Черные карты. Том 3

Чтобы остудить голову, отрываю окно на полную, впускаю ветерок. Вид, конечно, роскошный. Инкубус как на ладони. Черный дым, звук жизни, розовый цвет.

Вдох, выдох.

Любимая… Как же я хочу увидеть её. Я… Скучаю. Уже скучаю.

* * *

Два дня назад.

— Кха! Коста! — Моментально встала Асити, заняв боевую стойку.

Резкие движения головой. Поиск врага. Поляна пуста. За боевым куражом накрыла тревога, за тревогой…

— КОСТА?! — Страх. — Коста?! — Снова и снова кричит Асити, пытаясь найти взглядом любимого. И больше всего боится найти его тело.

Закрыв глаза, Асити отругала саму себя. Присутствие Косты, их путь, её чувства. Сильно расслабили наследницу Лисиц.

— Такая жалкая засада! — Злиться теперь на себя. — И попалась как девчонка. — Бальтазар подает признаки жизни. — Цел? — Подходит ближе. Конь рывком встал на ноги.

Асити похлопала его бок, животинка, также не найдя хозяина, агрессивно завопила.

— Эй! Тише! — Зажимает его морду ладонями. — Тише, парень. Мы найдем его. Слышишь? — Подействовало.

Еще разок окинув поляну, наконец Асити видит оставленное письмо. Читает. Сминает листок.

— Жду встречи? — Процеживает сквозь зубы. — Только одна тупорылая шлюха могла оставить это. Плюс Удильщицы. — Подбирает рапиру, загоняет в ножны. — Я знаю, куда увели нашего Косту.

Балтазар встал на дыбы, затем, опустив голову, принюхивается.

— Запах крови? — Загорается искра надежды. — Возьмешь след? — Конь фыркнул: 'Само собой!" — Хорошо. — Хватается за его гриву и легко забирается на спину. — Держись, Коста, я иду. — Планы, зов клана. Всё отошло на второй план. Всё неважно.

Прежде чем тронутся с места. Бальтазар встряхнул головой, в неразборчивом ржании Асити смогла прочитать вопрос.

— Само собой. — Взгляд похолодел. Палач в гневе. — Я убью любого, кто встанет на пути.

Прокаженная сторона Бальтазара будто застыла в пугающей улыбке. Громогласное ржание, удар копыт. Спасители сорвались с места, пробивая лесную чащу.

Глава 7 Загадки и ложь

Спал я… Плохо. И нет, дело не в пошлых мыслях. Тяжело спокойно лежать на кровати, зная, что те же Удильщицы снова нанесут удар. Хотя с чего бы? Авикта всё обставила так, что мое присутствие не больше чем прихоть.

— Эх. — закидываю таблетку. Смотрю на рассвет.

Ну как рассвет? В Инкубусе постоянно темно, темные здания, темные тучи, темная листва. И только слабые просветы в тучах дают понять, что за ними взошло солнце. Еще я решил сделать глупое и одновременно весомое изменение в защите.

— Хе-хе-хе. — разминаясь, размахивает четырьмя клинками Мясник. Впервые он становится стражем, установка одна.

— Любой, кто попробует меня убить.

— Ха! — да, реж на месте.

Мясник растворяется. Хм. Прошло больше недели, сколько Диги и Мэри будут спать? Сейчас как никогда нужны все карты, и именно поэтому первостепенно мне нужен последний дух. Арбитр поможет с этим. Еще Долтон заикнулся про своих учеников, прокачка будет кстати. До-л-тон. Почему это имя носят только кретины?

Улыбнувшись сам себе, застегиваю ремень. Беру рубашку, в этот момент в дверь постучались.

— Г-господин принц? — тихий, скромный голос. Узнаю. Та самая служка, которую я выручил.

— Да, входи. — продеваю руки в рукава.

Горничная, зайдя внутрь, держала в руках небольшой тазик с водой.

— Для утреней процедуры. — боится поднимать взгляд.

— Спасибо. Поставь там. — указываю на столик. Слово «Спасибо» отразилось в ней удивлением. Пора бы привыкнуть…

Проходит. Ставит. Скрестив руки у подола. Ждет.

— М? Что-то еще? — дергаю бровью.

— Я… Я не… — теряется. — П-приказывайте… — теребит палец.

— Приказываете? — и тут меня осенило. — Оу, нет. — бросаю смешок. — Нет, ам? — не знаю имени, но даю понять, что хочу узнать.

— Тигриетта. — поклон.

— Тигриетта. — улыбаюсь. — Исполняй свои обязанности как прислуга, но большего не надо.

— Н-но. — она даже расстроена. — В мои обязанности входит…

— Только не со мной. — закрываю прокаженный глаз, он пугает её до оцепенения. — Пользоваться кем-то из-за положения. — цокаю. — Нет, это не мое.

Она моргает.

— Я вам не нравлюсь? — какая… Ам, настойчивость.

— Хе. — не теряю уверенность. На самом деле, все эти темы уже не так трогают меня. Я не стесняюсь, нет дрожи. Секс это просто секс. И именно поэтому мне нужно больше чем это. — Ты очень красивая, Тигриетта. — щеки девушки залил румянец. — Но у меня уже есть дама сердца.

— Вы… — боится говорить.

— Я не кусаюсь. — пытаюсь расположить горничную. Ведь держу в голове, что она слуга Греха. Слуга Авикты, а значит и дополнительный шпион.

— Вы явно не хотите стать Розовым игроком, вы слишком… Добры. — новый поклон. — Простите.

— Сочту это за хороший комплимент. — смеюсь я. — Но кое-что ты можешь сделать. — есть! Она внимательно слушает. — В мое отсутствие просто следи за моей комнатой, ничего больше.

— Будет исполнено. — поняв, что утренные процедуры ограничится водой, повернулась только у двери. — Госпожа Авикта передает, что ждет вас на завтрак. Я провожу. — очередной поклон. — Буду ждать… Снаружи?

— Хорошо.

Как же Тигриетта в шоке от моего поведения. Видимо приглашение на завтрак должно было прозвучать после соития.

Умыв лицо. Несколько секунд смотрю в отражение. Разум чист. Впереди работа.

Через… Приблизительно полчаса. Горничная привела меня в небольшую комнату, хе, личная столовая Авикты. Первое, что меня встретило, это стоящие на коленях мужчины, пока Вердо непринужденно отпивала кофе. Монтеры? Да, с гипсом на руке на коленях стоит Милтон младший, рядом розовоглазый брат.

Стоило Тигриетте озвучить мое появление.

— Доброе утро, Коста! — рада мне Авикта. Затем щелкает.

Братцы поднялись, встали передо мной. Одновременный поклон в ноги, брат Милтона, увидев, что нерадивый аристократ склонился слишком низко, сам надавил ему на шею.

— Приносим свои извинения! — отчеканил розовоглазый. — Поведение моего брата омрачило впечатление о клане! — очевидно сжимает загривок братца.

— Тц. — терпит Милтон боль. — Простите, господин Принц.

— Коста? — спрашивает Авикта мой вердикт.

— Я сказал уже вчера. — пристукиваю тростью. — Ведите себя достойно. И не потребуется извиняться.