет меня с ним, а о том, какая жизнь у меня будет без него. И всё сразу встало на свои места.

У мамы просто волшебный голос, она еще минут пять болтала, делясь со мной своими переживаниями в тот момент, когда думала, что папа уехал навсегда. Сколько я себя помню, её голос успокаивал меня как лошадиная доза транквилизатора.

После разговора с мамой я ещё очень долго сидела на кровати, глядя на беспорядок в комнате, который я создала, собирая все свои вещи. Опустив взгляд на зажатый смартфон в руках, увидела ответ на мое сообщение от Койота:

«Я пожарю для тебя сосиски».

Ах ты ж хитрая морда! Ещё и картинку сосисок на гриле прицепил к сообщению. Будь у моего желудка доступ к интернету, он бы уже покупал билет. Может, Мирон и не способен рассыпаться в комплиментах добровольно, но зато он всегда меня смешит. Даже самые красивые слова о любви могут надоесть со временем, если их повторяют часто, а приколы Койота мне нравятся. И это жирный плюс в пользу Мирона. С его уравновешенностью дикие скандалы нам не грозят, а веселые перебранки добавят красок в семейную жизнь.

Меня провожали всем студенческим табором. И много было сказано слов, дано обещаний поддерживать связь, но все равно мое сердце разрывалось от понимания, как я буду скучать по друзьям.

— Аристова! Плати за перевес! Мы тебе ещё багаж принесли! — дурачились парни, замотав Кевина в пленку для чемоданов и закинув его на транспортную ленту.

— Будем на связи, Детка! Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, звони в любое время! — обнял меня лучший парень универа.

— Еще много раз увидимся! — заверила я друзей. — Мы все будем работать в разных сферах, но все мы будем встречаться на международных конференциях.

А это, кстати, мысль! Все эти ребята вскоре займут кресла в разных компаниях, и эти связи мне пригодятся! Раз деду не придется раскошеливаться мне на дом в Санта-Круз, я как истинная мажорка попрошу помочь мне создать собственную маркетинговую компанию!

В аэропорту Шереметьево меня встречала тоже толпа. И родители, и Андрей со своей новой практиканткой Викой. Койота я не ждала, уже привыкшая, что он не любитель встреч и проводов, но все равно искала его глазами. Поэтому увидела на улице суперкар Мирона еще до того, как вышла из стеклянных дверей. И его самого тоже.

Он стоял у капота, как обычно упершись в него задом и вытянув ноги, только в этот раз на капоте стояла огромная корзина орхидей. Если бы не вырвавшийся восторженный писк, в моей груди бы точно сердце лопнуло от счастья. Рон оторвал зад от машины и едва успел распахнуть объятья, прежде чем я в него врезалась со всего разбега.

Мой! Запах его лесной мой, губы эти, нагло целующие меня при всех, мои, и руки, прижимающие меня к выточенному из скалы Койоту, тоже мои!

— Котенок, у меня для тебя есть сюрприз. Придешь ко мне вечером? — приоткрыв глаза, спросил Мирон, выпуская меня из рук и с неохотой провожая до машины папы.

— Что мне надеть? — уточнила я, с этим хамелеоном не знаешь чего ждать. Клад повезет искать или в клубе потискать.

— Ленточки, — хмыкнул Мирон.

В предвкушении свидания я практически не слушала разговоров родителей и Андрея, обсуждавших предстоящую свадьбу брата, но, естественно, загрустила, услышав как романтично он сделал ей предложение. Конечно, не всем девушкам делают предложение как-то особенно, но мне всегда очень хотелось, чтобы в моей жизни было что-нибудь такое.

Спустившись в гараж, я с удивлением обнаружила, что мой «Вейрон» не покрылся пылью, а стоит, блестит намытыми боками.

— Прокатишь меня до Воробьевых? Хочу окунуться в атмосферу бурной молодости! — присоединился ко мне папа в гараже.

— Водительское и ключи, — с готовностью протянула я руку.

— Когда в моей башке был ветер, как сейчас в твоей, я часто участвовал там в заездах стритрейсеров, — болтал папа по дороге. — Самые масштабные были, когда сотни машин гнали по кольцу. Толпы грид-герлз в коротких юбках и кожаных топах на замочке выводили гонщиков на старт и махали флажками, расстегивая молнию, тем самым байтили пацанов.

— Что делали? — переспросила я, снова запаниковав, что не только словечки Мирона мне надо гуглить, а и папу я не понимаю.

— Забайтить это значит спровоцировать на какое-то действие намеренно. Парни пялились на сиськи, а дружки или подружки грид-герлз получали фору.

На смотре сегодня толпа народу, но я не хотела задерживаться надолго, планируя навести красоту перед свиданием у Койота.

— О, не хватает одной тачки на заезд! Выруливай, дочь! Буду твоим вторым пилотом! — обрадовался папа, открывая окно и подзывая парня, чтобы вписаться в заезд.

Я определенно папина дочка. Достаточно одного взгляда на Максима Аристова, чтобы понять, от кого у меня эта страсть к гонкам.

На старте было около десяти машин, в основном в ярких полосках и наклейках, и еще три машины, наглухо тонированных, как «Бэтмобили».

— Покажем этим черепахам, кто тут папочка! — с зашкаливающим адреналином в глазах заявил папа.

Мы много раз гоняли с папой в Италии, и я всегда с тоской вспоминала эти моменты, когда мы были с ним на одной волне. Как же круто ощутить это снова!

— Я тебя обожаю! — от переизбытка эмоций повисла я на шее у папы.

— Права была твоя прабабушка. Ты для меня и небо и солнце, дочь, — погладил меня по щеке папа с таким видом, будто я уезжаю и мы опять не скоро увидимся.

Списав его грустинку на то, что он скучает по своей бабушке, я устроилась удобнее, готовясь получить максимум кайфа от гонки.

Едва грид-гёрл дала отмашку, машины рванули с мест, оставляя за собой дымящийся асфальт. Конечно, мне безумно хотелось, чтобы мы пришли к финишу первыми. Соперники оказались не из легких, мы неслись по кольцу на бешеной скорости, и в какой-то момент мне даже стало страшно. Но папа спокойно и уверенно мне подсказывал, успевая при этом еще и ерничать, что-то выкрикивая в окно соперникам.

Когда мы вышли на финишную прямую, я уже пищала от восторга на всю округу. Шквал эмоций! Просто смертельный ураган! Сжав руль в руках, я отсчитывала уже последние секунды, когда неожиданно в уши ворвался молниеносный звук обгоняющего нас «Бэтмобиля». Просто «вжик» и все! Он уже впереди нас, а затем еще один «вжик» и третий тоже. За какую-то долю секунды наши соперники заняли все три полосы. Выстроившись перед нами в ровную шеренгу, они начали сбрасывать скорость прямо перед самым финишем.