Чернильно-Черное Сердце

Он выпил еще немного пива, выглядя угрюмым, затем продолжил,

— Понимаешь, до того, как она встретила Джоша — это тот парень, с которым она снималась в мультфильме — у нас было что-то вроде отношений. Несерьезно. И мы вместе работали над…

Пез оборвал себя.

— А теперь ко мне приходит ее гребаный дружок и пытается заставить меня отдать то, что принадлежит мне. Ну, он может отвалить, — сказал Пез, хотя Робин показалось, что под гневом и бравадой она уловила некоторую тревогу. — Это мое, и я, блядь, оставлю это себе.

Значит, ты не потерял его, подумала Робин, но милая, добрая Джессика Робинс выразила лишь сочувствие оправданному негодованию своего спутника, а затем предложила купить ему четвертую пинту пива.

Глава 68

Ревнивые сомнения, жгучая боль,

Которые терзают сердце и мозг влюбленного;

Страх, который не может избавиться от страха,

Надежда, которая не может исчезнуть…

Летиция Элизабет Лэндон

Трубадур, канто 2

Устав от тесноты офиса и своей чердачной квартиры, Страйк решил провести вечер в “Тоттенхэме”, где он мог бы выпить пару пинт пива, продолжая свои сетевые расследования. Однако “Тоттенхэм” оказался нетипично полным для вечера четверга, поэтому он направился в “Ангел”, но обнаружил на барной стойке табличку о том, что в заведении запрещено пользоваться мобильными телефонами и ноутбуками.

Жажда пива усиливалась с каждой неудачной попыткой достать его, и наконец он пришел отдохнуть в “Кембридж”, большой и шумный паб, расположенный на краю Театральной страны, где он не успел сесть за первую пинту “Doom Bar”, как позвонила Робин и попросила его взять на себя роль Баффипоус в Игре Дрека. В результате ему пришлось отказаться от запланированных линий расследования, и последние два часа он провел, притворяясь Баффипоус в компании следующих друг за другом пинт пива и бургера с чипсами. За исключением одного разговора с Фиенди1 по приватному каналу, его пребывание в игре прошло без происшествий, Аноми отсутствовал на протяжении всего времени.

В четверть десятого, когда Страйк все еще находился в Кембридже и игра ему все больше надоедала, зазвонил его мобильный.

— Страйк.

— Добрый вечер, — сказал Натли. — Есть кое-что по Кеа Нивен.

Страйк отправил своего нового субподрядчика в Кингс-Линн в надежде окончательно исключить Кеа из расследования. Выбор Натли на эту работу был во многом продиктован желанием Страйка держать этого человека подальше от себя.

— Выкладывай, — сказал Страйк, взяв ручку и придвинув к себе блокнот.

— Она выпивала с друзьями, — сказал Натли. — Местный винный бар.

— Значит, она в порядке? — спросил Страйк.

— У нее с собой трость, — сказал Натли, — и ее приятели поднимались и спускались в бар за нее.

Он ждал, пока ему подскажут. Эта привычка была одной из многих привычек Натли, которые Страйк находил крайне раздражающими.

— Это все?

— Нет, — сказал Натли, забавляясь тем, что Страйк мог так подумать. Примерно двадцать минут назад зазвонил ее мобильный, и она вышла из бара, чтобы ответить на звонок. Я тоже пошел. Притворился, что хочу покурить.

Натли сделал паузу, чтобы его похвалили за инициативу. Когда единственным ответом Страйка было молчание, Натли продолжил,

— Да, она разговаривала с кем-то по телефону и закатила истерику. Она хотела знать, почему он не перезвонил ей раньше и все такое. Она говорила, что ей нужно передать сообщение Джошу, и хотела, чтобы этот человек все устроил. Она сказала, что люди в “Эдите” говорят о ней ужасные вещи, но это неправда, и все это подстроено, или что-то в этом роде. И, — сказал Натли как человек, готовый достать кролика из шляпы, — она сказала, что думает, что за этим стоит Аноми. То, что было на Эдите.

— Ты уверен, что она не сказала “Reddit”? — спросил Страйк, не потрудившись сдержать раздражение в своем голосе.

— Что?

— Reddit, — повторил Страйк.

— Да, возможно, так и было, — сказал Натли, поразмыслив несколько секунд, — но, как я уже сказал, она была немного истерична, было трудно расслышать, о чем именно она говорит. Но они все артистичные типы, не так ли, поэтому я подумал, что Эдит может быть каким-то…

— Ты узнал имя человека, с которым она разговаривала?

— Не слышал, чтобы она называла имя.

Конечно, блядь, не слышал.

— Ладно, хорошая работа, Натли, — сказал Страйк, его тон противоречил его словам. — Запиши это для дела и позвони мне, если что-то еще случится.

Как только Натли отключился, Страйк вернулся к “Игре Дрека”, очень желая, чтобы у него тоже был кто-то, кого он мог бы послать в бар вместо себя. За соседними столиками было полно смеющихся и разговаривающих людей: он был единственным одиноким посетителем, сорокалетним чудаком с ноутбуком, играющим в одиночестве и жаждущим закурить. Он только что избежал нападения цифрового вампира, затем успешно провел Баффипоус мимо каменного льва с помощью шпаргалки Робин (“введи “Ты плохой каменный мукфлук, бва”), когда пришло сообщение от его сводной сестры Пруденс.

Он, конечно, до сих пор с ней не познакомился. Пока он лежал с больной ногой и был поглощен работой, она была занята своей раненой дочерью.

Привет. Сильви намного лучше, поэтому я хотела бы узнать, как тебе идея встретиться в следующий четверг, чтобы пропустить по стаканчику?

Решив, что отвечать сразу не обязательно, Страйк вернулся к экрану своего ноутбука. Пять минут спустя его мобильный зажужжал от второго сообщения, а затем зазвонил, прежде чем он успел посмотреть на него: это звонила Робин, и он сразу же ответил.

— Привет, — сказала она. — Я только что ушла от Пеза. Аноми был в игре?

— Нет, — ответил Страйк, и Робин застонала. — Но я пообщался один на один с Фиенди1, который, надо сказать, знает толк в футболе. Самый здравомыслящий человек, которого я здесь встречал до сих пор. Хотя ты должна была сказать мне, что Баффипоус болеет за Ман Ю.

— Черт, разве этого не было в записях? Извини. Это была первая команда, которая пришла мне в голову.

— Ничего, я справился, — сказал Страйк. — Хотя, я подумал, что было бы вежливо сделать это Арсеналом. Как Пез?

— Я только что послала тебе запись интервью. Я еще не прослушала ее, так что не знаю, насколько сильно мой мобильный уловил звук. В пабе было довольно шумно.

— У меня та же проблема, — сказал Страйк, повышая голос над гоготом особенно буйных людей, которые только что присели за соседний столик.

— Я напишу свои заметки, как только смогу, на всякий случай, если он не записал. Я выудила из него несколько интересных вещей.

— Где ты сейчас находишься? — спросил Страйк, которому показалось, что он слышит шум транспорта.