Буран 2.0

Проклятые американские империалисты, наоборот, всегда исходили из того, что ресурсов на планете дефицит, а нехватка ресурсов всегда будет ограничивать рост производительности общественного труда и никогда не позволит создать рай на этой планете для всех. И если, что очевидно, невозможно устроить хорошую жизнь для всех, то почему бы не сделать это для отдельно взятой страны? И никто не сможет отрицать, что у них, у проклятых американских империалистов, это блестяще получилось. Какими средствами – другой вопрос. Ведь цель всегда оправдывает средства. Умело используя человеческую глупость, жадность, невежество, отсутствие гибкости и косность умов, а также окаменевшие догмы, можно чудеса творить. Что мы и видим.

Европу в двадцатом веке обескровили – а я сейчас повторяю общеизвестные истины – двумя мировыми войнами, десятком революций, гражданских войн и разными междоусобицами. И всякий раз Россия – а мы ведь говорим о России – велась на эту, как говорят в некоторых кругах, шнягу. Позволила ввергнуть себя во все мировые войны, допустила революции, а позднее, на излёте века, допустила новый, тотальный распад сложившегося общественного устройства, что бы о нём ни говорили – плохого или хорошего. И, как выясняется потом, всё и всегда – под чужую дудку. И сейчас, в пору очередного обострения отношений между нашими странами, как вы думаете, кто кого переиграет? На чьей стороне шансы? Под чью дудку пляшут россияне, и что изменилось в мозгах большинства россиян? По большому счёту, очень немного – почти ничего. Всё те же легкомыслие, шапкозакидательство, квасной патриотизм со стороны одних и непреодолимое желание продать страну за гамбургер и банку колы со стороны других. Одни жаждут твёрдой руки, не желают видеть очевидного и не хотят думать, другие смотрят на страну через кривое зеркало и не хотят ничего делать. Остальные, циничные и хитрые, предпочитают ловить рыбку в мутной воде. И то, и другое, и третье явления (я не говорю «точка зрения», потому что точка зрения подразумевает работу мысли и стремления души, а в вышеописанном нет ни того, ни другого) отвратительны, хотя и в разной степени. И в том и другом случае есть нежелание или неспособность извлекать уроки из прошлого. Как будто эта, нынешняя, относительно спокойная и более-менее сытая жизнь не оплачена кровью предыдущих поколений, и не было тех десятков миллионов погибших за весь двадцатый век. А правительству как будто того и надо – вместо того чтобы – перефразируя классика – устранять разруху в сортирах, оно культивирует её в головах. Но об этом можно говорить бесконечно и приводить всё новые и новые примеры, что мы все, собственно, так любим делать. Но давайте попытаемся смотреть в корень. Учитывая, что возможности США больше примерно в 10 раз, и то, что ребята из американских правящих кругов уверенно настроены на победу или, по крайней мере, не хотят проигрывать без боя, прошу всех здесь присутствующих взглянуть реалистично на очень вероятный результат этой борьбы. И – всё-таки надо быть реалистами – этот вероятный результат, увы, не в пользу нашей страны. Но это взгляд узкий, сугубо прагматический. Так проще считать и делать прогнозы. Но, как я выше упоминал, совсем не единственный. И в истории немало случаев, когда объективные расчёты опрокидывались иррациональными факторами, которые невозможно прогнозировать. Последний крупный пример – Великая Отечественная война. И хотя по всем расчётам – как гитлеровским, так и заокеанским – у СССР не было шансов на победу, решающим фактором этой победы, как всем известно, стали не только и не столько ресурсы, танки и самолёты, сколько невероятный дух советского народа, проявившийся в связи с трагическими событиями тех лет. И заплатившего реками крови за эту победу. И если взглянуть правде в глаза, если на что и приходится надеяться, так это на духовный подъём в трудный для страны период. Но нельзя, или даже преступно, строить на этом расчёты.

И если подытожить: население планеты растёт в геометрической прогрессии, а оставшиеся на планете ресурсы небесконечны. В связи с этим конфликты среди мировых правящих кругов будут усиливаться. Мы в преддверии невиданного кризиса планетарного масштаба. При этом России принадлежат четверть мировых запасов всех ресурсов и седьмая часть суши. Многие это считают несправедливым. Особенно если учесть, что население России – всего два процента от мирового. С почти полной уверенностью можно говорить, что давление на Россию будет только возрастать по всем направлениям. И учитывая всё вышесказанное, для того, чтобы просто выжить, очень велика вероятность того, что России опять придётся умыться кровью. И одними военными приготовлениями ситуацию спасти будет невозможно. Вспомните Советский Союз: он имел всё мыслимое и немыслимое оружие, гигантскую армию. И что – это спасло его от смерти? Считается, что нужно развивать экономику, и отчасти это верно. Но какую и как? Если американского образца, то это неизбежно ведёт к кризисам и не дай бог к войнам, что не раз было доказано, а если сталинскую – то к лагерям и репрессиям. Поиски «золотой середины» приводят к установлению шаткого равновесия, готового в любой момент рухнуть, и к деградации населения, теряющего цели существования и зачастую закрывающего глаза на многие нарушения закона ради сохранения своего status quo и поддержания зыбкого комфорта…

9.

