Будни феодала

Деревенька, где по словам ведущего, стреляли, тоже присутствует. На расстоянии прямой видимости. Три или четыре старинные «шевченковские» хаты-мазанки под соломенными крышами. Может, их там и больше, но за облитыми цветом вишнями других зданий пока не видно.

Сам стою на хорошо утоптанной грунтовке, перекрытой забором из жердей, типа изгородь. Попытка сойти с дороги успеха не имела. Ногами я перебирал, но при этом оставался на месте, словно шел против движения ленты эскалатора. Понятно.

Вернее, нифига не понятно. Но если отнестись всерьез к тому что я, каким-то образом реально оказался в игровом мире, то кое-что проясняется. Тут свои правила и ограничения. В частности — я, похоже, не имею права сходить с дороги. Будем надеяться, ограничения временные, потому что линейность трамвая, меня совершенно не греет. Я такие игрушки сносил с компа сразу. Ну, а пока, разберемся с преградой.

Подошел ближе и попытался перелезть через изгородь. Тоже не получилось. Зато в голове зазвучал уже привычный голос.

— Некоторые препятствия можно уничтожать. Выберите способ.

Ясно, введение, оно же «обучаловка».

Вариантов уничтожения не так много. Ну, не мечом же ее рубить. Изгородь выдержала ровно три пинка, после чего рухнула с громким треском, обдав меня щепками и трухой.

И как только путь освободился, примерно метрах в двадцати, прямо по дороге, из-за кустов сирени выскочил какой-то полуголый и полоумный — и побежал в мою сторону, размахивая над головой толстой палкой, с кое-как обрубленными сучьями.

— Враг… — как будто я сам не смог бы догадаться, услужливо подсказал голос.

Понятно. Кто к нам с мечом, тому мы в орало…

Шпага удобно легла в ладонь, и я встретил мужичка длинным выпадом на предельной дистанции. Укол в расхристанную грудь остановил его и заставил задуматься. Второй выпад, в живот, мужичку понравился еще меньше. Он даже руку с дубьем опустил. Вот и ладушки. А теперь так… я сменил тактику и рубанул противника наискось по шее. Мужичонка грустно вздохнул и улегся ничком на траву.

— Поздравляем. Вами повержен первый противник. Награда +1 к опыту.

Фига себе, это ж сколько старушек придется зарубить, чтобы второй левел поднять? У них персов хватит? А то получится, как в анекдоте про конкурс лесорубов. На котором первое место занял древний старик, житель Сахары. Ответивший на вопрос журналистов, — о том где он в пустыне так наловчился махать топором, — «Да, сынки, таперича тама пустыня».

Обыскивать покойника не имело смысла. В сравнении с ним любой бомж мог считаться Крезом. М-да, от такой жизни и я бы на каждого прохожего стал кидаться. Или он меня с теми, что стрельбу затеяли, спутал?

Кстати, где они? Не пора ли на сцену? Зря я вояж свой прерывал что ли?

Неизвестные личности разбойничьей наружности тут же и объявились, вынырнув из-за угла ближайшей хаты. В количестве трех штук.

Ого! А штуки не хилые. Не чета убиенному бомжу. Эти мне явно не по зубам. В кольчугах с зерцалом, шишаках с бармицей* (*тип шлема). Но это еще ладно, чем больше железа на бойце, тем медленнее он двигается. Хуже другое. Одной рукой вояки сжимают сабли, а другой… нет, не парные кинжалы, что тоже не сахар, а — пистоли. То есть, аллес капут! Я к ним даже приблизиться на дистанцию укола не смогу. В три ствола они из меня такую скворечницу сделают, что индюков заселять можно. А если в пистолях не пули, а картечь — то дуршлаг.

— Эй, сударь! Идите скорее к нам! — неожиданно взмахнул рукой со шпагой один из троицы. — Я вижу, вы приличный человек и случайно оказались в этой местности.

Интересно, и из чего сие следует? У меня что на лбу написано «приличный человек». В эти века, помнится, если и писали что на морде лица, то каленым железом и совсем противоположного значения. Впрочем, если незнакомцы… нет, не так… Если хорошо вооруженные незнакомцы желают считать меня достойным компании, с ходу возражать не стоит.

Не делая двусмысленных движений и приклеив на фейс дружелюбную улыбку, я подошел ближе.

— Деревня просто кишит бандитами… — жизнерадостно сообщил все тот же воин.

Еще одна новость. И где ж они кишат и роятся между всеми этими тремя хатами? Отставить… Картина местности изменилась. Мазанок заметно прибавилось. Штук десять еще прорисовалось сквозь заросли вишняка. И даже больше того — деревенька буквально на глазах приобрела статус села. Поскольку позади хат, сквозь туман проклюнулась увенчанная старинным православным крестом маковка церкви.

А уже из нее, в смысле — церкви, как звери из рукавики, полезли бандиты. Мародерствовали или грехи замаливали, в предчувствии скорой кончины? Не суть… Лихие люди местного разлива выглядели как родные братья того бедолаги, которым я открыл свое личное кладбище в этом мире. Растрепанные бороды, обноски и дубье. Так что, невзирая на многочисленное преимущество, ни фига им не светит.

Троица доспешных воинов вошла в толпу, как горячий нож в масло. Значит, если я тоже хочу кое-какой опыт приобрести, следует поторопиться. Надолго этих гопников не хватит.

Сказано-сделано… Завопив «Банзай», я достал шпагу и пристроился в кильватере новых знакомцев. Там ткнул острием шпаги через плечо, того рубанул, пока он примерялся, как половчее огреть по шлеме воина. Сам получил по спине не хило… Но и не смертельно. Кафтан каким-то образом удар смягчил.

Ну и я не поскупился на ответ…

«Ваш опыт увеличился на 3 очка», — объявил мой личный секретарь. Видимо, подведя общий итог сражения. Поскольку на ногах остались только мои знакомые и я. Толпа недоразвитых и недокормленных лиходеев живописно валялась на площади, не подавая признаков жизни.

— Спасибо за помощь, незнакомец, — галантно произнес один из воинов. От остальных витязей, кстати, весьма молодых парней, его отличала мягкая вьющаяся бородка и такие же русые усы. — Без вас мы бы не справились.

— Думаю, вы сильно преувеличиваете, сударь, — я тоже могу быть учтив. Особенно, когда правда и бесплатно. — Вы могли разогнать весь этот сброд нагайками, даже не запылив сапог.

— О, учтивость достойная похвалы, — неизвестно чему обрадовался бородач. — Разрешите представиться. Данила Вяземский. Сын боярский со товарищи. С кем имею честь?