Честная игра

Ага. Миссия по достижению оргазма выполнена.

О. Боже. Мой.

Я не могу поверить.

О.

Боже.

Мой.

Серьезно, это только что произошло? Шеп реально заставил меня кончить? И я реально кричала его имя? Я раньше никогда не кричала ничье имя. Никогда. Я не кричу. К тому же у меня не бывает оргазмов, по крайней мере, с парнем. Даже когда я сама его достигаю, он не такой.

Нет. Совсем не похож. Даже близко.

Я дрожу. По ощущениям все мое тело напоминает миску с желе. Пульсация между ног закачаешься, голова кружится.

Кружится.

Боже, помоги мне, его совершенный, доводящий до оргазма рот все еще находится на моей очень чувствительной, подрагивающей плоти, и я кладу руку на его голову, пропуская мягкие волосы сквозь пальцы. Я с трудом могу осознать, что отчаянно пыталась оттолкнуть его. К сожалению (или к счастью, зависит от того, как посмотреть), он до сих пор крепко держит мой зад, а это означает, что я прижимаюсь к его лицу, как ни в чем не бывало, и это огромное дело. Огромное, сумасшедшее дело, потому что, святое дерьмо, я только что кончила, и это было самое важное событие в моей жизни.

Он прижимается у меня между ног, и я, наконец, набираюсь сил, чтобы осторожно убрать его голову подальше от себя, и он понимает намек. Я почти со смущением смотрю на него, особенно когда вижу самодовольное выражение его лица.

Ах да, он смотрит с гордостью. Я уверена, что он просто в восторге, что доказал мою неправоту.

– Итак, - беззаботно начинает он, когда поднимается и ложится рядом со мной.
– Тебе было хорошо?

Поворачиваюсь посмотреть на него, осознаю, что он все еще полностью одет, когда я практически голая.

– Не думаю, что тебе требуется спрашивать об этом, - смущенно бормочу я.

Шеп протягивает руку и прикасается к моей щеке, его пальцы задерживаются на моей коже.

– Ты права. Я абсолютно уверен, что заставил тебя кончить. Сильно.

Я смотрю на него. Откидываюсь немного назад, когда он наклоняется и оставляет поцелуй на моих губах. Потом еще один. Я могу попробовать себя на вкус и должна быть в шоке. Или мне должно быть слегка противно... не так ли?

Но нет. Вместо этого я обнимаю его за шею и притягиваю к себе ближе, прижимаясь своим телом к его твердыми формами, позволяя своему рту задержаться на его руке в течение долгого, вкусного момента.

– На тебе слишком много одежды, - бормочу возле его губ.

– Тогда сними ее с меня, - шепчет он в ответ, прикусив мою нижнюю губу зубами.

Упираюсь ладонями ему в грудь и толкаю, чтобы перевернулся на спину. Я задираю его футболку вверх, открывая непревзойденный пресс, и наклоняюсь, провожу губами по его горячей коже. Мышцы напрягаются под моим ртом, и я кладу руки на пряжку его ремня, медленно высвобождая из кожаной шлевки.

– Ты так и не ответила, - говорит он. Я смотрю на него снизу вверх и вижу, что он наблюдает за мной, его губы скривились в надменной улыбке, руки сложены за головой, как будто у него есть все время в мире.
– Ты кончила, не так ли, Джейд?

Я хватаю его ремень и вытаскиваю из джинсов, позволяя упасть на пол с лязгом.

– А ты как думаешь?

Его улыбка становится шире.

– Полагаю, раз ты кричала мое имя, то это да.

– Я не кричала твое имя, - бормочу в ответ, обернув пальцы вокруг пояса его джинсов, перед этим расстегнув пуговицу и опустив молнию вниз. Я такая лгунья. Я так кричала его имя. Мои мысли возвращаются к тому времени, когда мы разговаривали, сидя на кровати в его братстве, после того, как я повредила лодыжку. Когда я сказала, что его имя не подходит для того, чтобы кричать в так называемых муках страсти.

Господи, какой идиоткой я была, сказав ему это.

Когда его губы посасывали мою плоть, пальцы были внутри меня, поглаживая то особое место глубоко внутри, я среагировала так, словно потеряла всякий контроль над своим телом. Я никогда не чувствовала такого раньше. У него волшебные руки. Ох, и волшебные рот и язык. Просто мысли о том, что он делал со мной, заставляют меня дрожать снова и снова.

Поэтому, конечно я кричала его имя. Его сексуальное, смешное имя, хотя оно каким-то образом соответствует ему. Он своего рода смешной, но в самом лучшем смысле.

– Ты определенно это сделала, - он шипит, когда я немного спускаю джинсы и провожу пальцами вниз по длине его эрекции. Его член натянул ткань черных боксеров, толстый и длинный, напоминает мне о том, как я делала ему минет, и какое сильное удовольствие он получил.

Сразу перед тем, как сбежать.

Я отталкиваю неприятные воспоминания и концентрируюсь на задаче в моих руках.

– Иди сюда, - шепчет он, как только я собираюсь сдернуть его нижнее белье. Он тянется ко мне, прижимает к себе так сильно, что я оказываюсь распластанной на нем, средоточие моего желания потирается о его жесткую эрекцию. Я извиваюсь на нем, прерывистый вздох срывается с губ от ощущения превосходного трения, которое искрится между нами, и затем он переворачивает нас так, что оказываюсь под ним, моя спина прижата к матрасу, дыхание учащается, когда Шеп начинает прокладывать цепочку из поцелуев вниз по всей длине моего тела.

– От этого необходимо избавиться, - бормочет он, когда тянется мне за спину и ловко расстегивает застежку лифчика. Он помогает мне снять его, полностью обнажая, отстраняется, осматривая меня, глаза темные и совершенно нечитаемые.

Я стесняюсь. Что нового? Мне нужно покончить с этим. То, как он смотрит на меня, то, что он говорит... я знаю, что ему нравится то, что он видит. Это волнующе, я не могу лгать. Я имею в виду, это Шеп Прескотт. У него была уйма женщин, по крайней мере, это то, что говорят люди. Он - легенда кампуса.

И вот он со мной. Глупой первокурсницей, ничего особенного, ничтожная я. Я едва могу уложить это в голове.

– Красивая, - бормочет он, когда опускает голову и целует мой сосок. Я вдыхаю со стоном, закрываю глаза, когда он обволакивает ртом мой сосок и начинает сосать. Я прикасаюсь к его затылку, зарываюсь пальцами в его волосы, удерживая его, мой центр сжимается с каждым движением его рта. Его эрекция тяжелая, прижимается к моему бедру, и я развожу ноги шире, нуждаясь в том, чтобы он толкался напротив меня, создавая это превосходное трение снова.

Он не подчиняется. У парня что-то на уме, и я должна признать, что мне это нравится. Я тянусь к поясу его боксеров, но он отстраняет мою руку. Я стону от разочарования, пугаюсь, когда он движется вверх, его рот у моего уха, мои запястья в плену его рук. Как он успел схватить меня так быстро, я не знаю.

– Ты меня разденешь, и у меня не будет иного выбора, кроме как трахнуть тебя, - бормочет он близко к моему уху, его горячее дыхание и теплые губы вызывают во мне дрожь. О, и его слова. Я очень люблю, как он небрежно произносит слово «трахнуть».
– Мои боксеры - единственный барьер, который удерживает меня от погружения в твою жаркую, тугую киску.