Целостная личность

– От которого?

– Ного.

– Что на этот раз?

– Сто тридцать две анабиокапсулы времен вторжения. Полные.

– Ивари или хьюмы?

– Ивари всего восемь.

– Подарочек...
– скис Гембо.

– Я бы назвал его царским.

– А я даже не знаю, как отдавать буду, - вздохнул Ар.
– Ладно!
– профессор одним глотком допил джейк.
– Расы чистые?

– Да.

– Прекрасно. Живой материал, это хорошо.

– Профессор, отдайте мне тринадцать камер.

– Совсем обнаглел?

– Там особый состав хладогена. Вот, смотрите.
– Остин открыл отчет на планшете и передал его профессору.

– Ну да, смесь нестандартная, но вполне рабочая. Что тебя привлекло?

– Четвертая цепочка.

– ЗВП?

– До изменения генома, хьюмы поддавались его влиянию сильнее ивари.

– По сути, ты отбираешь самых послушных.

– Кроме внушаемости, есть еще один побочный эффект.

– Говори.

– Столь длительное влияние зета взаимодействующего протеина, вызывает полную потерю памяти.

– Чистый лист... Хочешь подсадить им новые личности?

– Ну, личности как таковые должны сохранится. А вот знаниями их можно залить по самое нехочу. И главное, с такой концентрацией препарата в организме, они будут впитывать информацию в разы быстрее.

– Идея... интересная, - решил профессор.
– Действуй. Но учти, обязанности секретаря я с тебя не снимаю.

Глава 4

– Котенок...
– сказал я, вернее попытался сказать, потому что из горла вырвался хрип. Скользкий серый мир впереди начал приобретать смутные очертания человека.
– Котя?
– Еле ворочая языком, выдавил я.

– Кто это?
– спросил человек в белом халате. Доктор? Судя по стерильно белому потолку и синим стенам, а также по блестящих баночках в стеклянном шкафу за его спиной - доктор.

– Моя девушка.

– Как интересно. Что еще помните?

– Помню, как горело небо, как мы убегали...

– От кого?

– Не знаю.

– Как вас зовут?
– перебил меня доктор.

– М-м-м...

– М? Марк, Майкл, Мозес, Моран, Милик...?

– Я не помню.
– Странно, кажется, мой ответ его удовлетворил, хотя не должен был.

– Встать сможете, мистер Эм?

Я полагал, что смогу. Как оказалось - зря. Руки слушались еще хуже, чем язык и в результате корявой попытки приподняться, я просто свалился с узкой высокой койки. Наверное, разбил бы лицо, если бы не доктор. Тот довольно ловко подхватил меня подмышки и поставил на ноги. Худой дрыщь, а силой явно не обделен.

– Спокойно, мистер Эм. Лишние травмы нам не нужны. Держитесь?

Он позволил мне опереться на койку и осторожно отпустил. Ноги дрожали, как после марафона. По виску стекла капля пота. И только тогда я заметил, что вспотел. Сказать сильно - не сказать ничего. Казалось каждое движение, выжимает с меня воду как из тряпки. В горле пересохло и запершило.

– Воды.

– Боюсь, пить вам пока еще рановато, - сказал док.
– Не беспокойтесь, от вас требуется лишь пара шагов, после чего сможете отдохнуть. И так...

Я собрался с силами и духом, отпустил койку. Устоял, но тело мелко подрагивало, словно у больного паркинсоном. Шаг... Второй... На третьем нога дернулась, ступня подвернулась, но док был на чеку, поймал и помог устоять.

– Прекрасно. Можете ложиться.

Я бросил взгляд на койку, шея поворачивалась со скрипом, потом опять на дока, не издевается ли. Задача казалась просто невыполнимой.

– Вы сможете. Я в вас верю.
– Еще и скалится Скотина. Ладно, фиг с тобой. Шаг... Второй... Я ухватился за койку и попробовал завалиться на нее по инерции. Вот нахрена нужно было ее такой высокой делать?

Силы я опять просчитал неверно, только на этот раз едва не перелетел через постель. Док удержал. А довольный какой, как кот после литра сметаны.

– Просто замечательно, мистер Эм.

Док помог мне лечь на спину, взял со стола пакетик, разорвал его, достал оттуда какую-то мелкую хреновину и хлопнул ее мне на предплечье. Кольнуло. Это же катетер военного образца...

Откуда я знаю, как выглядит катетер военного образца? Почему это он отличается от обычного и главное, чем?

Тем временем док подкатил штатив для капельницы, повесил на него пакет с жидкостью лимонного цвета и протянул трубку к катеру. Микрокомпрессор тихонько зашумел, выкачивая из нее воздух. И почему это кажется мне необычным?

– Спите, мистер Эм.
– Док поднес к моей шее бесконтактный шприц. Хлопок воздуха, и гадкая реальность сменилась теплым, уютным покрывалом сна.

Глава 5

– Эй, парень, вставай. Вставай я говорю.
– К словам был добавлен крепкий тычок под ребра.

– Скотина!
– прохрипел я. Язык опять не слушался. Одновременно пришло понимание, что дерьмо, ткнувшее меня под ребра, заслуживает куда более сильных эпитетов, да вот только не мог я их вспомнить.

– Одевайся.
– Шмотки полетели на лицо и я, наконец, смог разлепить глаза.

Санитар. По-другому окрестить наглую рожу с дурацкими синими волосами не получалось. Да и похож он был: здоровый, широкоплечий и наглый.

О, а рука-то слушается. Сам не заметил, как стянул белые тряпки с лица. Попробовал приподняться - получилось. Немного мышцы побаливают, но это пройдет.

– Ну, ты и тормоз...
– санитар недовольно покачал головой.

– Шел бы ты ...
– Куда? На языке вертится, а сказать не могу. Но направление по любому широко известное.

– Оно еще и огрызается, - удивился санитар.
– Погоди...
– Синеволосый заглянул в планшет.
– Понятно. Воля не подавлена.