Чародейка

Тихо ругаясь, Саймон прополз несколько локтей по трубе. Когда перед ним возник поворот, то стало очевидно, что ягодки еще впереди. Труба изгибалась прямым углом, да ещё и немного поднималась. Бард до пояса залез в поворот и заскреб ногами по стене. Гладкие стены не давали никакой опоры. Все же упершись во что-то и преодолев изгиб, Саймон вновь пополз вперед. Несколько следующих поворотов бард преодолел уже быстрее. Однако, изогнувшись в очередной раз, Саймон обнаружил, что этот поворот двойной. Бард протиснулся ещё вперед, согнувшись почти в кольцо. И понял, что дальше ему не пролезть. И вылезти обратно, чтобы попробовать другой подход, тоже не выйдет. Бард засопел, и в этот момент чья-то сильная рука схватила его за ворот куртки и потащила.

Саймон по грудь высунулся из отверстия в какой-то скудно обставленной комнате. Лайза уже спрыгнула на пол и направлялась к выходу из комнаты. Бард вывалился на стоящий под вентиляционным отверстием стол, затем на пол и последовал за девушкой. Пройдя через анфиладу из трёх практически идентичных помещений, в которых из обстановки были лишь столы да стулья, и только в последней из комнат – несколько металлических ящиков на длинном столе вдоль стены и вертикальный металлический сундук в углу; спутники вышли к подъемнику, доставившему их наверх, а не вниз, чему Саймон про себя весьма удивился. Выйдя из комнатки подъемника, спутники очутились в большом зале.

На стенах зала мерцали ряды стеклянных пластин, на которых Лайза разглядела бродящих по коридорам зомби, медленно плывущих зеленых призраков, ковыляющих скелетов; некоторые демонстрируемые места оказались даже знакомы. В центре зала на квадратной платформе, удерживаемый четырьмя металлическими «лепестками», стоял большой стеклянный бак с металлической крышкой, от которой отходило множество трубок различного диаметра. На дальней стене висели несколько панелей с множеством выключателей и мигающих разноцветных лампочек. У боковых стен расположилось по два стола на которых было нечто, что пока не получалось опознать.

В центре зала перед баком стоял человек. Точнее, это был кто-то ростом и формой похожий на человека, одетый в некое черное одеяние, напоминающее монашескую сутану, подпоясанное витым шнуром. Поднятый широкий капюшон скрывал лицо. На боку неизвестного висел узкий слегка изогнутый меч.

Саймон вскинул арбалет и выстрелил. Незнакомец молниеносно выхватил свое оружие и рассек болт надвое. Вдоль.

– Думаю, огонь его тоже не возьмет, – пробормотала Лайза.

– ТЫ ДУМАЕШЬ ПРАВИЛЬНО, ДЕВА.

***

– Магистр, поиск объекта до сих пор не дает результатов. Это феноменально. Она будто покинула наш мир. Поиск не прекращается, и мы сообщим вам немедленно по достижении каких-либо результатов.

Объемное изображение секретаря Конкордата, возникшее посреди комнаты, исчезло. Магистр Тиорий вновь повернулся к центуриону, возобновляя разговор.

***

Незнакомец скользящей походкой двинулся к спутникам. Лайза и Саймон пошли в разные стороны вдоль стен, охватывая противника в клещи. Незнакомец быстро развернулся, удерживая обоих в поле зрения. Его меч вновь спокойно висел на поясе, но спутники уже видели, как быстро он может быть достан.

– Вы очевидно разумны, – начала Лайза. – Почему бы нам с вами не поговорить? Все разногласия можно решить путем мирных переговоров… – «неужели?» подумалось ей. – Ведь мы не враги. У нас взаимных претензий нет.

– ВЫ СТРЕЛЯЛИ В МЕНЯ, – глухой низкий голос раздавался будто со всех сторон одновременно и пробирал до мозга костей, отдаваясь резонансом где-то в животе.

– Рефлекторно, – отозвался Саймон. – Нам все попадались не очень миролюбивые существа на пути, знаете ли.

