Цена бессмертия

– Понятно. Значит, думаете, получили?

– Уверен, – ответил Фагеро. – От банка было четверо вооруженных охранников, и через квартал их встретили вооруженные парни на двух машинах. Сумок с собой не было, – добавил он.

– Понятно, – усмехнулся Карлос. – Значит, надо перепроверить и вызвать Мигеля. Хотя и без него могли бы обойтись.

– Без него не получится, – возразил собеседник. – Ты собственно, Карлос, что-то…

– Да просто чтоб не дергать лишний раз, – нашел он нужный ответ.

– Ты нужна во Франции, – сдержанно проговорил Дональд.

– Подожди, милый, – усмехнулась Жаклин. – Я действительно нужна, или ты просто нервничаешь из-за моего отношения к русским?

– Буду откровенен, – признался Дональд. – Мне просто не понравились твои, можно сказать, теплые слова о русских. Но не настолько, чтобы я отзывал тебя. В конце концов, мы же не можем конфликтовать с теми, с кем у тебя сложились дружеские отношения.

– Ты недоволен, но постарайся понять…

– Вообще-то ты, собственно, сделала невозможное, – сказал он, – сумела понравиться русским, которые, как я понял, тоже занимаются поиском…

– Хочу тебе все объяснить, – продолжала Жаклин. – Они ведь и не пытались искать, потому что не верили Павлову. Но сейчас он с моей помощью, кажется, убедил их. Они постараются найти женщину по фамилии Ромова, которая скорее всего похитила у Зудина алмаз до того, как дом взорвался. И эту Ромову разыскивает группа каких-то неизвестных подозрительных людей. По словам Иветова, он частный детектив, они…

– Ну вот видишь! – обрадовался Дональд. – Ты направила их по верному пути, и теперь, если им повезет и они найдут камень, мы сможем договориться о его покупке или предложить стать партнерами и открыть музей, как в Лионе у мадам Леберти. И кстати, ты единственная, кто сможет разговорить ее, – добавил он. – Поэтому вылетай в Париж как можно быстрее.

– Ах, Том! – Элен, не отрываясь, с восторгом смотрела на переливавшийся разными цветами алмаз. – Я чувствую какой-то необычный прилив энергии и…

– Это просто от того, – улыбнулся он, – что нам повезло. Я тоже испытываю и радость, и восхищение, и просто огромный заряд счастья. Мы с тобой надеялись, что алмаз будет в ячейке, но, согласись, уверенности в этом не было. По крайней мере у меня. И вдруг вот он! Я до сих пор как во сне. И боюсь проснуться! – засмеялся он. – Хотя вот он, алмаз. И он принадлежит нам.

– А ты уверен, что это один из семи? – спросила, посмотрев ему в глаза, Элен.

– Абсолютно, – не колеблясь, ответил он. – Все драгоценности Роба в сейфе. Помнишь, мы открыли и просто обалдели.

– Неужели это камень бессмертия? – прошептала она. – И он действительно помогает человеку выздороветь?

– По крайней мере так писали довольно солидные газеты. Но я, например, в это как-то не верю. – Он задумался, потом продолжил: – Хотя, знаешь, как будто действительно лучше себя чувствую. Прошли усталость и тревога. Вполне возможно, это просто действие удачи, – добавил он. – Кстати, я раньше никогда не видел таких алмазов. Он просто великолепный, и как играет разными цветами! А представь, если семь таких? Возможно, какая-то древняя огранка, теперь таких алмазов уже не существует. И он наш! – не сдержавшись, заорал Чайз. Подхватив взвизгнувшую Элен на руки, он закружил ее по комнате.

– Уронишь! – весело выкрикнула она.

Колумбия, Барранкилья

– Отлично, – радостно сказал Мигель, сидящий в кресле с телефоном в руке. – Значит, мы не ошиблись. Черт бы побрал этого старшего Чайза, – проворчал он. – Так и не сказал, где алмаз. Но мы, наверное, просто поторопились устроить ему аварию. Хотя все, что ни делается, к лучшему. Даже если бы мы узнали об алмазе, мы бы не смогли вытащить его из банка, а отпускать Чайза для того, чтобы он его забрал, было бы просто глупо. А сейчас камень у его брата, который сделал глупость, что забрал алмаз домой, но его можно понять. Ждите, я вылетаю через час, – добавил он.

– Самолетом опасно, – предостерег его Фагеро.

– Тогда я доберусь по-другому. Буду завтра.

– Знаешь, – голос Фагеро звучал обеспокоенно, – Карлос Лусиато мне не нравится. Он не хотел, чтобы тебе сообщили об алмазе. Точнее, предложил, чтобы тебя не вызывали, мол, чтобы лишний раз не беспокоить…

– Перестань, Лумилио, – ответил Мигель. – Просто Карлос решил попробовать провести операцию сам. Вот и все. Он уже не первый раз проявляет стремление стать лидером. Я не вижу в этом ничего страшного.

– Что? – переспросила Карлита.

– Очень скоро мы будем богаты, – сообщил ей муж. – Осталось немного, и мы станем с тобой миллионерами и покинем Барранкилью. Переедем в Техас к дяде…

– Хочу в Нью-Йорк, – капризно перебила его она.

– Как угодно моей королеве! – засмеялся Карлос.

– Когда ты вернешься?

– Через два дня буду дома, – заверил он ее. – Если придется задержаться, сообщу немедленно.

– Что-то ты, Карлос Лусиато, задумал, – пробормотал Мигель. – Я просто не стал настраивать против тебя людей Фагеро, но ты ведешь себя подозрительно. Так что я буду готовиться ко всему.

– Господи, Мигель, – вздохнула вошедшая Эдельмира, – ты уже сам с собой говоришь.

– Приходится, – усмехнулся он. – Я уезжаю. Завтра нужно быть в Вашингтоне, а лететь самолетом – это то же самое, что явиться в ФБР и засвидетельствовать свое нахождение в Штатах. Наконец-то это дело подходит к концу, и ты увидишь камушек бессмертия.

– Ты продашь его? – спросила она.

– Нет. Мы, кстати, говорили про это, – напомнил он. – Выплачу участвовавшим в операции по пятьдесят тысяч, прощу всем долги и увеличу процент с продажи героина. Все останутся довольны. – «Кроме Карлоса, кажется», – мысленно закончил он.

– Будь осторожнее, Мигель, – прильнув к нему, попросила Эдельмира.

– Не волнуйся, – улыбнулся он.

Азия, где-то в горах

– Значит, Арфен погиб, – прошептал Повелитель. – Сколько же еще людей погибнет, желая обрести бессмертие? Святой Персун знал, на что обрекает человечество. Сколько людей погибло за эти века, они убивали или погибали за необыкновенной красоты алмаз. И сейчас снова убивают. Но нельзя гневить богов за то, что они не уберегли Арфена от руки убийцы. Да вознесется его душа, лишенная оболочки, на небеса и пребудет вечно в блаженстве и радости. Он погиб за правое дело, и за пределами наших земель мы не имеем права покарать убийцу. Боги! – Посмотрев вверх, он воздел руки. – Не оставьте верных подданных своих. Не дайте погибнуть племени ахеменидов. Мы, подобно зерну, брошенному в жесткую, испорченную людьми почву, сумели вырасти, и не дайте врагам веры нашей погубить доброе начало.