Черное время

– Да-а-а-р!..

Вскинулся, тараща глаза в темноту:

– Даша!

Его держали за руки мама и громадный человек, в котором он с трудом признал прапрадеда.

– А-а… это вы… – Дар успокоился, расслабился, прилег на кровать. – Где я?

– В палатке, сынок, мы тут рядом. Ты бредил…

– Сил много потерял, – пробасил Железовский. – Ничего, я тебя чуть почистил, скоро войдешь в норму.

Дар вспомнил голос жены, снова подхватился, сел.

– Я слышал голос Даши…

Веселина и Аристарх переглянулись.

– Тебе показалось.

– Нет! Я знаю, где она!

– Ты уверен?

В комнатку заглянули Джума Хан, Ромашин и князь.

– Что тут у вас?

– Существует только одно место, – продолжал Дар, – абсолютно независимое, видимое издалека, известное всем и одновременно скрытое от всех…

– Эйнсоф! – закончил Железовский в наступившей тишине.

– Да, эйнсоф! Шаламов спрятал Дашу там!

– Это всего лишь твое предположение… – начал Джума.

– Я знаю! – тихо возразил Дар.

Мужчины обменялись многозначительными взглядами.

– Верьте ему, – проговорила Веселина, сжав руки. – Если он утверждает, что знает, значит, действительно знает!

– Что будем делать? – посмотрел на Железовского Ромашин.

– Проверим, – отозвался человек-гора.

– Как?

– Есть идея, – пробормотал Дар. – У меня сохранился «осиный» нож. Можно добраться до эйнсофа на нем.

– Хорошо, допустим, мы доберемся до эйнсофа. Что дальше?

Дар и Аристарх посмотрели друг на друга.

– Там будет видно, – пробасил Железовский уверенно.

Джума Хан криво улыбнулся.

– План изумляет своей простотой. Что скажешь, Майкл?

В спальню, раздвинув остальных, вошел Майкл Лондон, ощупал лицо княжича прищуренными глазами.

– Пожалуй, я поддержу этот план. Возможно, парень прав. Шаламов не мог убежать далеко с таким грузом, каким стал для него Клим. К тому же я чувствую некие странные колебания…

– Раскрывай нож, – кивнул Дару Железовский. – Помочь?

– Не надо. – Дар встал, поддерживаемый матерью.

– Отдохнули бы немного, воины, – робко предложила Веселина. – Поели бы сначала, я быстро приготовлю…

– Некогда, мама, – твердо сказал Дар. – Вернемся с Дашей и ее отцом, отдохнем.

Все гурьбой вышли из палатки, направились сквозь толпу хуторян и беглецов к опушке леса.

– Я пойду с вами, – сказал присоединившийся к делегации князь. – Не будете возражать?

– И я, – добавил Ромашин.

– А я что – рыжий? – усмехнулся Джума.

– Места хватит всем, – сказал Железовский. – Хотя особого толку ждать от тебя не приходится.

– Спасибо за добрые слова.

– Пожалуйста.

Вышли на край выжженной и перепаханной недавним боем магов поляны.

– Дальше я пойду один, – оглянулся Дар. – Отойдите подальше.

Дружинники князя, хуторяне, пришельцы из двадцать четвертого века – старики, женщины и дети послушно отступили в глубь леса. На опушке остался один Аристарх. Подмигнул молодому человеку.

– Смелее.

Дар выпрямился, глубоко вздохнул, преодолевая слабость, побрел к центру поляны. Нашел почерневший, потрескавшийся валун, положил на него нож.

Некоторое время ничего не происходило.

Лишь вран, пролетавший над поляной, вдруг подался в сторону, словно почувствовал, что сейчас произойдет нечто необычное.

Дар отступил назад и припустил бегом к опушке леса.

Нож засиял, как загоревшаяся ветка дерева, скачком вырос в размерах. Еще и еще раз. Когда княжич добрался до леса, нож окончательно приобрел размеры и форму боевого крейсера галиктов.

– Отлично! – похлопал правнука по плечу Железовский. – С такой машиной можно и в эйнсоф нырнуть.

– Ты… вы шутите?

– Нисколько. Можешь на меня рассчитывать.

Дар в порыве благодарности сжал локоть Аристарха. Лицо его порозовело, в глазах зажглась искра надежды.

– Спасибо, дед!

– Не за что, – усмехнулся Железовский.

Из леса высыпали хуторяне и беглецы, разглядывая дымящуюся гору космического корабля с опаской и восхищением. В борту корабля открылся люк.

– Садимся, – сделал приглашающий жест Аристарх.

Лондон, Джума, Ромашин и князь направились к кораблю.

– Может быть, мы тоже пойдем с вами? – остановили Железовского Забава с ребенком на руках и измученная неизвестностью Купава.

– Нет, – качнул головой Аристарх, – ждите с остальными, всем требуется ваше присутствие. Мы вернемся.

– Будь осторожен. – Забава поцеловала мужа в щеку.

– Насколько это будет возможно, – ответил он, пощекотал у малыша за ушком. – Не куксись, Вершитель, кончится черное время, и мы с тобой славно заживем. Береги маму.

– Найди Клима, умоляю! – прошептала Купава, зябко вздрагивая от волнения. – И Дашу…

– Найду! – уверенно пообещал Железовский. Помахал рукой остающимся, направился к люку.

Люк закрылся.

Громада «осиного» крейсера шевельнулась, как живая, и с гулом и свистом прыгнула в темнеющее небо.

* * *

Вопреки общим ожиданиям мантоптерский флот над эйнсофом практически отсутствовал. Точнее, в ста сорока тысячах километров от фотосферы Солнца, напротив эйнсофа, висел всего лишь один «дракон», да и тот выглядел так, будто внутри него произошел мощный взрыв. Крейсеры мантоптеров и без того выглядели устрашающе – как хищные птероящеры, растопырившие крылья, когти, шипы и острые наросты. Этот корабль напоминал надувшегося и едва не лопнувшего морского ежа.

В рубке «осиного» космолета раздался голос Дара:

– Они здесь!

Мужчины, занимавшие ячеи экипажа, промолчали, не спеша возражать молодому княжичу. Все видели одну и ту же картину: багрово-вишневую, с более яркими зернами и темными пятнами стену Солнца и колючий шарик мантоптерского «дракона». Эйнсоф почему-то виден не был. Вернее, изредка в колоссальной стене ядерного солнечного пламени проглядывала необычной конфигурации кружевная тень. Внутри нее и прятался «бесконечномерный объект», ставший предметом конфликта между системой Блэкхоул и человечеством в лице его защитников-интрасенсов.