Два человека, один из которых был в белом халате, молча наблюдали за бесчувственным телом. Тело принадлежало крепкому темнокожему мужчине в белой форменной рубашке и с пустой кобурой на поясе, посаженному на стул с руками, заведёнными за спину и схваченными там полицейскими браслетами. Тело безмолвствовало и лишь только издало чуть слышимый стон, как тот, что в белом халате, привстал с кресла и поднял за подбородок голову арестованного. Убедился, что взгляд того начинает принимать осмысленное выражение, и сухо произнёс не оглядываясь:

– Он приходит в себя… остальных зовите.

Второй, в невзрачно-тёмном костюме, повторил эти слова по рации. Минуту спустя в помещение с пуленепробиваемыми окошками под потолком вошли несколько седовласых и представительных мужчин.

– Ну что?

– Секунду. – Тот, что в белом халате, со шприцем наготове оглянулся на руководство и, получив кивком разрешение, стянул темнокожему здоровяку жгутом руку повыше локтя и внутривенно ввёл содержимое шприца. Мужчина судорожно вздохнул, медленно выдохнул и неожиданно резко поднял голову:

– Где я? – Он попробовал встать, но намертво прикрученный к полу стул и наручники смирили его порыв. Он обвёл взглядом окружающих:

– Что происходит?

Один из присутствующих, в котором арестованный узнал своего непосредственного начальника, спросил:

– Вы можете назвать своё имя и место работы?

– Ричард Джексон, служба охраны президента. Мистер Макларри, почему вы спрашиваете, я ведь работаю под вашим началом уже пятый год! Что, чёрт возьми, происходит?

Вместо ответа темнокожему охраннику снова был задан вопрос:

– Эти джентльмены – из отдела ФБР по спецрасследованиям. Можете ли вы нам объяснить причины своих действий?

– Каких действий, мистер Макларри? Я не понимаю.

– Мистер Джексон, вы хорошо себя чувствуете?

– Нормально, только голова болит очень, но сейчас уже проходит…

– Мистер Джексон, вы можете сказать, что вы делали последние полтора часа?

– А сейчас сколько времени?

– Сейчас одиннадцать тридцать семь.

Темнокожий охранник задумался:

– Ровно в девять я заступил на свой пост. Помните, мистер Макларри, мы ещё поприветствовали друг друга…

– Дальше, что было дальше?

– Обычная процедура сдачи-приёма смены с напарником, визуальный осмотр. Эти вечные туристы за забором да манифестанты с плакатом, потом… потом…

– Мистер Джексон, манифестанты были вчера, и то ближе к вечеру. Постарайтесь вспомнить, что было сегодня.

– Как вчера? Манифестанты были сегодня! Простите, сэр, но я никогда на память не жаловался.

– Ну хорошо, потом что?

– Потом… – Джексон долго молчал, вспоминая. – Потом я открыл глаза и увидел всех вас. Я что, потерял сознание на жаре?

Он снова поводил сильными руками, стиснутыми стальными браслетами. Дальнейший допрос стал проводить седовласый джентльмен в золотых очках, которого ни Джексон, ни Макларри раньше не видели.

– Значит, ровно в девять вы заступили на смену?

– Верно.

– Приём-сдача смены и прочие формальности – это примерно двадцать минут?

– Да, примерно так.

– Затем вы с напарником обсуждали вчерашний матч – вчера ведь был матч?

– Да, точно. Как вы узнали? Наши «Буйволам» накостыляли! Там ещё…

– Хорошо, с футболом понятно. Вернёмся к работе. Что происходило дальше?

– Дальше… Эти… как их… манифестанты. Подошёл мистер Макларри и попросил меня выйти на улицу к ротонде, чтобы пресечь возможное хулиганство или провокации.

Макларри вмешался:

– Ричи, это было вчера.

Джентльмен в очках дал знак ему помолчать.

– Мистер Джексон, что вы сделали дальше?

– Что сделал… я обычно всегда выполняю указания начальства, особенно на такой работе, как наша.

– Поточнее, мистер Джексон.

– Я вышел на крыльцо ротонды перед лужайкой и встал за колонной, чтобы наблюдать за манифестантами.

– Колонна круглая – с какой стороны колонны вы остановились? Вспоминайте, мистер Джексон, вы утверждали, что не жалуетесь на память.

– Ммм… справа.

– Почему?

– Потому что там тень – наблюдать удобнее, солнце не слепит. Мистер… не знаю, как к вам обращаться… почему я арестован, и в чём меня, в конце концов, обвиняют?

– Вы точно уверены, что справа?