Чёрные историки

– Что за обучающий шлем? – Женщина даже не скрывала любопытства, она трогала все, заглядывала сверху и снизу, даже попробовала сесть в диагностическое кресло.

– Не торопитесь! Все по порядку. Сегодня мы продиагностируем и, возможно, полечим Елизавету Ивановну, сейчас я ей напишу, – сказала Алена, набирая сообщение.

– А почему ее? – Инна Петровна заглядывала через плечо в планшет Алены.

– Потому что я начала ее лечить на Земле, но там машина была не полностью собрана, а эта – просто фантастика. Вы сегодня зритель, а потом поучитесь немного.

Алена отправила сообщение и села за стол.

– Составим план-очередь? Нам нужно проверить всех? Вы и меня будете смотреть?

– Конечно, и, может, перейдем на ты? – спросила Алена.

– Я не против. А как работает эта машина? Это рентген? Наверное, вредно? – Инна Петровна даже не ждала ответов на вопросы, она быстро перемещалась по комнате, осматривая все, что там было.

В комнату вошла Елизавета Ивановна. Шла она, не отрывая взгляда от планшета.

– Разве можно в этом разобраться? Муравейник какой-то. Ален, зачем вызвала? Вроде ты меня и так хорошо полечила. Я прям бегаю, как молодая, спасибо тебе, – быстро проговорила женщина, зайдя в комнату. – Вот сейчас была у Владимира на ферме, там очень хорошо, обязательно сходите! Земля, кустарники, солнце, козы бегают. Если ничего не знать, прямо кажется, что на Земле.

– А что, уже ностальгия? – улыбнулась Алена.

– Да! Уже! Здесь все не по-человечески устроено, просто ужас, не знаю, к этому вообще привыкнуть можно?

– Садитесь, Елизавета Ивановна, давайте начнем. – Алена указала женщине на диагностическое кресло.

Инна Петровна села сбоку, собираясь тихонечко наблюдать процесс. Но тихонечко не получилось.

– Что это? – не сдержалась она уже через пару минут после включения диагностики.

Недалеко от Елизаветы Ивановны появился ее двойник, он был голый и прозрачный, можно было увидеть все процессы, происходящие внутри него. Алена подошла, выключила свет и подошла к двойнику. Она делала различные движения руками, и тело поворачивалось, увеличивалось, разрезалось на части. Инна Петровна несколько минут молча наблюдала, потом встала и начала рассматривать светящийся образ Елизаветы Ивановны.

– Когда я могу приступить к обучению? – спросила она минут через десять.

– Сегодня, – ответила Алена, не отрываясь от начатой работы.

Глава 2. Чужие планы

Уже две недели все учились, привыкали и осознавали новую действительность. Время приняли межпланетное – согласно ему, в сутках было тридцать шесть часов, да и час был не совсем земной. С датами все было сложнее. Оксана, как математик, пыталась сделать межпланетный календарь доступным для общего понимания. Не существовало понятий «год», «месяц», «времена года», их места занимали лекады – это около тысячи дней, но тридцатишестичасовых, они зависели от движения галактик относительно друг друга. Человеку это давалось с трудом, поэтому на станции по-прежнему все считали по земному, но часы на планшете показывали две даты и два вида времени. Это стало необходимостью, потому что, вылетая на Землю, знать время и сезон было необходимо. На станции все старались делать по местному времени. Медицинское обследование двигалось медленно. Параллельно с осмотром Алена изучала историю медицины всех уже известных видов разумных существ. Выяснилось, что Кланоиды и Пак так же ZL-зависимы. Все активно изучают данную область, эти разработки особо секретны. Хотя большой разницы в секретных разработках разных видов Алена не обнаружила.

На станции единственное производство, которое быстро набирало обороты, – это курятник. Цыплят, благодаря инкубатору, было много, но они тоже должны были подрасти. Уже через два дня после прилета Артем с ребятами на маленьком челноке начали делать «вылазки» на Землю с целью охоты. Также было принято решение завести на станции рыб. Оборудовав приличный аквариум, друзья слетали на «рыбалку», где натралили несколько тонн морской рыбы. Рацион питания улучшился, но все равно оставлял желать лучшего. Аленин сын Андрей с каждого полета обязательно привозил матери сувенир: то шишку кедровую, то какой-нибудь камень замысловатый формы. «Ты так мне сюда скоро всю планету перетащишь», – смеялась Алена.

