Черная охота

— Потом кинешь, — сказал Дэйв. — Пока сама смотри. Милашка…

Мэризет хихикнула.

Очень реалистично.

Только не может же она быть такой дурой, чтобы в реальности на милашку хихикать? А значит, это всего лишь шкурка. Навороченная, но всего лишь имитация внешности, голоса и элементов поведения. Это программа и выдала милое хихиканье. А на самом деле тот, кто на том конце канала — хмыкнул или гыгыкнул, не удержавшись. Потому что в зеркало себя видел, а Дэйв его милашкой обозвал… Милашка, угу. Девочка-красавица. Только грудь волосатая и щетина режется. Психологи хреновы…

Да только с Дэйвом не поспоришь.

Тим вздохнул и поменял номер, на который планшетка отзывалась мелодией номер один. С Беса на Маризет.

4

Мастера бывают разные.

Бывает умельцы плести чары. Камешки заговаривают, руны чертят, порчу наводят…

А некоторые плетут прямо из душевных струнок. Обычными словами людей вяжут лучше, чем цепями. Опутывают, запутывают, заставляют делать всю грязную работу — и загребают себе львиную долю прибыли…

Может быть, это и есть — настоящее волшебство?

Охотник натянул поводья, пегас заложил крутой поворот, снижаясь в лощинку, где показался

настоящий замок, а не дом!

Длинная двухэтажная махина с башенками по краям. Огромный мощеный двор, огороженный трехметровым забором. Кирпичные подсобки какие-то, гаражи…

Ну да тут, на краю Империи, у самой границы Отстойника, иначе и нельзя.

Особенно такому парню, как Паук. Держит в своих руках все ниточки к крутым ребятам в азиатском секторе Отстойника.

Вжало в кресла, «Пегас» бухнулся на крышу. Длинная, плоская, только башенки по краям… Выжженная южным солнцем, злым и диким. Все от него попрятались. Во дворе ни движения, ни человечка. Словно и нет здесь никого.

А мороки сейчас будет, на этой жаре…

Обычно Дэйв тормозит здесь, чтобы с Пауком переговорить, а заодно взять у него машину, на которой идти в Отстойник. На флаере туда идти жалко, особенно при такой работе. Прострелят движок — и что тогда? Ремонтная бригада в Отстойник не вылетит. Да и заметно слишком. Флаеры и в Империи далеко не у каждого есть, а уж в Отстойнике… Так что сейчас всю эту тонну аппаратуры придется перегружать на обычную машину. Под палящим южным солнцем.

Но есть и одна приятная мелочь.

Тим покосился на Дэйва. Давай, напарничек! Сбегай к Пауку, возьми ключики от машины. А мы пока с Бесом свяжемся… Выясним, что это за девочка такая, Маризет. Не ошибся ли ты, связавшись с ней.

Дэйв выдернул из охладителя «пуповину» своего термовика — тонкий шланг, через который термовик сменял уже нагревшийся водород на холодный; на такой жаре одной подзарядки минут на сорок хватает, — но вылезать не спешил. Поглядел на Тима:

— Чего расселся, Жестянщик? Пошли-ка.

О, черт… Мысли он читает, что ли?

Тим вздохнул.

— Ну пошли прогуляемся, Дэйв, раз один ты никак…

Тим выдернул «пуповину» термовика из охладителя, распахнул дверцу…

— Да, Жестянщик! Притормози-ка. Сканер возьми, — Дэйв мотнул головой на задние сиденья, заваленные аппаратурой.

— Это еще зачем?

Боится, что ли, что Паук его обманет? Так это даже не смешно. Не станет Паук своими же руками собственную репутацию убивать.

— Зачем тебе сейчас сканер, Дэйв?

Но Дэйв вопроса словно и не заметил:

— Стирка загружена?

Тим фыркнул.

Можно подумать, кто-то ее выгружал из памяти сканера! Зачем бы?

В стандартных мнемосканерах такой функции, конечно, нет — не по закону это, стирать человеку память о последних часах, еще не закрепившихся в долговременной памяти. Но это в стандартных. А этот мнемосканер только выглядит обычным «Гарантом», который в полиции как полиграф используют. А внутри… Просто так Жестянщиком звать не будут, верно?

— Так зачем тебе стирка, Дэйв?

Не на Паука же Дэйв целит?

Это же пилить сук, на котором сидишь! В лапах у Паука все ниточки к крутым ребятам в азиатском секторе Отстойнике. Обидишь его — и что дальше? Как на следующее дело в Отстойник пойдешь?

Но если не для Паука — то для кого?

И ведь не отвечает же, засранец…

— Дэйв!

Но Дэйв уже выпрыгнул из флаера и шел к лифту, не оборачиваясь. Пижон, чтоб его мамашу! Клинт Иствуд недоделанный!

Перед дверью в кабинет Паука Дэйв тормознул. У столика секретарши.

— Привет, красавица.

— Добрый день, господин Ольстен… — улыбнулась девушка.

Милая такая холеная куколка. Но что плохо — блондинка. Платиновая. А у Дэйва на платиновых блондей словно бзик какой-то. Как увидит, сразу в бой.

Тим усмехнулся. Крут наш Стальные Яйца — да только не все коту масленица. На этот раз у Дэйва обломчик-с вышел.

Хоть куколка и улыбается, и глаза у нее мечтательной поволокой… Да что толку? Куколка-то, может, и не против. Вообще редко попадаются девки, которые под взглядом Дэйва устоять могут. На раз превращаются в робких овечек, на все согласных.

Да только сейчас это Дэйву не поможет. Паука это куколка. А Паук покушений на свою собственность не прощает.

А портить отношения с Пауком из-за какой-то смазливой секретутки — это даже для Дэйва крутовато. Через кого он будет работать с братками в Отстойнике, если с Пауком поссорится?

— Пошли, Дэйв… — пробормотал Тим. Тихонько дернул его за рукав термовика.

Да только Дэйва просто так от платиновой блондинки не оттянуть.

— Сегодня день и в самом деле добрый, — сказал Дэйв. — Особенный. — И подмигнул: — Готовься, красавица…

— Как делишки, толстяк?

Дэйв его всегда толстяком называет. Несмотря на.

А может, как раз поэтому. Как раз потому, что у Паука такие цепкие лапы. Вот Дэйв его и подкалывает — от обиды. Хороша та крошка в приемной, да недоступна.

— Твоими заботами, Ольстен.

— Машина готова?

— Как договаривались.

— Координаты? — Дэйв протянул руку.

Та-ак… Похоже, не все так просто.

Что еще за координаты? Разве машина стоит не здесь, в гаражах Паука?