Цена предательства

– Можете идти, сержант, - отпустил его Вэлин, и немец попятился задом в пассажирский салон.

– Значит, так, - сказал пилоту Вэлин поиспански, - вернешься завтра в это же время.

– Конечно, - усмехнулся в ответ пилот и подправил пальцем усы. В прошлом он проходил службу в военно-воздушных силах Боливии, и ему очень нравилось, что за один раз, перебросив с места на место кучку каких-то странных военных, можно было заработать больше, чем за неделю тяжелой работы, доставляя почту во все районы страны.

– Если нас не будет на месте, тебе нужно будет вернуться сюда еще раз на следующее утро.

Понял?

– Понял, - кивнул пилот.

– Но если вас здесь не будет и во второй раз, я больше не возвращаюсь. В противном случае мне не поздоровится.

– Мы обязательно будем здесь, - заверил его Вэлин.
– А ты думай только о том, чтобы нас не подвести. И если тебе придут в голову нехорошие мысли, имей в виду, что за нами стоят люди, которые тебя знают. Так что, если ты нас бросишь, тебе больше не придется заботиться о своем здоровье. Все понятно?

– Нет вопросов. Поверьте, сэр, я честный человек и в прошлом тоже офицер. Так что я буду здесь, как договаривались. Главное - чтобы и вы не подкачали. Что ни говори, а в этой стране небезопасно. Мне бы не хотелось, чтобы с вами что-то приключилось, ведь тогда мы не сможем встретиться. За вами должок, если помните.

– Как я могу забыть?
– пришел в ужас от несуразности вопроса Вэлин.

Потрепав пилота по плечу, он пошел на выход, и за ним последовал О'Рурк, на прощание подмигнув боливийцу.

К тому моменту, когда офицеры вышли из самолета, солдаты разгрузили снаряжение, аккуратно сложив его у края взлетной полосы.

Сержант Келлер захлопнул дверцы багажного и пассажирского отделений и покрутил пальцем пилоту, наблюдавшему за происходящим через стекло кабины. Тот поднял вверх руки, оттопырив большие пальцы, и медленно отъехал, постепенно набирая скорость перед взлетом.

Когда самолет поднялся в воздух и повернул на восток, Келлер поделился с командиром своими сомнениями.

– Надеюсь, - сказал он, - этот парень нас не бросит. Если подведет, придется мне его разыскать и перерезать ему глотку.

– Если он нас бросит, будем надеяться, что ты останешься в живых, чтобы привести свою угрозу в действие, -добавил Вэлин.

Келлер крякнул и отправился осматривать ящики и сумки, выгруженные с самолета, а Вэлин и О'Рурк пошли к солдатам, устроившим перекур. Полковник окинул их взглядом и мысленно улыбнулся. Это были его солдаты, и он любил их всех, как любил всех солдат, попадавших под его команду.

– Все в порядке?
– спросил он.

– Лучше не бывает, полковник, - ответил чернокожий уроженец Лондона, одетый в светлую камуфляжную форму. В заплечной кобуре он носил большой автомат "узи" марки "орел пустыни", а под мышкой другой руки - запасные обоймы. Но этим он не ограничился и еще сжимал в руке автомат "кольт" М-16 "коммандо" со складывающимся прикладом.

– Рад это слышать, Стонер, - заявил Вэлин.
– Выходит, с нами тебе лучше, чем в Иностранном легионе?

– Хуже, чем там, просто не бывает, - признался Стонер с широкой улыбкой, продемонстрировав отсутствие передних зубов.
– Когда на этот раз получу свои денежки, мне хватит на вставную челюсть и кое-что останется.

– В Иностранном легионе тебе не очень повезло?

– Нет, никак нельзя сказать, что повезло, - засмеялся в ответ Стонер, припомнив, как там было.

Джонни Стонер родился в Ист-Энде, где долгие годы не мог найти общего языка с законом и подвергался арестам за самые различные преступления: от угона дорогих автомобилей до организованной проституции. На каком-то этапе такая жизнь ему прискучила, и он покинул страну. Отсидев в тюрьме в Марселе, решил податься в легендарный французский Иностранный легион, но вскоре понял, что тамошние сержанты не разделяют его чувства юмора. С присущей кокни - уроженцам Лондона - смекалкой Стонер позволил себе пару раз поиздеваться над ветеранами легиона, за что ему устроили хорошую взбучку. В основном били ногами, лежачего, и лицо бедолаги превратилось в кровавое месиво. Тогда он дезертировал и "зайцем" вернулся на пароходе на родину, где вместе с группой дружков принял участие в ограблении банка на юге Лондона.

При этом тяжело ранили из огнестрельного оружия охранника. Через некоторое время грабителей поймали, и Стонера приговорили к тюремному заключению на десять лет. Оказавшись за решеткой, он сразу же обратился к стоматологу, и ему вставили зубы.

В тюрьме Стонер снискал славу образцового заключенного, но в том мире никто никогда ничего не забывает и не прощает. Охранник, раненный при ограблении банка, в свое время служил тюремщиком в Уондсуорте, и незадолго до того, как Стонера должны были выпустить на свободу досрочно за примерное поведение, в его камеру наведались поздно ночью трое дюжих надзирателей, которые свели на нет все старания тюремного стоматолога, так что Стонер теперь крайне неохотно открывал рот, в котором на месте передних зубов зиял провал.

За пределами тюрьмы Стонер не мог пожаловаться на нехватку свободы, но у него не было ни друзей, ни денег, и он долго плыл по течению в криминальных потоках Лондона, пока однажды случайно не оказался в пивной в районе Фулама, где вербуют наемников.

На этот раз ему привалила удача. Вэлин и О'Рурк как раз подбирали команду для операции в Колумбии. Хотя они впервые в жизни видели Стонера, не обладавшего опытом профессионального солдата, этот чернокожий кокни им так понравился, что с ним тут же был подписан контракт.

Примерно так же были завербованы восемь из двенадцати человек, ныне ожидавших у взлетной полосы прибытия автотранспорта.

Несмотря на то что Вэлин был твердо убежден в своей способности выполнить поставленную перед ним задачу, время для подбора кадров было самое неподходящее. Незадолго до того как началась подготовка новой операции, был полностью разгромлен отряд наемников в Южной Африке. Предложение, с которым выступили американцы, было крайне заманчивым, но найти нужных людей оказалось не просто.

Вэлин и сейчас невольно поежился при воспоминании о том, что из Африки довелось вернуться только ему, О'Рурку, Келлеру и еще одному члену отряда. Они не сумели даже похоронить погибших товарищей, и их трупы так и остались лежать в густой траве саванны.

– На этот раз тебе должно повезти, - пожелал удачи Стонеру полковник.

– Надеюсь, на этот раз нам всем повезет, - раздался за спиной Вэлина знакомый голос.

– Я тоже на это рассчитываю, - ответил полковник, повернувшись к высокому долговязому солдату, проверявшему крепление ящика с боеприпасами.
– Поверь мне, я очень на это рассчитываю.