Буря

Ещё посмотрев на стонущего во сне кузена, я растеряно сжала его руку.

Что ж тебе снится, Илорин?

Через пару часов приступ прошел, и вампир забылся тревожным сном. А я смогла вернуться к своим делам.

За день до этих событий...

Илорин

...За эту ночь я умудрился совершить сразу две ошибки, которые могли стать последними в моей жизни. Сначала я пренебрег советом кузины и вернулся в свой родной мир. А потом сдуру сунулся в общину. И чем я только думал?

Вампиры, которыми я, теоретически, должен был править, встретили меня с распростертыми объятиями. Причем в прямом смысле этого слова. Тогда я не знал, почему и низшие, и Старейшины так радуются моему возвращению. По глупости списав все на то, что им надоело жить без главы общины, я потерял бдительность и не заметил. Как один из вампиров подмешал мне в бокал с кровью сильнейшее в нашем мире снотворное. До возвращения я неделю не охотился и притупившийся нюх не уловил посторонний запах, а жажда не дала сосредоточиться на своих ощущениях. А потом стало поздно. И высший вампир как полный идиот попал в тщательно расставленную ловушку старых интриганов. Мною они откупились от инквизиторов, готовящих облаву на логово вампиров.

Меня неделю держали в какой-то вонючей камере, приковав к стене серебряными цепями. Если бы я нормально поохотился перед возвращением, смог бы выбраться и цепи мне не помешали б. А так ослабленный голоданием организм не мог справиться с обжигающим металлом. Если бы не крысы, в обилии водившиеся в этой тюрьме, я бы скончался ещё в первые дни заключения. Но я выжил. К несчастью для тех вампиров, которые посмели предать главу общины.

А потом, когда инквизиторы поняли, что мерзкая тварь в моем лице не собирается умирать своей смертью, меня решили казнить на главной площади города.

– Братья!
– вещал стоявший передо мной мужчина в черной рясе священника, потрясая зажатым в руке горящим факелом, - Сегодня мы очистим наш мир от ещё одной мерзкой твари, посмевшей ступить на нашу землю! Сегодня жизни наших собратьев, которых погубила эта тварь, будут отомщены и они наконец-то обретут вечный покой...

Толпа, собравшаяся на главной площади города, радостно взревела, подняв вверх горящие факелы. Громче всех старались Старейшины, благодаря которым я здесь и оказался.

Я сжал зубы, в очередной раз пытаясь порвать связывавшие мне руки веревки из тонких нитей какого-то растения, безжалостно обжигавшие запястья похлеще проклятого серебра. Осиновый столб, к которому меня привязали помощники священника, сжег спину даже сквозь одежду.

– Узрите, как бьется в предсмертной агонии богомерзкая тварь, - завопил у меня под ухом священник, заметив мои попытки освободиться, - Чует, что пришел его последний час...

Не дождетесь... Последний час сегодня наступит не для меня...

Ярость и жгучая ненависть к Старейшинам, когда-то предавшим моего отца, а теперь и меня, придавали сил.

Высшего вампира нужно убивать сразу. Одним ударом, чтобы он не успел придти в себя. Потому что не только крыса, загнанная в угол, может вцепиться в горло врагу. Загнанный вампир, которому уже нечего терять, опасен в сотни раз больше...

Веревка неохотно начала поддаваться...

Первыми неладное почуяли мои собратья. Бросая на меня обеспокоенные взгляды, Старейшины стали незаметно пробираться к краю площади. Зря только время теряете, это вам уже не поможет...

Последние нити разорвались, и я в полной тишине спокойно потер покрытые волдырями запястья. Неприглядное зрелище. Со спиной, наверное, сейчас те же проблемы...

Неспешно подойдя к священнику, я заглянул в его расширившиеся от ужаса зрачки бесцветных глаз и ощерился голодным оскалом:

– Чего ж ты замолчал, святоша? Или язык проглотил с перепугу?

Мужчина очнулся и, не раздумывая, попытался ткнуть свой факел мне в лицо. С легкостью увернувшись, я выбил деревяшку из его руки, сломав её в двух местах, и впился клыками в его шею.

Первыми очнулись вампиры, отдавшие меня на растерзание местной инквизиции. Они, не заботясь больше о конспирации, с невероятной для человека скоростью бросились прочь. Отбросив в сторону мертвое тело священника, я посмотрел в их сторону, чувствуя, как на щеке огнем вспыхнула метка. В то же мгновение из теней ближайших домов наперерез вампирам метнулись тени, на ходу принимавшие очертания огромных птиц с длинными острыми клювами и загнутыми когтями. Старейшины попытались сбить их небольшими черными шарами, но они прошли сквозь птиц, не причинив им ни малейшего вреда.

Немного посмотрев, как птицы с легкостью сминают и рвут на части древнейших вампиров нашей общины, я обернулся к толпе и бросился вперед. Жажда, терзавшая меня все эти дни, вспыхнула с новой силой, застилая глаза кровавым туманом бешенства.

Бесшумно скользя между пытавшимися убежать людьми, я упивался своей силой, впервые за сотни лет полностью отдавшись проклятию и собственноручно подписывая себе смертный приговор... терять мне все равно уже было нечего...

Справа мелькнула тень птицы, вцепившаяся в грудную клетку ближайшего человека и вспарывая её когтями. Где-то совсем рядом раздался звон колокола...

Я резко остановился, выпустив из рук полуживое тело какой-то женщины, и оглянулся по сторонам. Звон колокола шел с башни городской ратуши.

Оставив немногих оставшихся в живых людей на растерзание птицам, я расправил крылья и, оттолкнувшись от земли, взлетел на башню.

Невысокий парень с дрожавшими от страха руками со всех сил звонил в небольшой колокол, не обращая на меня ни малейшего внимания. За что и немедленно поплатился...

Через мгновение парень сломанной куклой рухнул на каменную мостовую, стеклянными глазами смотря на ночное небо...

Сложив за спиной крылья, я посмотрел на начавшую светлеть линию горизонта. Кровавая пелена, стоявшая у меня перед глазами, сползла. Опустив глаза, я равнодушно оглядел главную площадь города, в котором ещё пару часов назад меня хотели сжечь на костре. Живых людей не осталось, впрочем, как и вампиров, посмевших поднять руку на главу общины. Общины, которой уже не существует. Старейшины, усыпившие меня и сдавшие на руки извечным врагам-инквизиторам, мертвы. Низшие вампиры вряд ли переживут облаву охотников на нечисть, которые появятся в городе в самое ближайшее время..., а мне все равно осталось немного...

Визг кристалла связи, неожиданно раздавшегося в мертвой тишине города, отвлек меня от раздумий. Недоуменно вскинув брови, я достал кристалл и, отойдя в тень, ответил на вызов.

– Мне нужна ваша помощь, - в кристалле появилось обеспокоенное лицо моей кузины Алексы.
– Вы можете ко мне телепортироваться?

– Конечно, - кивнул я, бросив последний взгляд на светлеющее небо и телепортируясь в свою комнату в общине, - Давай координаты.

Собрав вещи, я вернулся на башню городской ратуши. Ещё пару мгновений посмотрел, как из-за горизонта медленно показывается солнце, и открыл телепорт.