Бумеранг
Шрифт:
– Тогда почему ты ещё здесь? Вали! О готовности сбросишь мне на трубу.
Помощника словно сквозняком выдуло. А Стас почувствовал неимоверное облегчение. Да, именно так расплачиваются за наглость - наглючим беспределом. И никак иначе! Но душевное состояние несколько омрачало чисто физическое - голод. Не прислушаться к органу, взывающему к помощи, было бы просто кощунственно. Прислушался и газанул прямиком к ресторану "Золотое Руно", в котором имел обыкновение быть частым гостем.
– Рад приветствовать!
– Хозяин заведения, пожилой еврей с вываливающимся из-под жилетки пивным брюхом, двойным подбородком и насаленной прической вроде бы по-дружески, но в то же самое время с опаской похлопал бандита по плечу. Что кушать будем?
– Давай на своё усмотрение.
–
– И пошустрее. Жрать хочется, едва копыта не отбрыкиваю.
Абрам Антонович не заставил себя долго ждать. На спецсервированном столике для очень уважаемых гостей в мгновение ока появился наваристый борщ, цыплёнок табака и много чего вкусного. Яства вкупе с парой кружек отличного немецкого пива внесли умиротворение в бунтующий желудок бригадира. Расплатившись, Громов вышел из ресторана, поёжился от пронизывающего ветра и промозглой измороси и, втянув голову в воротник куртки, попрыгал через пузырящиеся лужи к припаркованной на стоянке "бэхе". Волна гнева едва не захлестнула его с самой головой, едва он по привычке вставил ключ в замочную скважину водительской дверцы. Мог бы этого и не делать, ибо машина была открыта. Точнее бомбанута неизвестными тати и, причём самым нехитрым способом с помощью стеклореза отверстие напротив "пимпочки" замка, двумя пальчиками потянули её вверх и... Милости просим!
Стас бухнулся за руль и осмотрелся. Конечно же, от магнитолы "Пионер" осталось только пустое гнездо с пучком разноцветных проводов, вделанный в панель подкассетник зиял пустыми ячейками, новомодный антирадар вырвали вместе с зеркалом заднего вида, очень навороченным, между прочим, с часами, термометром и прочими наворотами. Но Грома это беспокоило меньше всего. Больше... Он подсунул руки под водительское сидение, под которым всегда покоился его " Тотошка". Интуиция не ошиблась и в этот раз. Тайник пустовал. Для верности оползал на карачках весь салон "бэхи", заглянул в каждую щёлочку. Хер не хочешь? Ушла волына вместе с опциями. Вдруг гнев сменился полной апатией. Желание сиесекундно поставить на уши всех наркоманов города, а в том, что это их рук дела не было никакого сомнения, вылетело следом за выпульнутым в окно окурком. Ну, вернёт он магнитолу, кассеты, антирадар с зеркалом, но за ствол, ясен перец, никто не подпишется. "Сам виноват, жмот, блях, грёбанный!
– костерил себя бригадир.
– На сигнализацию бабок пожалел! Вот теперь сиди и жди, откуда твой ствол пальнёт!" Успокаивать себя мыслью о полной стерильности оружия было, по меньшей мере, наивно. Время нынче другое.... Думать о плохом не хотелось. Больше - ни о чём вообще! А для достижения этой цели существует самый верный древний способ... "Бэха" притормозила у первого попавшегося по пути коммерческого киоска. Затарившись водярой, Стас вернулся домой уже только с одним желанием. Но прежде чем заправиться по самые, что говорится пробки, всё-таки созвонился с Чалым.
– Как там дело продвигается?
– без ощутимого интереса осведомился он.
– Всё чики-пуки!
– бойко рапортовал помощник - видно тоже дерябнул для храбрости.
– Пацанов подобрал. Вечерком к козлюке загуляем!
– Удачи. И не беспокой меня до завтрашнего полудня.
После этого звонка Гром наглухо отключил мобилу и с наслаждением откупорил первую бутылку.
Глава 2.
В дверь позвонили. Кроль, паренёк лет двадцати с лицом серо-земельного цвета, провалившимися глубоко в глазницы глазами, взирающими на мир безжизненным взглядом и фигурой узника фашистского концлагеря, прижался к "глазку". Замок незамедлительно отщёлкнулся.
– Проходи, - отстранился хозяин квартиры, пропуская внутрь гостя.
Гость, наркоман по кличке Рыжий - наставник и подельник Кроля не разуваясь, протопал на кухню. Кроль, заперев дверь, подался следом.
– Отработался?
– пододвигая подельнику стул, осведомился хозяин притона.
