Черные тропы

— Ничего. Наблюдение удвоили, подготовили сотрудников для задержания. Пока все.

— В Москву доложили?

— Да, перед самым выездом к вам послали спецсообщение. Ответа пока нет.

Москва. НКВД СССР. Кабинет наркома

— И как такое могло выйти? — Берия поднял глаза от документа. — Вы проверили?

— Да, Лаврентий Павлович. Действительно, Гальченко Александр Иванович проходит по ориентировкам. За убийства и разбойные нападения. Ранее судим.

— Хм, так это, стало быть, меня самого в этом винить надо? Это же я ему такое имя придумал… А отдел кадров куда смотрел, когда документы ему выписывал?

— Так он по милицейской ориентировке проходит, ещё три года назад объявили в розыск. Вот глаза-то и замылились… — развел руками Меркулов. — Не могут же они всех преступников на память знать?

— Ну это-то ладно! Поправим. Фамилию оставим, а имя-отчество заменим, дело привычное. Там, в Ярославле, ничего ещё по этому поводу натворить не успели?

— Ждут приказа.

— А у Благова что?

— Не понимает он пока ничего. Нет в действиях инструкторов никакой системы.

— И Коротаев тоже? Неглупый ведь оперативник, я к нему давно присматриваюсь.

— Ему тоже ничего непонятно.

— Так-так-так… — повертел в руках карандаш нарком. — Интересно выходит… Вот что, Всеволод Николаевич, поступим мы следующим образом…

* * *

В этот день, как и во все предыдущие, московские гости не изменили своим привычкам. ЗАГС, ресторан… далее, все по-прежнему.

Но уже после ресторана, опергруппа УНКВД плотно обложила все возможные пути отхода гостей. Предусмотрели и вовсе экзотические — типа прыжка в окно с третьего этажа. Мало ли… их предупредили, что оба клиента — люди весьма и весьма неординарные. Однако же, при этом, категорически запретили применять табельное оружие — в любом случае!

— Руки-ноги у вас есть — и хорош! — недвусмысленно прокомментировал этот приказ заместитель начальника УНКВД. — Чему-то вас всё это время учили ведь? Вот и покажите класс!

* * *

Войдя в здание отдела народного образования, старший группы задержания встретил там наблюдателя, которого выставили на данный пост загодя. Наблюдатель, проходя мимо, кивнул на лестницу — значит, второй этаж…

И действительно, оба гостя обнаружились в коридоре второго этажа. Тот, что помоложе, уселся на жестком диванчике в начале коридора. А второй, смоля папиросу, устроился возле подоконника распахнутого окна. Кроме них двоих, в коридоре находился всего один визитер — пожилой благообразный мужчина, ожидавший своей очереди около одного из кабинетов.

Бесшумными тенями скользнули вдоль по коридору оперативники, блокируя всех троих.

— Гражданин Гальченко? — навис над более молодым гостем старший группы задержания.

— Допустим. А вы, простите, кто таков будете?

— Ярославский уголовный розыск! Оперуполномоченный Синдякин! Попрошу ваши документы!

— Пожалуйста… — в руке сидящего на диванчике человека материализовалась красная книжечка.

— Гальченко Александр Иванович… майор ГУГБ?

— Там так написано, — наклонил голову гость.

— И все же, гражданин Гальченко, я попрошу вас проследовать со мной!

— Куда?

— Не понятно?!

— Нет.

— В уголовный розыск! Вы задержаны!

— На каком основании? — гость был абсолютно невозмутим.

— Там объяснят! Попрошу ваше оружие!

Майор левой рукой оттянул в сторону полу пиджака — блеснул металл пистолета.

— Сами возьмёте?

— Климаков! — кивок старшего группы — Обеспечь!

Оружие перекочевало в карман оперативника.

— Встать! Руки за спину! Вперед!

Гальченко обменялся коротким взглядом со своим спутником. Тот кашлянул, привлекая к себе внимание.

— В чём дело? — покосился на него Синдякин.

— На каком основании произведен арест? — в руках второго гостя мелькнуло служебное удостоверение.

Старший группы внимательно его просмотрел.

— Вы вместе?

— И всё же?

— Не арест — задержание. На данного гражданина имеется ориентировка. Если вам это так интересно — обратитесь к моему руководству. Предупреждая возможные претензии с вашей стороны, скажу — задержание согласовано с руководством УНКВД Ярославля.

— Всенепременно! — кивнул пожилой. — Ко мне есть какие-нибудь вопросы?

— У меня — нет! А вот у вашего руководства вполне могут и возникнуть! Это вы уж сами у себя разбирайтесь.

— Ответим… — не смутился пожилой.

— В таком случае — всего вам доброго!

Топот ног — и вся компания оперативников покинула здание, уводя с собою задержанного.

* * *

— Петр Федорович! Ну что вы, как тигра по клетке, туда-сюда все мечетесь? — Коротаев с укоризной взглянул на вышагивающего по комнате доцента. — Присядьте, отдохните, наконец!

— Олег Дмитриевич! Вы не понимаете…

— А вы?

— И я… оттого и места себе не нахожу!

— То есть?

— Мне реакция майора непонятна! Задержание было произведено со всеми возможными нарушениями, грубо и нарочито показушно — а он и бровью не повел! Ни слова не возразил — отчего? Вот скажите — вас милиция смогла бы задержать?

— Сотрудника ГУГБ?!

— Вот именно! А Гальченко — промолчал! Не стал на этом внимание заострять. Правда, и это было предусмотрено — оперативники УНКВД ждали на лестнице. Его, в любом случае, задержали бы… Да и напарник его — тот вообще себя странно повел, почему?

— Он, кстати говоря, и в УНКВД не пришел до сих пор.

— Вот! И этого — я тоже никак понять не могу!

Ярославль. Кабинет заместителя начальника УНКВД

— Присаживайтесь! — хозяин кабинета привстал со своего места и указал вошедшему на стул.

Гальченко скептически осмотрел его и, не торопясь, уселся.

— За дверью обождите, — кивнул замначальника конвоирам.

Обождав, когда за ними закроется дверь, он повернулся к своему гостю.