Бутон страсти

Эта картина заставила ее вздрогнуть. Смешно. Многие женщины живут с мужчинами, которые их не любят. А бывает и хуже. Например, одиночество. Или открытие того, что люди, которым ты доверяла, обманывали тебя. Как Саймон и Роберт.

Мысли ее спутались. Она уже подъезжала к лесопильне. Рядом с основным зданием Кэбот, Джек и Хайрам загружали вагон. Четверка лошадей — три гнедые и одна пегая — стояла, готовая к отъезду.

Джек увидел Ли и помахал рукой. Кэбот и Хайрам обернулись и тоже поприветствовали ее. Она слезла с повозки, прихватила свою сумку и небольшую корзинку, в которую положила испеченный Мэдди хлеб, грушевый компот и сумочки для мамы и Амалии.

Налетел сильный порыв ветра, и Ли поспешила в контору, чтобы там подождать мужчин. Ей не терпелось поговорить с Джеком, но она понимала, что ей придется подождать, пока они не выедут из города.

Она поставила корзинку на стол Кэбота и, сняв перчатки, подошла поближе к теплой печке. Терпкий запах сосны наполнил комнату, залитую ярким утренним солнцем. Листы бумаги и несколько бухгалтерских книг лежали на столе у Кэбота. На самом краю примостились две толстые книги, и Ли нагнулась, чтобы прочитать названия: «Листья травы» Уолта Уитмена и «Избранное» Джона Донна.

Дверь широко распахнулась, и в комнату вошли Кэбот и Джек. Ли почувствовала, как холодным ветром подуло по ногам, и подошла к печке. Джек встал с ней рядом, а Кэбот, мельком взглянув на Ли, прошел к своему столу. Он подышал на озябшие руки и стал растирать их.

— Может быть, тебе лучше поехать в другой день. Думаю, Джек еще туда соберется. Фургон весь продувается, в нем будет холодно.

— Мне не будет холодно, я взяла с собой шарф. А потом, когда мы выедем из долины, будет не так ветрено. — Ли взглянула на его замерзшие щеки и подумала, действительно ли он заботится о ней. Ей хотелось спросить: «Почему ты не дотронешься до меня?»

Он грустно посмотрел на нее.

Ли вытащила из сумки шарф и обвязала его вокруг головы. Она подошла к его столу, чтобы взять свои перчатки, все время наблюдая за Кэботом, который смотрел на нее горящими от страсти глазами. Боясь споткнуться, она отвела взгляд и стала сосредоточенно надевать перчатки.

— Можем ехать, если ты готова. — Джек направился к двери, натягивая шляпу.

Ли подхватила корзинку и сумку и подумала, не стоит ли ей пригласить Кэбота поехать с ними, но не стала, так как, не была уверена, что он захочет снова увидеться с ее семьей. Кэбот помог ей залезть в фургон, поддерживал под локоть.

Стоя на ступеньке, он сказал ей на ухо:

— Смотри, чтобы голова была в тепле, на улице очень холодно.

Она почувствовала его запах, его дыхание на своей щеке и задрожала от возбуждения. Она хотела поцеловать его на прощание, но не осмелилась. То, что выглядело безобидным при свете дня, становилось опасным ночью. Она перевела взгляд на свои руки и стала ждать Джека.

Кэбот спрыгнул на землю, не убирая руки со спинки ее сиденья. Он смотрел на Ли, а обращался к Джеку:

— Будь осторожен.

— Ладно.

Джек тронул лошадей, и фургон медленно поехал. Кэбот помахал рукой, и Ли оглянулась на него.

— До свидания, увидимся вечером.

Лошади медленно тянули в гору — фургон был тяжело нагружен и еле-еле двигался. Ли решила подождать, пока они отъедут подальше, и только потом заговорить с Джеком о Роберте. Оглянувшись, она увидела, что Кэбот, Хайрам и Чанси, старший рабочий, до сих пор смотрят им вслед.

Когда они стали медленно переезжать очередной бугор у самой вершины крутого холма, фургон покачнулся и накренился.

Ли испуганно посмотрела на Джека. . — Посмотрю, что случилось. Может быть, что-то с колесом, — озабоченно сказал он, схватившись за ручку тормоза, а другой рукой натягивая вожжи. Резкий звук разорвал воздух. Фургон остановился. Сначала она подумала, что они остановились из-за тормозов, но лошади продолжали двигаться. В какую-то долю секунды, прежде чем она осознала, что происходит, она чуть было не рассмеялась, увидев комическое выражение недоумения на лице Джека.

Затем фургон встал на дыбы и покатился назад почти с самой вершины высокого холма. Ли отбросило на спинку сиденья. Боль разорвала плечо. Лошади заржали и понеслись вверх по склону. Она закричала:

— Порвались постромки!

Краешком глаза она видела, как Джека бросало вперед и назад, всем телом он ударился о широкую доску спинки сиденья, расколов ее надвое. Фургон набирал скорость, прыгая на ямах и камнях.

Ли тоже с силой подбрасывало, и она схватилась за сиденье. Щепки впивались ей в ладони, бревна тряс-, лись, стуча друг о друга. Она попыталась ухватиться за Джека, но фургон в очередной раз подбросило, и Джек вылетел из него, как будто весил не больше, чем новорожденный котенок. Колеса заскрипели, катясь по плотно слежавшейся грязи. Ли увидела лицо Джека, перекошенное от боли, и вскоре он пропал из виду.

Она снова закричала и попыталась найти точку опоры, чтобы выпрыгнуть из фургона, который кренился и подскакивал, скатываясь с холма.

Ли услышала крик Кэбота:

— Прыгай, Ли, прыгай!

Поставив ногу на скользкое дерево, она, несильно оттолкнувшись, выбросилась из набирающего скорость фургона смерти. В тот же миг она очутилась на земле, сильно ударившись головой, и боль разлилась по ее шее. Камнем она скатилась с холма, запутавшись в собственных юбках, ударяясь о каждый выступ, царапаясь о каждую ветку.

Наконец она остановилась, закрученная в шарф, словно кокон. Ветер засвистел в ушах, когда она приподняла голову, чтобы сориентироваться. Мгновение спустя Ли замерла на холодной земле.

Глава 12

Страх пронзал Кэбота, сбивая его дыхание и холодя кровь. К тому моменту, когда Ли замерла у подножия холма, он уже что было сил бежал к ней, выкрикивая:

— Чанси, Хайрам!

Он не отрывал глаз от ее неподвижного тела, моля Господа: «Сделай так, чтобы с ней все обошлось!»

От быстрого бега у него закололо в груди, он резко остановился и упал на колени около нее.

— Ли?

Ее темно-зеленая юбка была разорвана, под ней виднелась светлая шелковая нижняя юбка и белые кружева панталон. Плащ разорвался на две половины, шарф обмотался вокруг головы. Он даже не мог понять, как она лежала: лицом вниз или вверх.

— Ли, ты слышишь меня?

Она зашевелилась, затем стала распутывать шарф.

— Мне… трудно… дышать…

Ей удалось немного ослабить шарф, и он увидел ее нос и верхнюю губу.