Космос завораживал, и первые несколько дней все молча смотрели в витражные окна, изучая планеты и звезды. Кто-то сразу начал скучать по Земле и пытался найти ее в новом для себя мире, спрашивая окружающих: «Это же Земля?» – указывая на какую-нибудь святящуюся точку. Спасение было на ферме у Владимира: там был грунт, искусственное солнце, настоящие деревья, кустарники, коровы и козы. Каждый день там бывали абсолютно все. И Владимир решил сделать на ферме зону отдыха. Теперь там посажен небольшой лесопарк. Но опять-таки он должен подрасти. Василий с Аленой, а затем и Оксана с Михаилом построили себе в лесопарке деревянные дома, где и стали жить, выходя с фермы только для работы. Остальные пока предпочитали жить в каютах. Молодежи очень нравились новые формы, виды и технологии. «Я вашей деревни на Земле насмотрелась», – фыркала Яна. Андрей периодически летал на охоту, говорил, что лесов ему достаточно.

– Вот и остались мы одни в доме, Вась, так странно… – Алена прижалась к мужу, сидя на крыльце точной копии их земного дома.

– Ничего, Ален, это же нормально, у детей другие интересы, жизнь-то, видишь, как повернулась… Вижу, скучаешь ты по Земле, вот и дом такой же попросила, – Василий улыбнулся, поправляя плед, накинутый на Аленины плечи.

– Скучаю, Вась, глазам, наверное, зеленого цвета не хватает, – улыбнулась она.

– Вот и улыбка грустная у тебя, завтра попрошу у Владимира цветов комнатных, да побольше… И может, стены в доме в зеленый покрасить?

– Пойдем спать, шутник, отдохнуть надо. – Алена улыбнулась, чмокнула Василия в щеку и пошла в дом.

Владимир по-прежнему увлекался садоводством, иногда вылетал на Землю с целью приобрести какое-нибудь плодовое растение. Его сын Максим окончил обучение на летчика и с удовольствием помогал отцу находить и привозить на станцию нужные экземпляры. Владимир изучал земные растения с нескрываемым интересом и мечтал собрать на станции все виды. Последним его приобретением был кедр, это было уже взрослое дерево, которое он при помощи роботов привез и разместил на одном из этажей ферм. Понемногу станция оживала. Каждый пытался сделать свое жилье поуютнее. Инна Петровна попросила привезти ей ковер. Михаил связался с Ароном, который с радостью согласился помочь, и уже через несколько дней ребята привезли на станцию пять настоящих персидских ковров. А Василию они подарили шкуру медведя.

Через час было назначено общее собрание с целью подвести некоторые итоги и откорректировать цели. В зале находилось два человека, разговор шел на повышенных тонах.

– Зачем нам так много народу на станции? – раздраженно произнесла Оксана. – Нам даже кормить их нечем.

– Вопрос не в том, чем кормить, вопрос в том, что у нас впереди очень много решений, в которых нельзя ошибиться. Переговоры с Пак – это очень серьезно. От этих переговоров зависит, каким будет наше общение в дальнейшем. – Михаил путался в мыслях, но не отступал. – Нам нельзя ошибаться, чем больше независимых мнений, тем лучше. На землян полагаться нельзя, они знают меньше нас…

– Вот именно, а чем их мнение будет отличаться от мнения тех, которых мы привезем с Земли? – перебила его Оксана.

– Ну хотя бы тем, что мы будем отбирать тех, кто интересуется непосредственно инопланетянами, есть же какие-то там уфологи, так ведь это называется? Они пройдут обучение, у них будет хоть какое-то мнение…

– Ты уверен, что нас устроит такое мнение? – снова перебила Михаила Оксана, глядя на него широко раскрытыми глазами. – Это глупость какая-то, нам скорее интересно мнение политиков, чем этих твоих уфологов.

– Нет, но я уверен, что нам нужно как можно больше народу, как можно больше мнений… а политика тут другая… я так думаю, – не мог успокоиться Михаил. – Мы не можем принимать решения за всех землян… К тому же если люди будут жить здесь, то и относиться они ко всему будут иначе… То, что мы сделаем, решения, которые мы будем принимать, – это очень большая ответственность.

– А… я поняла, ты хочешь переложить на кого-то эту ответственность?

– Нет! Я хочу сделать правильный выбор! – утвердительно произнес Михаил.