Рыжий с ответом не торопился. Вальяжно раскинув свои чресла на стуле, неспеша достал сигарету, долго прикуривал. И лишь после нескольких смачных затяжек лениво ответил:
– Да-а! И ещё как!
– Не томи, - задёргался Кроль.
–
Ломает?– ехидно осклабился Рыжий.
– А то не видишь.
– Кролевская физиономия перекосилась от театральной гримасы страдания.
– Есть?
– Базаришь, - гость выпустил в потолок тонкую струйку табачного дыма.
– Герыч?
– облизнул пересохшие и потрескавшиеся губы Кроль.
Вместо ответа на облезлый кухонный стол лёг целлофановый пакетик с белым порошком. Далее без слов. Заученными до автоматизма движениями каждый взбуторил себе дозу, потом также молча ширнули друг друга и...Полетели-воспарили высоко-высоко над Землею грешной...
Успешно преодолев первый опийный натиск, Рыжий всё-таки с трудом поднялся с полуразвалившегося дивана и вышел в прихожую. Вскоре вернулся с тускло поблескивающим в руке "тэтэшником". Растолкав дружка, наставил ствол точно по центру его лба. Только Кролю было глубоко начхать - он по-прежнему плотно "висел", конечно, игнорируя исходящую от Рыжего опасность. Шарики часто заходят за ролики в отравленном мозге наркомана. Счастье Кроля заключалось в том, что у вооруженного подельника их окончательно не переклинило. Рыжий отвёл пистолет немного в сторону и нажал на спусковой крючок. Мощный "Тульский Токарева" со страшным грохотом выплюнул остроконечную пулю, и она со скоростью 420 м\с с легкостью прошила диван в нескольких сантиметрах от виска Кроля, пробила плинтус и застряла в железобетонной плите перекрытия. Без пяти секунд труп вздрогнул и разлепил слипшиеся веки.
– Ты чё, сов-в-с-сем с-с к-кат-тушек с-съех-хал?
– заикаясь, выдавил он.
Рыжий широко улыбнулся и, спрятав пушку в задний карман потрепанных джинсов, разразился диким хохотом:
– Ха-ха! Го-го! Ха-гы! Чё, ха-ха, в штаны наложил!?
– Ты где это взял?
– немного оклемавшись, поинтересовался Кроль.
– Там где взял - его уже нет!
– отпарировал Рыжий.
– Ну, чё ты? Скажи где надыбил?
– противно заканючил его дружок.
– Отработал вместе с прибамбасами в тачке у ресторана, - наконец-то сдался Рыжий. И немного помолчав, гордо добавил: - Кру-у-тая телега!
Кроль вскочил с дивана и возбуждённо замаршировал по комнате.
– Да с этим...,- он остановился посередине с задранным к потолку указательным пальцем, потом медленно приставил его к своему виску и изрёк продолжение свое мысли: - Такие филки сделаем!
– Остынь, подельничек!
– Рыжего перекосило дьявольским оскалом.
– Подумать надо. Пораскидать.
– Надо, - безропотно согласился Кроль, ибо привык доверять более хитрому наставнику.
– А всё-таки ты урод, - после очередной дозы резюмировал о.
– Ты же меня завалить запросто мог.
– Мог,- легко согласился Рыжий.
– Но не завалил же. А знаешь почему?
– Не-а.
– Патронов жалко! Ха! Гы!
Глава 3.
Около восьми часов вечера на загородный пустырь начали съезжаться машины: юркие "восьмёрки", громоздкие на вид "БМВ", утончённые "Ауди", то там, то здесь мелькала заляпанная грязью "классика". Всего 12 автомобилей. В каждом по пять членов группировки, поднятых помощником Громова по боевой тревоге. Все, как один в коротких кожаных куртках и лыжных шапочках, натянутых на самые глаза. В бурую жижу пустыря опустилось 60 пар высоких армейских ботинок на толстой резиновой подошве.
По началу Чалый хотел ограничиться двумя десятками своих личных бойцов, но после второй бутылки водки изменил свои планы и подписал на дело практически всю боевую мощь бригады. Да! Это была самая настоящая вооружённая до зубов миниармия, готовая по первому зову приняться за привычную для себя работу: крушить и жечь всё, что попадется на её пути, выкручивать суставы и отбивать ливер и, если потребуется, шпиговать свинцом осмелившихся возразить.
Чалый с удовлетворением осмотрел бойцов, потом отозвал в сторону четверых: Тигра, Храпа, Плотника и Гошу - командиров боевых расчетов. Быстренько раскидав им суть задания, скрылся в чреве своего аватомобиля. Его личное присутствие совсем не обязательно. Командиры получили приказ и донесут его до своих подопечных. А о результатах он узнает немного позже.