Черное время
Шрифт:
«Ты и я, один на один, без оружия. Слабо? Победишь – делай со мной что хочешь, если победу одержу я – ты уберешься отсюда навсегда!»
Прилетевший пси-импульс был сродни презрительному смеху:
«Ты все еще не повзрослел, княжич, не вырос из коротких штанишек «правильного» воспитания, все еще продолжаешь играть в благородного рыцаря, в то время как даже слово «благородство» почти забыто. Время такое».
«Это черное время. Оно пройдет! Но ты не ответил».
«Знаешь, я, наверное, тебя порадую, приму вызов. Точнее – себя порадую. Я согласен. Где мы расположимся?»
«Дракон»
«Выбирай».
«Тут городишко неподалеку, я видел башню с плоской крышей. Подойдет?»
«Мне все равно».
«Тогда следуй за мной. Да не вздумай бежать, мои черные парни следят за тобой сверху и живо образумят, если что».
Дар посмотрел вверх: два «дракона», барражирующие над Смоленском, переместились севернее и теперь висели над облаками в том месте, где зависла машина чистодея. В любой момент они могли спикировать вниз и начать стрельбу, не давая беглецу ни одного шанса скрыться.
Дар еще раз позвал Дарью и снова не услышал ответа. В сердце закралась тревога: не существовало причин, по которым она не могла ответить. Кроме одной: с ней что-то случилось! Ясно было, что она не смогла развернуть корабль-нож и вынуждена была использовать трансфер, чтобы избежать какой-то серьезной опасности. Успела ли?..
Приблизились жилые башни Смоленска, частью разрушенные, частью мертвые, без единого огонька в панорамных окнах. «Дракон» вспугнул гигантскую стаю птиц – вран, которая свернулась змеей и поднялась к облакам, не спеша покидать место обитания.
«Дракон» завис над плоской вершиной прозрачно-решетчатой башни трехсотметровой высоты. Из него на крышу дома выпрыгнул человек в «хамелеоне», махнул рукой, приглашая Дара последовать его примеру.
Дар посадил флайт, вылез на серую, покрытую слоем засохшей грязи, ровную поверхность, настраивая организм на сверхскоростное владение пространством боя. Поднял руки:
– Я безоружен.
Леон Торопов засмеялся. Турель с «универсалом» на его плече нацелила ствол излучателя на чистодея. Дар напрягся.
Леон снова засмеялся.
– Я мог бы прихлопнуть тебя как муху в любой момент. Но это было бы не по-джентльменски. Я и так с тобой справлюсь. Все это время я тренировался у знаменитого восточного мастера, так что ошибки, как в прошлый раз, не допущу.
Дар молчал, в сотый раз вызывая Дарью и не получая ответа.
– Начнем, пожалуй. – Леон картинным жестом снял с плеча турель, бросил на плиту крыши. – Теперь твоя очередь.
– У меня нет оружия.
– У тебя есть трансфер. Брось его в кабину флайта.
Дар сделал вид, что колеблется. Он мог управлять транслятором орилоунского метро и на расстоянии, но противник не должен был этого знать.
– Давай, давай, не менжуйся, – осклабился Торопов, – он тебе уже не понадобится.
Дар выудил из кармана туманно-зеленоватый шарик трансфера, повернулся к противнику спиной и наклонился к борту флайта с нарочитой медлительностью. Послал «тихое» приглашение «воспользоваться моментом». И не ошибся в намерениях противника выиграть схватку любой ценой: Леон метнулся к нему, как тигр, собираясь
напасть сзади и уложить одним ударом. Мало того, он не выключил аппаратуру маскировки костюма, в результате чего была видна только одна его голова, тело скрыл туманно-текуче-прозрачный полевой «камуфляж».Время замедлило бег.
Дар подождал, когда противник начнет поражающее движение – Леон целил ребром ладони в основание шеи сбоку, в так называемую «точку смерти» – и, слегка отклонившись, не глядя назад, нанес упреждающий удар – тоже ребром ладони, но – по носу. И Леон не успел защититься, не ожидая ответа, «провалился» с ударом, получил оглушающий «хряск», без звука рухнул на площадку.
Дар повернулся к нему, опустил руку, успокаивая сердце. Учитель был бы доволен его расчетом, не переставая повторять, что единственным серьезным преимуществом в бою равных мастеров является постоянная готовность нанести упреждающий удар.
Вдруг что-то сверкнуло в воздухе, и Дара с силой отбросило в сторону на два десятка метров!
Он был готов ко всему – в пределах необходимого воздействия на данную сложившуюся ситуацию, но удар был нанесен настолько неожиданно и мощно, что защитные энергетические каркасы не выдержали. Впечатление было такое, будто из него вынули все кости, заменили кусками студня, все тело заполнили воздухом, а голову – туманом. И все же сознания он не потерял, хотя какое-то время не мог ни вздохнуть, ни двинуться с места.
Над крышей дома уплотнился воздух, формируясь в необычную паукообразную конструкцию, а уже из прозрачно-мерцающего тела «паука» на крышу спрыгнул человек в стандартном унике. Даниил Шаламов собственной персоной. Он подошел к лежащему Леону, пнул его носком сапога:
– Вставай, неудачник! Говорил я тебе, не связывайся с этим парнем, у него задатки Аристарха, ты не послушался. Больше выручать не буду.
Торопов заворочался, поднялся на колени, держась руками за распухший нос.
Шаламов покачал головой, посмотрел на Дара, лежащего без движения с раскинутыми в стороны руками.
– Достал ты меня, юноша. Я такое не прощаю ни врагам, ни тем более друзьям. Но, похоже, удача тебе изменила. – Он приблизился, оценивающе разглядывая чистодея, наклонился, похлопал рукой по карманам его костюма, достал «бокал» и «стакан». – Это тебе тоже больше не понадобится.
Дар не пошевелился, глядя перед собой остановившимся взором. Организм уже начал восстановление боевых кондиций, но для этого требовалось время.
Подошел Леон, бормоча сквозь зубы:
– Он мне нос сломал, мерзавец! Я его за это на части разорву!
Шаламов покосился на него.
– Что, уже пришел в себя, ковбой? На подвиги потянуло?
– Если бы он не напал на меня сзади… – ощерился Леон.
– Да? А мне показалось, что это ты напал на него со спины. Не по-джентльменски как-то, ты не находишь? Впрочем, какая разница? Добей его. – Даниил пошел к «пауку», оглянулся. – Забыл сообщить хорошую новость, княжич: твоя жена у меня, жива и здорова. Так что можешь не беспокоиться за ее судьбу. А ты… – Он глянул на Торопова. – Держи, может быть, пригодится. Это спейсер Галиктов. Хорошая машина.