– ВЫ ЧАСТО НАПАДАЛИ ПЕРВЫМИ.

– Иначе могли бы и не дойти. А я смотрю, за нами пристально наблюдали, а?

– О ЧЕМ ВЫ ХОТИТЕ ПОГОВОРИТЬ?

– Кто руководит скелетами, зомби и призраками?

– НИКТО.

– Вы можете это прекратить?

– ЗАЧЕМ?

– Пропали несколько ардов.

– ИХ НИКТО СЮДА НЕ ПРИГЛАШАЛ. ВАС, КСТАТИ, ТОЖЕ.

– И все-таки? – не сдавалась Лайза.

Незнакомец задумался на мгновение.

– Я ОТВЕЧУ ВАМ, ЕСЛИ ВЫ ОТВЕТИТЕ НА МОИ НЕСКОЛЬКО ВОПРОСОВ.

– Несколько вопросов? – переспросила чародейка.

– ЗАГАДКИ. ТРИ ЗАГАДКИ. СТАРАЯ ДОБРАЯ ИГРА В ЗАГАДКИ. ЕСЛИ ОТВЕТИТЕ, Я ПОМОГУ И УЙДУ ОТСЮДА. ЕСЛИ ЖЕ НЕТ… ТО ВСЕ БУДЕТ ИНАЧЕ.

– Хорошо. Мы готовы.

– ПЕРВЫЙ ВОПРОС. ЧТО В РЕКЕ НЕ ТОНЕТ И В КОСТРЕ НЕ ГОРИТ?

Саймон не раздумывая, выдал ответ:

– Лед. Детская задачка, я такие еще пацаненком щелкал, – бард повернулся к спутнице. – Честно сказать, на основе легенд, в которых фигурируют загадки, а таковых, к слову, известно немало, я ожидал более заковыристых вопросов…

– Саймон, тебе не кажется, что жаловаться на легкость загадок в данном случае неразумно, равно как и делать это в пределах слышимости задающего?

Незнакомец призадумался на мгновение.

– ЧТО Ж, ВЕРНЫЙ ОТВЕТ. ВТОРАЯ ЗАГАДКА ТАК ЗВУЧИТ: ДЛЯ ЛЮБОГО НАТУРАЛЬНОГО ЧИСЛА ЭН БОЛЬШЕ ДВУХ УРАВНЕНИЕ ВИДА: "А В ЭННОЙ СТЕПЕНИ ПЛЮС БЭ В ЭННОЙ СТЕПЕНИ РАВНО ЦЭ В ЭННОЙ СТЕПЕНИ" НЕ ИМЕЕТ НАТУРАЛЬНЫХ РЕШЕНИЙ А, БЭ И ЦЭ. ДОКАЖИТЕ ЭТО.

– Ух, это что-то математическое, да?

Лайза скосила глаза на барда:

– Саймон, друг мой, вы знакомы с высшей математикой?

– Честно сказать, не очень.

– Тогда я проясню вам иронию ситуации: это известная теорема, доказать которую пытались несколько сотен лет. У нас все-таки недавно доказали, как у вас – не знаю. Доказательство занимает полторы сотни листов, заполненных высшими достижениями математики. Но я не математик по складу ума и даже если бы читала доказательство, его просто не воспроизведу… Многие считают, что существует и простое доказательство, но вот его никто так и не смог найти. Как это ни прискорбно, мы вынуждены признать, что не можем ответить.

– ЧТО Ж, СЧЕТ РАВНЫЙ. ТРЕТИЙ ВОПРОС, КОТОРЫЙ ОПРЕДЕЛИТ ИТОГ. КАК МНЕ ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА?

– Это иносказание? Что может означать?

– НЕТ. ЭТО ПРЯМОЙ ВОПРОС.

– Ты не знаешь, как покинуть это место?

– ДА.

Саймон криво улыбнулся:

– Это звучало бы смешно, если бы не было так грустно, как сказал король Бокорен, когда ему сообщили о забастовке столичных куртизанок.

Лайза шагнула к незнакомцу.

– Поподробнее тогда, пожалуйста. И говорите потише, невозможно же…