Бука
Шрифт:
— Научу, если сумею сделать. Ты Семён, такой придумщик стал… — но посмотрела Наталья не на парня, а на его подругу. Та только скромно улыбнулась.
Глава 11
Опять криминал
В этот день руководство завода пригласило на совещание директора и главбуха маленького «ООО МеталлоСнаб». То есть в офисе остались только брат и сестра Золотарёвы, да Сёма Букацинский. Заказы на первый месяц начинающегося девяносто четвёртого года были уже приняты, и исполнение их утрясено с производственными подразделениями. Договоры оформлены — Сёма очередной раз перепроверял
— Я тут вот о чем хотел бы вас поспрашивать, — Семён зашёл немного издалека. — Мы недурственно продвинули дела с загрузкой заводских мощностей, но криминал в городе совсем распоясался. А ведь по тем возможностям, что достались нам, считай, даром, мы и в этом направлении могли бы помочь.
— Ты что, Сёмка? Собрался патрулировать улицы и шарашить по нарушителям файерболами? — покосился на товарища Сеня. — Так на это милиция есть. Не наша это забота. Знаешь, пусть каждый делает своё дело. Тогда и порядок будет.
Аня же ничего не сказала, а только щелкнула замком папки, поставила её на стеллаж, взяла другую и продолжила работать.
Короче, этих ребят на рискованное дело не своротить, да и лишних хлопот они категорически не желают. Вот совсем другое дело Наталья — нет в ней этого рассудительного равнодушия. Да и Оленька, хоть и ни в малейшей степени не наделена чудесными инопланетными качествами, а переживает за всех. За весь их городишко.
— Сёма! Что делать? Анну похитили и требуют выкупа миллион долларов! — Арсений примчался в школу и ворвался в класс прямо посреди урока. Собственно, само занятие на этом и завершилось, потому что не только ученики, но и учительница пришли в возбуждённое состояние.
Воспользовавшись шумом и неразберихой, Сёма вышел в коридор. Оля, Наталья и Сеня помчались следом.
— Ты на чем так быстро добрался? — по дороге спросила неугомонная Ольга.
— На папиной машине. Ему сейчас не до неё.
Семён же, тем временем, взялся за перила лестницы, ведущей на первый этаж, и проскользнул в сознание похищенной девушки. На голове вонючий мешок, руки к чему-то привязаны. Похоже, что к подлокотникам кресла. Вокруг тихо — даже чужого дыхания не слышно. Некоторое время потратил на попытки сориентироваться, но ничего из них не получилось. Сама Анна находилась в сознании, но была растеряна и испугана.
Вот было бы здорово с нею договориться. Интересно, способна ли она его слышать, как Наталья?
— Ань, это Сёма, — попытался он подумать, как можно яснее.
В ответ девушка только невнятно замычала — точно, ей же рот заклеили пластырем.
Попробовал действовать её рукой — сопротивляется. Вот же какая упрямая! А ведь тот наркоторговец, через руки которого буквально на днях преобразовывал героин в известь, и не думал противиться. Хотя, он и не заставлял его выполнять никаких движений — просто давал через ладони нужные посылы.
— Сёма! Это Аня, — вдруг мяукнуло в его голове. — Ты сейчас что, ко мне в мозги забрался?
— Да, ты посиди пока в моей черепушке, а своё тело постарайся не контролировать.
— Ладно. А чего ты задумал?
— Освободиться, вот чего. А теперь — брысь под лавку и нишкни.
А дальше всё было
просто — развеял в прах путы, связывавшие руки, снял с головы пыльный тряпичный мешок. Тесная комната с запертой дверью. Окна нет — свет пробивается только в щель над самым полом. Охранников тоже нет, по крайней мере, здесь.«Эх, развернись рука, раззудись плечо!» Ударил пяткой в хлипкую фанерную дверь, но та лишь содрогнулась. А на ногах красивые девчачьи башмачки на изящной танкетке — какие же маленькие у девушек ножки!
— Я вот тебя сейчас… донесся из-за двери убедительный такой голос.
— Так заходи, померяемся, — откликнулся Сёма неубедительным, можно сказать, писклявым девчачьим дискантом Анечки.
Дверь щёлкнула запором и отворилась. Прежде, чем стоящий за ней мужик успел что-либо предпринять, Сёма слабой девичьей ладошкой врезал в кадык. Имеется ввиду пяткой ладони — это, если ткнуть прямо, отогнув пальцы вверх. И, да… врезала, или врезал — это он сейчас плохо различал — мальчик он, или девочка. Короче, первый охранник рухнул, зато второй успел выстрелить. Да, их было двое.
Но пулю Сёма рефлекторно рассыпал в песок. Или он сейчас был Аней? А от второй отклонился, уйдя вправо. Наткнулся на стенку, растерялся и получил касательное ранение сквозь левую грудь.
Касательное относительно рёбер, но груди стало так больно, что оставшаяся часть событий уже… опять лакуна в памяти… то есть не совсем лакуна, а сплошное мельтешение. Короче, всем, кто оказался вокруг, просто отключил сердца. Выскочил из здания, рефлекторно озираясь, прыгнул в стоящую неподалеку машину, завёл её волевым усилием, даже не вспомнив, что для этого требуется ключ.
Пришел в себя, разминувшись со вторым встречным. Развернулся на почти пустой дороге и погнал домой, в Колупаевск. К родной Первой школе. Почему туда? А фиг его знает, товарищ майор. Погнала нелёгкая. И очень болела левая титька.
Хвала Наташке! До самой школы доехать его просто не пустили. Ребята стояли на перекрёстке и так махали руками, что невольно пришлось остановиться. Да, он их всех узнал, но уже после того, как вдавил педаль тормоза в самый пол.
За руль прыгнула Ольга, рыкнув на Арсения, чтобы тот сел рядом. Остальным досталось заднее сиденье.
Рядом справа увидел свои собственные встревоженные глаза. Слева Натка скользнула рукой к нему… или к ней за пазуху.
— Не торопи. У Сёмки шок, — а вот Наталья, как всегда, молодцом.
— Вы там что? Анька, как ты вырвалась? — голос Арсения. Права была Анна — редкостный тупица.
— Заткнись, — а это Оленька. Она, как всегда вовремя и по делу.
Титьку защипало, сплюснуло и отпустило.
— Ань! Сначала возвращайся ты в себя. А я потом, — Сёма сам не понял, голосом он это сказал, или передал мыслями.
— Ну, ты и задница! — а вот это точно мыслями. Анька вернулась к себе в голову и попрекает Сёму.
— Я знаю, что не совершенен, — хмыкнул Семён уже своим голосом из собственного тела.
— Ты бы только знал, насколько, — продолжила Ольга из-за руля.
Впереди замелькала полосатая ложка ГАИшника.
— Вправо, в переулок, — скомандовал Сёма. — И не жалей подвески — машина-то угнанная.
— Ага, — согласилась Наталья. — А у парней мотор заведётся только завтра. Незачем им по этим переулкам за нами гоняться.